богом, или что-то в этом роде, – пожал плечами Марк. – Правда, от принтеров они не отказываются.
– Ну разумеется, – вздохнул я. – На всякий случай отправлю сообщение Уиллу. Эвакуацию наших родственников нужно ускорить.
– Полагаю, уровень дипломатических отношений между Вулканом и Ромулом упал до исторического минимума, – заметила Бриджит.
Марк кивнул.
– Мы не рассчитываем на то, что начнется война, но границы закрыть они могут – или, по крайней мере, усилить над ними контроль. – Он посмотрел на меня: – Поставь на это сообщение пометку «Важное».
* * *
Мы вернулись в лабораторию и обнаружили, что атмосфера в ней стала куда более напряженной. Техники вполголоса переговаривались друг с другом, поглядывая на планшеты, а «ченни» тем временем расхаживал взад-вперед со встревоженным выражением лица – если безволосый бледный андроид вообще может выглядеть встревоженным.
– Что случилось? – спросил Марк.
– Не могу выйти, – ответил «ченни» отрывистым голосом Терри. – Я хочу произнести стоп-фразу, но команда пытается произвести отладку.
Я бросил взгляд на Терри, которая все еще лежала на каталке, и во мне вспыхнула искра сочувствия к ней. Технология активировала тот же участок мозга, который не давал телу двигаться во время сна, – это было сделано для того, чтобы пользователь мог сознательно управлять «ченни», не двигаясь. Но это означало, что, пока машина включена, пользователь остается парализованным. В основе этой модификации лежал совет, который Тот дал «прыгунам» в ходе переговоров.
Мы хотели сделать процесс деактивации «ченни» несложным, но на всякий случай также встроили в аппарат настраиваемую стоп-фразу, произнеся которую пользователь также мог «дернуть за рубильник».
Один из техников посмотрел на нас, а затем сказал:
– Терри, если хочешь, действуй. Чтобы найти ошибку, придется просмотреть журналы. А это дело не быстрое.
«Ченни» остановился и продекламировал:
– «Я маленький кругленький чайник». «Я маленький кругленький чайник». – На миг он замер, выжидая, а затем воскликнул: – Твою мать! Тоже не помогает. Вырубай эту хреновину!
Один из техников поспешно нажал кнопку, а затем осторожно снял с Терри шапочку. Терри села. «Ченни», действуя по стандартной программе автономного поведения, зашел в свою капсулу и отключился.
– Мне это не нравится, – сказала Терри, мрачно глядя на Марка. – Как можно быстрее устрани этот баг. Если какой-то пользователь запаникует, вас ждет пачка судебных исков.
Марк кивнул Терри, а затем ухмыльнулся мне:
– На жирные дивиденды пока можешь не рассчитывать. Похоже, что к релизу мы еще не готовы.
– Давай работай. Результат нам нужен быстро, но все нужно сделать правильно. Нельзя допустить, чтобы ВЕРА получила на нас компромат.
– И к луддитам это тоже относится, – добавила Бриджит, имея в виду группы активистов, выступавших за запрет «мэнни» и репликации.
– До встречи через неделю, Марк, – со вздохом сказал я и направился к выходу.
24
Арахнофобия
Икар. Август 2321 г. Сеть «червоточин»
Новый день, исследование новой планеты. Мне казалось, что каждый день – это Рождество, но как в хорошем, так и в плохом смысле. За каждой «червоточиной» меня ждали новые планеты, удивительные картины и иногда сюрпризы. Я словно отправился в один из тех круизов по Европе, когда каждый день ты оказываешься в новой стране.
Но минус заключался в том, что постоянный приток красивых зрелищ притуплял интерес. Если ты видишь планету, покрытую плавучими городами, каждый из которых закрыт куполом, и просто бурчишь себе под нос: «Ха!» – это верный признак скуки. Да, я слегка посмеивался над собой, но сама идея о том, что подобные картины заставят меня просто пожимать плечами, вынудила сильно разочароваться в самом себе.
К этому моменту мы уже нашли несколько десятков цивилизаций, созданных разными видами. Их философия урбанизации сильно отличалась; мы увидели практически все – от небоскребов до огромных городов и подземных сетей, похожих на муравейники. И хотя большинство из них находилось в хорошем состоянии, другие чувствовали себя несколько хуже: часть лишь начинала разрушаться, а в других уже наступил коллапс. Дедал заметил, что в городах последней группы системы жизнеобеспечения выключены, а это означало, что возвращаться хозяева не собирались.
– Ты заметил, что тут все заселено? – сказал Дедал, нарушив молчание.
– Что? – Я оторвался от окна, на которое передавал картинку беспилотник, совершавший облет очередной планеты.
– Все системы, которые мы изучили, более-менее похожи на Солнечную. Никаких систем типа «Траппист», ни одной системы с раскаленным Юпитером, никаких солнц-супергигантов, ни одной реально странной планеты. Ничего такого, что постоянно попадалось в ходе ранних поисков экзопланет.
– Э-э… – Я на миг растерялся. – Ну, возможно, это ошибка выборки. «Червоточины» строили в тех системах, где есть уже заселенные или пригодные для жизни планеты. Возможно, тут есть пара систем со странностями, а может, для них существует отдельная сеть, доступ к которой получили только исследователи. Кто знает? Но я уверен, что их отсутствие не случайно.
– Возможно, ты прав. В общем, я тут уже почти закончил. Как только наберешь достаточно видеоматериалов, можно переходить к следующей.
* * *
Новый день, исследование новой планеты. На то, чтобы добраться до единственной планеты, пригодной для жизни, понадобилось два дня, после чего мы сразу выпустили в полет обычный комплект беспилотников. Мы уже давно перестали беспокоиться о скрытности и о безопасности и даже обрадовались бы, если бы кто-то сбил один из наших дронов, – просто потому, что у нас появился бы собеседник.
А затем мы получили картинку.
– Та-а-ак, это что-то новенькое, – буркнул я.
Дедал подал знак рукой, и я повернул к нему окно. «Город», если это можно было так назвать, состоял из огромных тросов, без какой-то видимой системы натянутых между горами. С тросов свисали большие узлы, похожие на кокосы; их размеры варьировались от шести до нескольких сотен метров.
Несмотря на кажущийся хаос, у меня почему-то сложилось ощущение, что какая-то система тут все-таки есть и что объекты размещены не в абсолютно произвольном порядке.
– Это какое-то местное животное? – спросил Дедал.
– Э-э… – Я отправил приказ беспилотникам, и они провели сканирование с небольшой дистанции. – Любопытно. Тросы в основном состоят из органики, из чего-то вроде шелка. Но там есть базовая структура из углеволоконных нанотрубок, которые сознательно сделаны так, чтобы они напоминали природные объекты. – Я помолчал, вглядываясь в картинки. – И в этих узлах полно металла – очищенного металла, которому придали определенную форму. Это артефакты. Кажется, мы нашли город.
– То есть местный доминирующий вид – пауки?
– Или что-то в этом роде. Может, я шовинист, но мне даже приятно, что данной конкретной цивилизации здесь уже нет.
– Икар, мы не арахнофобы.
– Да, но это не значит, что я хочу обниматься с пауками.
