Леве никак не могли подарить ноутбук последней модели полгода назад. «Патовая ситуация». Разумеется, подруга скрыла правду из самых добрых побуждений, хотела как лучше… за что ее винить? Но, узнав стоимость ноутбука, Людмила потом полночи мучилась головной болью. Успокаивало только довольное лицо Арины на фотографиях со дня рождения. Дочь была абсолютно счастлива и аж светилась изнутри. Ради такого можно было перетерпеть любые угрызения совести.
Глава 21
Дошивая последний из семи заказов, Люда вдруг резко убрала ногу с педали машинки.
— Ужас, ведь уже первое декабря, — пробормотала она, — а я думала, еще ноябрь. Господи, как же бежит время, я за ним совсем не поспеваю…
Заказ она все-таки дошила, а затем принялась складывать швейные принадлежности по коробкам. Все должно быть на своих местах, иначе хаоса не избежать. Закончив приводить в порядок гостиную, женщина, вся в своих мыслях, направилась на кухню, затем в прихожую, а после в ванную. В каждом помещении находилось нечто такое, что лежало не там, где ему было положено. Приходилось подбирать и нести на место.
Скоро же Новый год… Нужно что-то дарить Вовке и детям, а еще матери, сестре, друзьям…
Напоследок Люда заглянула в детскую. Постели были убраны, но комната выглядела так, будто по ней прошелся Мамай. На кровати Арины громоздилась груда одежды, которую девушка примеряла перед школой. Там же лежали сумки и косметика, а на полу валялись носки, колготки, туфли, шарфы и даже одна шапка. Хотя шапка вроде как принадлежала Олегу.
Раньше дочь не отличалась такой неопрятностью, но последнее время собиралась в школу с особой, даже чрезмерной тщательностью. За пять минут до выхода частенько чертыхалась и быстро меняла какой-то предмет одежды или вовсе весь, как она выражалась, лук. Видно, влюбилась. Что касается сына, то его постель хоть и была относительно свободна, но ситуация на полках и столе оставляла желать лучшего: завалы учебников, тетрадок, письменных принадлежностей, обгрызенных линеек, ластиков и пакетиков от чипсов и сухариков. Эта комната была слишком мала для двоих уже почти взрослых людей. Арине нужен большой вместительный шкаф и свой собственный письменный стол, Олегу — личные полки только для его вещей, где не хранились бы кучи девчачьих безделушек сестры. Большой перестановки в доме не избежать.
Наскоро прибрав в детской, Людмила поймала себя на мысли, что с утра даже не расчесалась. Это было совсем не дело, все-таки она женщина и должна следить за собой. И вот, стоя в ванной перед зеркалом с расческой в руках, женщина посмотрела в глаза своему отражению и поняла, что отступать никак нельзя.
Что же я за мать такая, если мои дети до сих пор ютятся в самой маленькой комнате в квартире? Это никуда не годится, буду биться до последнего, но уговорю Вову на перемены!
После ужина, когда Олег с Ариной покинули кухню, Люда заварила чаю, поставила перед мужем деревянную вазочку, полную вафель, а сама присела рядом.
— Вов…
— Люд, — сразу перебил тот, видно, почуяв неладное, — только не начинай. У меня до сих пор в висках стучит после сегодняшнего потопа. Треть склада залило к чертям, еле разгребли. Крестец ноет, геморрой, зараза, опять вылез. А тут ты со своим «Вов». Не надо, Люд, не надо, не сегодня.
— Дети растут, Вов. Они не контролируют этот процесс и не станут ждать окончания потопа или исцеления от геморроя. Вырастут и все тут. Понимаешь?
— К чему ты клонишь? С Олегом я уже поговорил, он больше так не будет.
Ага, поговорил ты, как же…
— Им в комнате одной тесно, вот к чему. Олежка вон какой вымахал, точно будет выше тебя. Не совсем это правильно, что он живет в одной комнате со старшей сестрой. Да и ей неловко, бегает вон переодеваться в ванную. Она девушка, ей нужно личное пространство. И Олегу тоже нужно, у него вот-вот начнется этот сложный подростковый период. Если уже не начался…
Владимир схватил сразу две вафли и принялся нервно жевать.
— Ты еще скажи, что хочешь отдать им зал. Перебьются!
— Нет, зал останется за нами, не волнуйся. Мы отдадим нашу спальню.
Глава семейства тут же закашлялся и принялся бить себя кулаком в грудь. Крошки от вафель полетели прямо Люде в лицо.
— Чего-чего??
— А вот того. Или зал, или наша спальня — выбор за тобой, Вова.
— Люда. Вот давай не надо, а! Не доводи до греха, умоляю! Конец года — у меня то инвентаризация, то потоп, то еще какая оказия. А ты хочешь лишить нас целой комнаты! Это комната, Люд! Может, еще машину им отдадим? Хочешь, чтобы они нам окончательно на шею сели??
— Я ничего не сказала о сроках. Занимайся своей инвентаризацией и потопами на складе, потом спокойно справим Новый год. А вот после, на зимних каникулах, займемся перестановкой. Я уже все продумала: у нас в спальне нейтральные обои, так что даже ремонт делать не придется. Думаю, Ариша будет рада.
— А мы где спать будем, Люда??
— В зале, где же еще?
Вова выпучил глаза:
— Да там мухе плюнуть некуда! Там и диван, и кресло, и твоя швейная история, и сервант, и огромный комод!!
— Я в курсе, Вов. Нужно будет перестановку делать, конечно. Старый комод в гараж отвезти — там все равно только твоя рыбалка хранится, а половина полок вообще не выдвигается.
— Комод в гараж? С ума сошла? Это ж от матери!
— И что теперь нам его держать в доме до скончания веков? Ты правильно выразился, он огромный! Занимает добрую четверть комнаты. Его убрать — и сразу все заиграет.
— Скорее, это я сыграю в ящик, чем у нас в зале все заиграет под аккомпанемент комода…
— Что-что?
— Так, ладно. Не гони коней, Люда. — Владимир потер виски. — Надо же все хорошенько обдумать. Давай в следующем году покумекаем, в этом уже поздно, да и так дел невпроворот. Лады?
— Лады, Вов. Но знай, на этот раз я не отступлю.
— Да понял уж, что теперь не слезешь… Люд, это, ты мазь, наверное, доставай. От нервов аж все там припекло, совсем невмочь… Надо бы помазать перед сном.
— Помажем, Вов, — ответила Люда обыденным тоном, хотя, по правде, в тот момент ей меньше всего хотелось мазать мужу зад. — То, что припекло — это совсем не дело.
Глава 22
В ближайшую субботу к Терентьевым прибыла делегация помощников в лице Сергея и Виталия. Обычно этих двоих на аркане не затащишь в
