А Люк не хотел этого. Он любил Джилл, и одна мысль, что когда-нибудь она сможет возненавидеть его, была для него невыносима. Поэтому пусть лучше питает к нему какие угодно чувства, лишь бы не отвращение, не ненависть, которые способны разрушить то немногое, что начало налаживаться в их взаимоотношениях.
Слишком все сложно. И он не представлял, как распутать этот клубок.
Такси остановилось возле его дома. Ему безумно захотелось набрать номер Джессики и узнать, как у нее дела. Но он сдержался. Был уже вечер, и девочка наверняка спит. Будить ее нельзя. Пусть набирается сил. В ее ослабленном состоянии это сейчас самое главное.
Поднявшись на свой этаж, он подошел к двери. Немного постоял перед ней, машинально крутя в руках брелок с ключами.
Кристи. Она ждет его за этой дверью. Он знал, потому что видел, что в окнах его квартиры горит приглушенный свет.
Люк прекрасно понимал, что когда-нибудь ему придется поговорить с Кристи, рассказать ей о себе, о том, что связывает его с Джилл помимо дочери. Но он до сих пор не представлял, как поведать ей обо всем этом.
И поэтому сейчас, когда надо было сделать первый шаг, Люк испытывал нерешительность, вновь ощутив себя маленьким мальчиком, первый раз пришедшим в школу и от обилия новых впечатлений растерявшимся.
Он не представлял, как правильно поступить. Ведь что бы он ни предпринял, все казалось ему недостойным по отношению к Кристи. Потому что она любила его, никогда не давала повода усомниться в своих чувствах, а он не оценил это. Просто не смог. Хотя и очень старался.
Тяжело вздохнув перед неизбежным, Люк вставил ключ в замок и повернул его. Тихо открыл дверь и вошел.
Негромкая музыка лилась по квартире, достигая его ушей и удаляясь, чем-то напоминая волны океана, набегающие на берег. Поставив сумку на пол, Люк сделал несколько шагов.
Стол в гостиной был накрыт на две персоны. Горели свечи в двух красивых подсвечниках посредине. Кристи стояла к нему спиной, у окна, любуясь панорамой вечернего города.
Услышав движение позади себя, она обернулась, увидела Люка…
— Любимый! — Она бросилась ему на шею, крепко прижалась.
Растерянно обняв ее, он молчал, не зная, что сказать. Ну как сообщить ей о том, что они должны расстаться?! Как?!
А может, все еще получится? — мелькнула в его мозгу малодушная мысль, дающая возможность оттянуть момент признаний. И он сдался, пошел на поводу этой мысли, дал себе отсрочку, сам не зная зачем…
— Как малышка? — Кристи отодвинулась от него, напряженно вглядываясь в лицо.
— Надеюсь, все будет нормально, — сдержанно ответил он, проходя к столу и усаживаясь на стул. — Ну, чем ты меня порадуешь сегодня?
Кристи просияла. Услышав интерес, прозвучавший в его голосе, она словно воскресла, будто почувствовала, что судьба дает ей еще один шанс, о котором она так молила.
— О, ты будешь просто без ума от того, что я приготовила, — пообещала она.
— Я весь в нетерпении, — с небольшой ноткой грусти усмехнулся он. — Давай сделаем так. Я приму душ, и мы сядем тут и насладимся этим вечером. Вдвоем.
— Прекрасная идея, милый, — промурлыкала Кристи.
Она просто не могла поверить, что такое может произойти, не была к этому готова, поэтому тот Люк, который переступил сегодня порог квартиры, удивил ее настолько, насколько это было возможно.
Люк прошел в спальню, разделся и ступил на гладкую плитку ванной. Пустил душ, с удовольствием ощутил, как прохладные капли барабанят по его коже, унося усталость, возвращая бодрость и даже некоторую долю оптимизма.
Он многое испытал за последние несколько недель, через многое прошел. И теперь, отойдя от этого, чувствовал себя не в своей тарелке, словно лишился чего-то очень необходимого и в то же время приобрел новую жизнь, которая, в сущности, являлась его старой жизнью…
Одевшись к ужину, он вышел в гостиную, где его ждала Кристи, в нетерпении смотревшая на дверь спальни, откуда он показался.
— Ну что же, — заметил Люк, — все выглядит очень вкусно.
— Да, я очень надеюсь, что не только выглядит, — с нажимом в голосе сказала Кристи, глядя на него выразительным взглядом.
— Сейчас мы это и проверим.
Люк открыл бутылку вина, разлил по бокалам, протянул один из них Кристи.
— С возвращением! — торжественно произнесла она.
— С возвращением! — поддержал он ее тост.
И Кристи неожиданно поверила, что он действительно вернулся, вернулся в ту жизнь, которая, она и не смела надеяться, когда-нибудь вновь наступит.
Они беседовали на отвлеченные темы, специально избегая разговоров о Джессике и Джилл, потому что вскоре Кристи поняла, что, как только их беседа хоть намеком касалась этого, Люк сразу же замыкался. А это ей было совершенно ни к чему.
И она изображала веселую беззаботную девушку, рассказывая ему о том, что с ней произошло, пока его не было. В основном это были конечно же какие-то незначительные события, но Кристи с удовлетворением отмечала, что лицо его светлело, когда она говорила, и это ее радовало.
Наконец ужин подошел к концу и Кристи поднялась.
— Мне кажется, ты готов к десерту, — лукаво улыбнулась она.
— Ну, если он будет столь же прекрасен, как и все остальное, то я не откажусь, — произнес Люк.
— Он будет намного лучше, — пообещала она, выходя из комнаты.
Люк ничего не сказал, проводил взглядом удаляющуюся фигуру Кристи, отметил соблазнительность ее бедер, плавно покачивающихся при ходьбе. Неожиданно ощутил, как внутри шевельнулось желание.
У него уже давно не было женщины. И теперь сексуальный голод явственно дат о себе знать.
Люк мысленно чертыхнулся. Похоже, он не дождется десерта.
И в тот момент, когда Кристи предстала перед ним в нежно-розовом пеньюаре, отделанном такими же розовыми перьями, из-под которого выглядывало красивое белье, он не выдержал. Подскочив к Кристи, Люк подхватил ее на руки, закружил по комнате, слыша ее мелодичный смех, возбуждающий его еще больше, и поспешил в спальню, к их огромной кровати. Он положил ее на шелковое прохладное белье, с удовольствием оглядел ее идеальное тело: полную грудь, тонкую талию, стройные длинные ноги.
— По-моему, на тебе слишком много одежды, — с улыбкой констатировал Люк.
— Ну, если быть достаточно откровенной, — ласково хохотнула она, — ты тоже не так уж и раздет.
— Думаю, надо срочно исправить это упущение.
— Абсолютно с тобой согласна.
Он разделся и вновь склонился к ней. Поддел завязки пеньюара, распахнул его и увидел белоснежное белье, красиво оттенявшее ее смуглую кожу. Шумно вздохнул.
