Л. Н. Толстой всегда выделял Татьяну из своих детей. Даже перед тем как окончательно уйти из Ясной Поляны в ту тяжелую осеннюю пору 1910 года, в последней записке он написал своим детям: «…простите за то, что все-таки я причина вашего страдания. Особенно ты, милая голубушка Танечка…»
Татьяна Львовна неплохо рисовала — в Школе живописи, ваяния и зодчества в Москве ее учил сам Илья Репин. Последний прижизненный портрет Льва Николаевича — он сидит и работает — написан именно ею, его дочерью.
Известно, что в сентябре 1919 года Председатель ВЦИК М. И. Калинин посетил Ясную Поляну, где он встретился с семьей Л. Н. Толстого, в том числе с Софьей Андреевной — вдовой писателя, с Татьяной Львовной и ее дочкой — юной Татьяной. С 1923 по 1925 год Татьяна Львовна работала директором музея Л. Н. Толстого. Ее дочь жила все время с нею.
В 1925 году Татьяна Львовна с дочерью по разрешению наркома А. В. Луначарского уехали за границу. Они побывали в Праге, Вене, Париже.
И тут стоит обратить внимание на одну немаловажную деталь. Дело в том, что Л. Н. Толстой еще при жизни отказался от авторских прав. Он утверждал, что не хочет получать деньги за свои мысли и чувства. А этот отказ означал, что и его наследники не будут получать никаких гонораров.
Поэтому дочь Льва Николаевича Татьяна за границей стала сама зарабатывать — она читала лекции о своем отце, и эти выступления пользовались большим успехом в разных аудиториях. А ее дочь, уже взрослая девушка, изучила стенографию и поначалу работала техническим секретарем. Но она мечтала о театре и очень обрадовалась, когда ее мечта осуществилась: ее приняли в одну из трупп. На гастролях в Италии она и познакомилась со своим будущим мужем.
Так в 1930 году, когда Татьяна Михайловна вышла замуж, судьба забросила ее на постоянное жительство в Италию. Вскоре туда приехала и Татьяна Львовна. Хотя и жили они на разных квартирах — мать не хотела мешать «молодым», — но часто бывали друг у друга. Вместе пережили тяжелые годы фашизма и второй мировой войны, вместе были и в послевоенные годы до смерти Татьяны Львовны в 1950 году.
Но никогда не забывали своего великого отца и деда. В Риме у Татьяны Львовны была «комната Толстого», где собиралось все связанное с его именем и произведениями: книги на многих языках, присланные со всех концов мира, и прежде всего на русском — из Советского Союза, газетные и журнальные вырезки, фотографии, пластинки, шкатулка с прядью из бороды Льва Николаевича, его портфель для рукописей и многое другое. Здесь же находился и ее архив писем, полученных от знакомых и незнакомых почитателей Толстого в разных странах.
И хотя мать и дочь долгие годы прожили за границей, однако связи с родиной они не порывали. Не порывает Татьяна Михайловна Альбертини (такой стала ее фамилия по мужу) эти связи и ныне.
Она не раз за последнее время бывала в Москве и, конечно, в Ясной Поляне. В 1975 году она приехала в Советский Союз вместе со своим сыном Луиджи, у которого в свою очередь уже трое сыновей. В 1977 году она побывала у нас в стране вместе со своей дочерью Кристиной, у которой тоже растет дочь. В 1979 году она приезжала с дочерью Мартой, матерью двух сыновей и двух дочерей. Наконец, в 1982 году она побывала в Москве и Ясной Поляне, на этот раз уже со своими повзрослевшими внуками — Пьером и Андреем.
Мне же, как я уже написал, довелось встретиться с ней в Италии. Внучка великого русского классика обращала на себя внимание дружелюбием по отношению к советским людям и непосредственностью общения с ними. Уже тот факт, что она не пропустила ни одного случая, чтобы посетить советское посольство и встретиться с нами каждый раз во время визита в Италию, говорит сам за себя.
Особенно теплый разговор состоялся у меня и Лидии Дмитриевны с нею во время приезда в Рим в феврале 1985 года. Татьяна Михайловна очень тепло отзывалась о своих поездках в Советский Союз, благодарила за то внимание, которое оказывается советскими людьми к сохранению памяти о Льве Николаевиче Толстом.
— Вы тем самым сохраняете для человечества память не только о Толстом, — говорила она, — но и о русской культуре в целом.
