Читаем без скачивания Последний Охотник Империи - Денис Стародубцев

Сидор прекратил судорожно трястись и двигаться в целом. Мне показалось, что он даже не дышит. Неужели я его вот так просто убил⁈ А потом он открыл глаза…

— Алиса… — произнес он тихим голосом.

«Ну всё поздравляю, Ярик! Мы раскрыты! Готовь план побега…» — огорченно произнесла девочка-призрак.

— Что ты такое говоришь? Какая еще к чертям Алиса? — спросил его граф Безухов.

— Алиса… Алиса… — повторно прошептал Инди.

— Какая, к черту, Алиса? — прокричал на него Петр Кириллович.

— АЛИСА!!! АЛИИИСА!!! АЛИИИИИИИСА!!! — закричал Сидор. Его взгляд был безумный, будто он не понимал где находится, да и кто он вообще такой.

«Ярик, теперь я могу прочитать его мысли…» — сказала моя подруга из старого мира.

«Отлично! Интересно, как это работает⁈ Почему раньше не могла? Ну и что же сейчас в голове у этого инди?» — спросил я у нее.

«А ничего не думаем… по моему он сошел с ума, там такой хаос мыслей… я не могу ничего понять.» — ответила мне Алиса.

— Его надо срочно к лекарю отправить, пока он не умер… Видите же, ему очень плохо! Скоро копыта отбросит! — сказал я.

Петр Кириллович посмотрел на меня и отреагировал:

— Ты прав, Ярослав… Дмитрий, займись им, а нам с тобой, племянник, надо сходить пообщаться наедине. Давай, пожалуй, пройдем в мой кабинет.

От Авторов: Друзья, если вам нравится история, поставьте пожалуйста ей лайк ❤️

Это поможет в продвижении книги. Спасибо каждому из вас, что читаете нашу книгу

Глава 10

Я шёл по деревянной лестнице на второй этаж следом за Петром Кирилловичем. Его широкая спина в просторном, домашнем халате была напряжённой, но он не оборачивался назад. На полпути я не удержался, бросил взгляд через перила вниз, назад в гостиную, где только что все произошло.

Дмитрий подхватил под руки тело обезумевшего Сидора и пытался оттащить его в сторону дверей. Инди сопротивлялся и не хотел слушаться, вернее он даже и не понимал, что же от него хотят. Да что там, мне кажется он уже не понимал кто он и где он. Тогда Дмитрию пришлось прибегнуть к грубой силе. Он позвал еще двоих охранников, они схватили Сидора за руки и повели на улицу. Бедолага.

«Вот надо же, вроде щуплый малый, да ещё и с травмой головы, а три здоровых мужика кое-как с ним справились… Эти инди удивительные существа» — удивилась Алиса.

«Это все безумие. Мне всегда казалось, что у сумасшедших, как будто силы в несколько раз больше, чем у здорового человека.», — заметил я.

Мы дошли до нужного места. Граф Безухов открыл тяжёлую дубовую дверь в свой кабинет и жестом пригласил меня войти.

— Только после вас, дорогой Петр Кириллович! — вежливо предложил я.

Он хмыкнул, улыбнулся и прошёл первым. Он увидел в этом моем действии жест вежливости, но скорее это было сделано для безопасности.

Кабинет был таким же, как и его хозяин — солидным, но без особой вычурности. Стены, обшитые тёмным дубом. Высокие книжные шкафы, доверху забитые книгами в кожаных переплётах и свитками. Массивный письменный стол, заваленный бумагами, картами и непонятными приборами. Почему-то мне показалось, что половиной из этого граф Безухов никогда в жизни не пользовался. Большое окно с видом на парк и главное — запах. Запах старой кожи, дорогого табака и книг. Пётр Кириллович тяжело опустился в кожаное кресло за столом, которое скрипнуло под его весом.

— Ярослав, не сочти мой вопрос удивительным, но ты будешь сигару? Сам то я буду, после того, что там произошло и не могу не предложить. — спросил он, доставая из ящика стола длинный футляр. — Хорошие, кубинские, мне товарищ привез, он там работал в свое время в посольстве. Хоть какие-то бонусы от работы на государство у этих дипломатов есть. Зарплата там не скажи, чтобы космическая.

— Петр Кириллович, за сигару спасибо, конечно, но к сожалению, а может и к счастью, вынужден отказаться. Я не курю. — ответил я ему.

— А вот я, как сказал ранее, закурю, — поделился своим намерением Безухов.

«Эх, я бы тоже сейчас покурила…» — расстроено сказала Алиса.

«Я бы сейчас сказал, что если будешь курить то раньше умрешь, но наверное так себе шутка…» — попытался разрядить обстановку я, на что Алиса только скривила гримасу недовольства на своем призрачном личике.

Петр Кириллович с церемониальной неторопливостью проделал ритуал: обрезал кончик, раскурил, сделал первую затяжку. Плотный, сладковатый дым быстро начал заполнять комнату. Граф молчал, изучая меня сквозь сизую пелену. Тишина становилась невыносимой.

Разговор начал я, так как не в силах был и дальше молча смотреть, как он курит.

— Что с ним дальше будет? — начал я наш диалог.

Безухов сделал ещё одну глубокую затяжку, выпустил дым колечками и наконец ответил. Его голос был спокоен, даже казался слегка уставший:

— С кем? С этим Инди? Ну сейчас Дмитрий отвезет его к Лекарям, а там посмотрим., что они скажут. Если поправится, в чем я сомневаюсь, то будет жить дальше, как раньше. Ну а если нет, то Дмитрий вывезет его в поле, откроет заднюю дверь машины и скажет: «Беги, малыш!».

Я молча смотрел ему прямо в глаза.

— Да ладно! Шучу я, не переживай ты за него! Отправим его в больницу, там о нем позаботятся, не переживай. Ты думаешь, это первый человек-инди в империи, который с ума сошел? Да таких хватает в каждой губернии. К тому же он молодой. С ними это чаще всего случается, хотя казалось бы жить да жить. Старики как то берегут себя чтоли больше.

Он пристально посмотрел на меня, а потом спросил:

— Ты вообще сам понял, что там произошло, Ярослав?

— Нет, Петр Кириллович, вообще ничего не понял… Мы общались с ним мысленно. Он пытался проникнуть в моё сознание, узнать, что же произошло в тот день, когда у меня случилась амнезия, все было вроде бы продуктивно… Сидор задавал много вопросов… А потом я очнулся, а он уже лежит на полу… Дергается весь… — ответил я на поставленный вопрос. — А что дальше будем делать? Есть у вас какая-то идея? — моё будущее интересовало меня сейчас больше всего.

Он внезапно вскипел, ударив ладонью по столу так, что задребезжали чернильницы.

— Да, ты думаешь я знаю⁈ На тебя точно идет охота, и пускай Тимур Русланович — фигура сомнительная, не из первых лиц Империи, даже не из топовой десятки, но, чёрт побери, это все же