Джорджия с удовольствием прихлебывала вкусный чай с сахаром и сливками. Она такой же пила в доме Саттона в их последнюю встречу. Сколько же всего с ней произошло за эти несколько дней! Она влюбилась, выяснила отношения с Саттоном, пообщалась с матерью, благодаря ей проект с детской больницей успешно развивался. И вдруг в одночасье она превратилась в одинокую безработную сироту, брошенную любимым.
– У тебя есть какие-то планы здесь, в Детройте?
– Пожалуй, нет. Я сбежала сюда просто потому, что не могла оставаться в Чикаго. Но теперь, когда я здесь, то подумала, а стоит ли мне вообще туда возвращаться?
– Почему ты так считаешь?
– Меня там ничего больше не держит. Я могу быстро упаковаться и перевезти вещи сюда. В Чикаго у меня нет ни работы, ни друзей. Вся моя жизнь там была привязана к работе. Начать сначала в Детройте – может, это как раз то, что мне нужно.
Шейла не стала скрывать недовольство.
– Глупости говоришь, солнышко. Чикаго твой город. Ты обожаешь свою квартиру. Тебе там не нужна машина, а здесь без нее не обойтись. В Чикаго гораздо больше возможностей для успешной карьеры. С Детройтом у тебя связаны грустные воспоминания.
– Это неправда, – возразила Джорджия. – Мисти сказала, что у меня есть брат и сестра в Детройте. Она отдала их на усыновление. Может быть, я смогу их отыскать. Ты поможешь мне?
– Это не так просто. Многое зависит от того, как происходила процедура усыновления. Они могут даже не знать, что усыновлены, если родители им не сказали. Я сделаю, что смогу. Но ты можешь и с ними не обрести того, что ты ищешь.
– А что я ищу? – спросила Джорджия.
– Семью. Ты не получила то, что хотела, встретившись с матерью, то же самое может случиться и при встрече с братом и сестрой, если удастся их найти. Я проработала в системе государственной опеки много лет, и поверь мне, счастливых воссоединений семей очень мало. Я бы на твоем месте не цеплялась за прошлое, а подумала бы о создании собственной семьи, – подытожила Шейла.
Собственная семья?
Честно говоря, такая мысль не приходила Джорджии в голову. Ее роман с Карсоном был, в сущности, ее первой серьезной попыткой завязать отношения. Идея брака и обязательств была ей чужда. А после разрыва с Карсоном она поняла, что вообще плохо разбирается в мужчинах. Может быть, ей какое-то время следует побыть одной.
Иногда ей приходила в голову мысль о детях, но скорее всего, материнство ей не светит. Конечно, она молода и может забеременеть, но от кого? Если только она не решится на искусственное оплодотворение и будет растить ребенка одна. Но это ужасное решение. У нее не было матери, как же она сможет сама стать мамой? Ей совсем не хотелось потерпеть неудачу в попытке стать хорошей матерью.
– Мне не нужна собственная семья, – возразила она. – У меня есть ты.
Шейла поставила чашку на стол и пересела на диван к Джорджии. Она прижала девушку к себе, крепко ее обняв.
– Конечно, я у тебя есть, но для этого не обязательно переезжать в Детройт. Я всегда с тобой, где бы ты ни жила. Я знаю, что на тебя свалилось много неудач в последнее время, но ты не имеешь права бросить все, ради чего ты так упорно работала. Ты могла бы пойти работать в «Элайт индастриз», не так ли?
Теоретически предложение оставалось в силе, ну, конечно без позиции любовницы. Но Саттону осталось недолго, а с Евой она была мало знакома.
– Не уверена, что это хорошая идея.
– Но Чикаго такой красивый город, и там столько возможностей.
– Ты права, – согласилась Джорджия. Гораздо легче было сбежать, чем решать возникшие проблемы. Но в Детройте ей не нужно беспокоиться о случайной встрече с Карсоном и думать о своем разбитом сердце. На глаза Джорджии навернулись слезы.
– Ты справишься, Джорджия?
Она пожала плечами и взглянула на своего единственного друга, стараясь не расплакаться.
– Знаешь, какая-то часть меня ожидала этого поступка матери. Полное избавление от наркозависимости вряд ли возможно. С Карсоном все сложнее. Я думала, что между нами зарождается настоящее чувство. Но он бросил мне в лицо такое жестокое обвинение, которого я от него просто не ожидала. Его поведение застало меня врасплох. Он красивый, богатый, успешный, властный, и тем не менее провоцировал меня, чтобы я на него ополчилась.
– Иногда, чем успешнее человек, тем сильнее окружающие хотят сбросить его с пьедестала. Он хотел взять над тобой верх. Так сработал его защитный механизм. У меня к тебе простой вопрос: если он поймет, что совершил ошибку и извинится, ты примешь его обратно?
Джорджия думала об этом с момента приезда в Детройт.
– Скорее всего да, – призналась она. – Я всем давала второй шанс, даже если они этого не заслуживали, и я потом жалела о своем решении. Может быть, на этот раз все сложится по-другому или нет. В любом случае я его люблю. Я, наверное, дура, но это так.
– Ладно, – сказала Шейла. – Когда на него снизойдет озарение и он бросится извиняться, как, скажи на милость, он найдет тебя здесь?
* * *
Все шестеро и потенциальных и законных детей Саттона Уинчестера собрались у него в кабинете и молча расположились за столом заседаний, поглядывая друг на друга.
Средняя сестра, Нора, приехала из Колорадо. Карсон никогда ее не видел. С тех пор как она покинула Чикаго, она перестала работать на отца. Карсон не винил ее за это. Возможно, она правильно сделала, выбрав семью, а не бизнес.
Минуту спустя открылись двери, и в кабинет вошел Саттон в сопровождении серьезного вида дамы. Карсон надеялся, что это не очередная любовница. Она не походила на тот тип женщин, которые нравились Саттону. Строгий светло-серый костюм, русые волосы собраны в пучок, очки в элегантной оправе – она скорее напоминала ученую даму.
Саттон выдвинул ей стул, и она села рядом с ним во главе стола. Карсон заметил, что у отца дрожат руки. Джорджия оказалась права, выглядел он ужасно, и это не простуда или отравление.
– Я уверен, что вы все теряетесь в догадках, зачем я вас здесь собрал, – начал Саттон. – Если бы у меня было время, я бы продлил интригу, но времени нет, потому сразу перехожу к делу. Я умираю.
Карсон никак не среагировал. Он повернулся к вновь обретенным сестрам, которые охнули от ужаса, услышав заявление отца. Нора прикрыла рот рукой, на глаза Грейс навернулись слезы.
– Что ты сказал? – переспросила Ева. – Умираешь? Ты уверен?
– Да. Это доктор Уайльд, – сказал он, указывая на чопорную даму, сидящую рядом. – Она будет лечить меня от рака легких четвертой стадии в медицинском центре Мидвест. Врачи попробуют новые методики лечения. Я не хочу просто лежать и ждать, когда болезнь меня одолеет. Хотя я уже смирился с мыслью, что вряд ли смогу встретить Новый год в кругу семьи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
