вечер, когда Мишка в Славковичи вернулся, он не к себе домой, а в участок отправился. Отозвал он Володьку и сказал, что дело у него к нему есть. У Володьки тогда посетители были, поэтому они это дело на вечер перенесли.
– Это было, когда к вам Ленька приходил, а потом вы за Войновым до участка шли, верно? – уточнил Зверев.
– Долго они в тот вечер сидели и промеж собой все порешили.
– Что порешили?
– То, что Мишка от меня откажется, а я Володьке достанусь – вот что!
Теперь уже глаза Зверева сверкнули, он сглотнул, вынул из кармана пачку папирос и скомкал ее.
– То есть вы хотите сказать…
– Хочу сказать, что продал меня в тот день Мишка. Точно поросенка на базар продал!
– А Пчелкин, значит, вас как бы купил…
– Точно!
– И какова же была цена? Чем же с Войновым ваш будущий муж расплатился?
Антонина фыркнула.
– А вот этого я не знаю. Он мне часть правды спьяну сболтнул, а потом, видно, опомнился. Сколько я Володьку после этого ни пытала, так он и не открыл, что тогда от него Мишке понадобилось. Тогда не рассказал, а теперь уж и подавно не расскажет.
Ребенок в люльке заплакал, дверь открылась, и Темка вошел комнату.
– Мама, я есть хочу!
Антонина смахнула рукой набежавшую слезу.
– Уходите! Все, что я знала, я вам уже рассказала, а теперь мне нужно заниматься детьми.
Зверев тут же встал, надел плащ и вышел из дома.
Глава четвертая
На следующее утро псковское управление милиции.
В кабинете было душно, Корнев поднялся и распахнул окно. После этого он вернулся за стол и взял привезенную из Подгорья вырезку. Надев очки, долго рассматривал разместившихся возле оружия бойцов-артиллеристов. По соседству с полковником устроились Зверев, вернувшийся из Славковичей, и Костин, тоже на днях прибывший из своей очередной командировки.
– Ну, докладывай, Вениамин, раз уж ты у нас так отличился. Какие у тебя будут соображения по нашему стрелку? – произнес Корнев.
Веня оживился.
– Итак, что мы имеем? Сразу же после войны Войнов вернулся с фронта и обосновался в Пскове. Время от времени он заезжал в Славковичи, где у него имелся собственный дом, а также жила невеста, которую он планировал забрать в город. Осенью сорок пятого Войнов пригласил к себе в Славковичи троих своих друзей, с которыми он раньше частенько ходил на охоту и с которыми впоследствии вместе воевал. Спустя примерно неделю Войнов вернулся в Славковичи уже без своих приятелей. Так что мы точно не знаем, вернулись ли с той охоты все четверо или нет. Мы теперь уже точно знаем, что в тот день на охоту пошли сам Войнов, Трусевич и Арсланов. Кто был четвертым, для нас пока загадка, но есть предположение, что этим четвертым был тот самый таксидермист Хромов по кличке Сапог. Теперь что касается газетной вырезки с фотографией. На ней мы видим Войнова, Трусевича и Арсланова… – Веня сделал паузу. – Также я полагаю, что на фото есть и наш Хромов. Также нельзя исключить и того, что этот Хромов и есть наш неуловимый стрелок!
Корнев посмотрел на Зверева, тот покачал головой, но не стал возражать.
– Продолжай! – приказал Костину Корнев.
– На фотографии помимо Войнова, Трусевича и Арсланова есть еще четверо. Если я прав, то один из этих четверых и есть Хромов.
Корнев еще раз изучил фото.
Высокий сержант смотрел прямо в объектив, выпятив грудь и слегка втянув губы. Здоровяк с опухшим лицом улыбался. Сухопарый солдат лет тридцати пяти был хмур и смотрел куда-то в сторону, и Корневу показалось, что он не просто устал, а окончательно выдохся. Старик с трубкой, казалось, думал о чем-то своем и даже не замечал того, кто стоял сейчас перед ним и щелкал фотокамерой.
– И кого же из них ты сделал главным подозреваемым? – вернув Вене вырезку, спросил Корнев.
– Сержанта и мордатого я бы исключил…
– Почему?
– Если Хромов, он же Сапог, и есть убийца, то эти двое не подходят под описание, сделанное Семеном Полубудкиным. Полубудкин утверждает, что человек, укравший у его дядьки лодку, был невысок и не отличался физической крепостью. Сержант со снимка явно рослый мужик, а уж про мордатого я вообще молчу.
Корнев закивал.
– Значит, остаются двое: худой солдатик с винтовкой и старик, курящий трубку?
– Я бы сделал ставку на старика! – бойко заявил Веня.
– Почему?
– Вы сами подумайте, товарищ полковник, кто у нас славится умением белке в глаз попадать? Те, кто в тайге живет, – тувинцы, якуты, эвенки! Кто же еще? Они же там почти все охотой промышляют. Вы только гляньте на этого старикана. Скуластый, щуплый, глаза как щелки. Он же азиат. У него же будто на лице написано, что он таежный человек, а значит, он охотник и хороший стрелок.
Корнев покивал.
– Так-то оно так. – Полковник снова повернулся к Звереву, тот молчал. – Пашка! А ты-то чего молчишь? Ты-то что обо всем этом думаешь?
Зверев пожал плечами.
– Логика во всем этом есть, но я бы не делал скоропалительных выводов. Все это только догадки, не более того.
– Да почему? – возмутился Веня.
– А потому. Ладно, раз ты так уверен, что убийца старик с трубкой, то ты и отрабатывай эту версию.
– И отработаю.
– Давай-давай!
– А ты тогда чем займешься? – насторожился Корнев.
– По словам Антонины Пчелкиной, Войнов в тот день прибыл в Славковичи на служебной машине. Водитель отвез четверых охотников и должен был уехать в город. – Зверев посмотрел на Корнева. – Я бы попробовал отыскать этого водителя.
– И как ты будешь его искать?
– Хотелось бы с твоей помощью. Позвони Тихомирову и поинтересуйся, не знает ли он, кто у них там в горкоме тогда мог Войнова возить.
Корнев нахмурил брови.
– Да вряд ли он что-то про это знает…
Зверев скривил губы.
– Понятно. Значит, звонить ты не хочешь?
– Ну, как тебе сказать… – Корнев отвел глаза.
– Не хочешь звонить Тихомирову, тогда я сам могу ему позвонить…
– Нет! – Корнев дернулся, достал стакан и налил из графина воды. – Не нужно Тихомирову звонить, я сам.
– Тогда звони.
Корнев выпил воды.
– Не сейчас. Вдруг у него дела какие, а тут мы с вопросами… Свяжусь с ним позже… через секретаря…
Зверев только улыбнулся и встал.
– Пошли, Веня!
– Так, а как же с главным подозреваемым? Со стариком этим? – вновь засуетился Костин.
– Я же сказал: Веня будет отрабатывать эту версию. Только, Веня, я бы на твоем месте с газеты начал. Что нам известно из текста письма, которое Арсланов прислал матери?
– Что газета эта – «Известия»! – выпалил Веня.
– Вот и действуй отсюда. Сходи в библиотеку, поройся в архивах, проштудируй имеющиеся подшивки! Найдешь газету, возможно, найдешь и военкора,
