потолка посыпалась штукатурка. Вид у неё был бледнее простыни:
— В чем дело? Забыла что-то? — родители удивленно уставились на неё.
— Я не пойду гулять, — пролепетала она, а её зрачки расширились до размеров блюдец.
— Ты битый час ныла о том, чтобы тебя отпустили, а теперь вдруг передумала? — посмотрела на неё мать. — Да что с тобой не так, Анна? Ты издеваешься над нами с отцом?
— Т-там, просто по-погода портится: намечается до-дождь… Крупный та-такой до-дождь, — дочь раскинула руки в стороны, показывая размер дождя, и вдруг грациозно потеряла сознание.
* * *
Попивая черный, как смоль кофе, я продолжил начищать револьвер. Недавно опробовал эту малышку на стрельбище — впечатляет, прямо как первое свидание.
И пусть я вновь встал на путь убийства, но частичка доброты во мне еще теплится. Взять хотя бы тех магических медведей — не стал их убивать, хотя они были зловещие. Позволил им мягко приземлиться неподалеку от их дома. Пусть косолапые радуются жизни. Вот вам и доброе дело на сегодня.
Насвистывая себе под нос довольную мелодию, я неторопливо полировал револьвер. Осталось подобрать кобуру и можно будет наводить ужас на врагов. Пусть револьвер выглядит скромно, по сравнению с другим оружием, но в моих руках эта крошка чертовски опасна.
— Внимание: всем жителям Прилесного района оставаться дома! — вдруг заверещал диктор из телевизора. — Медведи-людоеды прорвались через ограждение, пятьдесят погибших по адресу Чащобная 40.
Я аж поперхнулся кофе… Опачки! Это явно не входило в мои планы.
— Извиняемся за ошибку: медведи на Чащобной 41! Они заперты внутри дома, будто с неба свалились. Группа уничтожения уже в пути! — поправился репортер, чуть не доведший меня до инфаркта.
Значит, посылка дошла по адресу. Полсотни гвардейцев барона Мяхрякова отправились к праотцам.
Сами виноваты — нечего было со мной связываться. Хорошо хоть слуг там не было — место использовалось только как временное убежище. Благодаря моей разведке, мишки получили свой ужин. Минус одна банда подонков — план работает. Кстати, где носит Дайко с его обещанной лапшой?
— Эй, повар, ты где? — крикнул я.
Из-за полок выполз взмыленный азиат с топором наперевес.
— Дайко, ты чего это? — удивился я. — Или Распутин не до конца вылечил тебя?
— Босс, мне нужно вам кое-что сказать, — прошептал он мне на ухо, прижавшись слишком близко. Я не фанат таких моментов, особенно когда собеседник размахивает топором, поэтому отпихнул его локтем.
— Не тяни кота за хвост, выкладывай! И зачем приперся с топором, дровосек? — спросил я, глядя на его боевую стойку.
— Босс, это все из-за вашей курицы! — выпалил он. — Я попал в больницу из-за нее: это она меня клюнула за ногу, когда я лез за банкой, и я с лестницы навернулся. В ней что-то нечистое завелось! Все, я пас — буду только водителем, в дом больше ни ногой, — тараторил он как заведенный. — Этот дом проклят, босс, тут много зла!
— Та-а-ак, — протянул я задумчиво. — Похоже, Распутин тебя недолечил. Бери отпуск, проветрись. Буду скучать по твоей лапше, — похлопал я его по плечу.
— Босс, я не шучу! — в его глазах плескался неподдельный страх. — Перед тем как клюнуть, она так на меня зыркнула… Как само зло!
— Ты же говорил, что вы с ней друзья не разлей вода. К тому же у курицы всегда такой взгляд — будто она тебя на обед присматривает.
— В этом доме она изменилась! В нее вселилось зло! Надо его спалить! — продолжал он бредить.
— Да ладно тебе! Домик что надо — ничем не хуже старого! — крикнул я ему вслед. В этот момент с грохотом рухнула полка. — Ну разве что косметический ремонт не помешает, а так — конфетка!
Хотя в чем-то с ним согласен. С переездом сюда, курица начала странно себя вести. Обычно она все время сидела в корзинке с цыплятами, а теперь часто торчит одна в большой библиотеке. Может нашла там какую-то старинную книгу, призывающую зло, как какой-нибудь Некрономикон? Да, не, бред какой-то!
Закончив полировать револьвер, я подобрал кобуру и поднялся наверх. За последние дни мои худшие опасения подтвердились — мир окончательно съехал с катушек. Войны и перестрелки стали такой же обыденностью, как реклама про казино на каждом шагу.
Хорошо хоть простые люди особо не страдают. Вчера даже сам Император выступал, говорил, что ему не нравится вся эта возня аристократов. Призывал всех угомониться, пока не стало совсем жарко. И намекнул — если из-за их разборок пострадают мирные жители, он спустит на них армию, как цепного пса.
Если перевести с официального на мой язык, то государь разрешил походу аристократам мутузить друг друга, но только чтобы простой народ не задевали. Правда, слуги аристократов уже пострадали прилично. Мне такое не по душе: я всегда отпускаю заранее слуг или нападаю, когда их нет рядом.
А что если Петр Александрович решит и со мной сыграть в свои игры? Хотя какие там игры — просто разменяет меня как пешку, когда придет время. Сегодня деньги дают, а завтра могут и в расход пустить, даже не поморщившись. И где гарантия, что заказ действительно от Императора? Только мои догадки, и больше ничего.
Так что, как говорится, доверяй, но проверяй. А лучше вообще никому не верь, только делай вид, что веришь — так спокойнее спится.
На заднем дворе меня уже должны были ждать два амбала. Надо впустить их и обсудить дела. Новости должны быть хорошими — когда я что-то предлагаю, от такого не отказываются.
Открываю дверь — так и есть, стоят два шкафа при полном параде: один рыжий с усами, второй — с бородой черной, как ночь. Костюмы на них сидят как влитые — явно на заказ шили.
— О, пожаловали! Сколько времени на марафет тратите? Не надоело еще? — киваю им, приглашая войти.
— Серьезные люди должны и выглядеть соответственно, — важно заявил тот, что в котелке, словно английский лорд на приеме.
Я же глянул на свою серую пижаму с котятами последнюю такую в интернет — магазине отхватил, между прочим по своему размеру.
— Открою вам страшную тайну, ребята — нифига подобного, — и посмотрел на них тем самым взглядом, от которого даже бывалые киллеры начинают нервно теребить галстуки.
Судя по их лицам, спорить со мной они передумали.
— Ладно, присаживайтесь. Докладывайте, что там у вас.
Один, с тростью, занял кресло, второй устроился на диване напротив.
— Хоть это и не наша специализация, господин, — начал амбал, постукивая тростью, — но дело выполнили и ответы получили. Род барона Каменчука и Род виконта Лестерова приняли ваше предложение.