Она особенно была тронута тем, что делается по реставрации заповедника «Ясная Поляна», по бережному отношению к природе вокруг дома писателя.
— Да, мы сохраняем толстовский дух, — сказал я, — которым пропитано заповедное место, и для народа нашей великой страны, породившей этого гения, и для всех друзей русской литературы, которые едут к нам с открытым сердцем.
Татьяна Михайловна рассказывала о своих посещениях московских музеев Л. Н. Толстого. Их в Москве два, и оба глубоко почитаемы.
Внучка писателя сказала:
— У меня был семейный сувенир — драгоценное кольцо, оставшееся в наследство от деда. Он мне сам его подарил, когда я была совсем маленькой, и сказал: «Вырастешь большой — будешь носить». Я его и носила в течение многих десятилетий. А вот недавно передала это кольцо в дар московскому музею Льва Николаевича как реликвию.
Эта щедрой души женщина подарила московскому музею не только золотое кольцо, но еще и браслет, который ее мать получила на память от отца. Передала она в музей также бесценный архив матери. В нем имеются письма Ивана Бунина, Федора Шаляпина, Марины Цветаевой, Ромена Роллана, Андре Моруа, Бернарда Шоу и даже такой личности, как Феликс Юсупов, — одного из участников покушения на царского прихвостня Распутина. А еще раньше Татьяна Михайловна подарила Советскому Союзу подлинные дневники своей матери — 24 тетради из 27. Они были опубликованы в Москве в 1979 году; в них Татьяна Львовна рассказывает о своей жизни с 1878 по 1932 год и, конечно, много пишет о самом Льве Николаевиче.
Спорить не берусь, но, вероятно, Татьяна Михайловна Сухотина-Толстая (Альбертини) — единственная из оставшихся в живых на земле людей, с которыми лично близко общался Лев Николаевич Толстой. Она не только помнит его, но, что наиболее ценно, через всю жизнь пронесла его основные идеи, проповедовала их близким ей людям. Она была в Ясной Поляне и когда он умер.
Как-то во время встречи с Татьяной Михайловной — этой умной и обаятельной женщиной — я мысленно перенесся на несколько десятилетий назад.
Работал я тогда в США, а в районе Нью-Йорка в то время еще проживала младшая из дочерей Л. Н. Толстого — Александра. Она немало сделала в угоду тем кругам русской белоэмиграции, которые не без поощрения наиболее враждебных сил американской реакции занимались постоянной клеветой в адрес советского народа. Это происходило в то время, когда лучшие его сыны и дочери сначала преградили путь фашистскому агрессору, а затем поставили его на колени.
Александра Львовна в отведенной ей резиденции организовала нечто вроде убежища и пыталась туда всячески заманивать советских людей, используя в качестве приманки нетленное имя ее отца. Разумеется, успеха она в этом «деле» не достигла.
Два человека — Татьяна и Александра, близкие, даже очень близкие ко Льву Николаевичу, но какая гигантская пропасть их разделяла! Они шли по жизни двумя разными путями.
Одна, а за ней и ее дети, поняла, что советский народ помнит и ценит величие и гуманизм Толстого, а вторая так и не захотела увидеть того, что стало очевидным всему человечеству. Она — эта вторая — все время старалась «оторвать» Льва Толстого и память о нем от нашей страны, от его родины, от его народа, видя в нем только графа и проглядев человека-исполина, человека-гуманиста.
Самого Льва Толстого метко охарактеризовал В. И. Ленин, который еще после первой русской революции написал:
«Его мировое значение, как художника, его мировая известность, как мыслителя и проповедника, и то и другое отражает, по-своему, мировое значение русской революции».[12]
Разве можно сказать точнее и лучше?
А что касается самой Татьяны Михайловны, то рассказ о ней можно завершить фразой из дневника ее матери — Татьяны Львовны: «Это удивительно, сколько это маленькое существо распространяет вокруг себя любви».[13]
«Маленькое существо» выросло и живет на свете много лет. И продолжает распространять вокруг себя любовь. Только теперь уже не просто любовь, а осмысленную, направленную, конкретную любовь. К людям, к своему народу и его культуре. Ко Льву Толстому.
Беседы в Ватикане
Мало найдется иностранцев, которые, побывав в Риме с официальным визитом или в качестве туристов, не посетили бы собор святого Петра в Ватикане, где сосредоточены ценнейшие сокровища культуры и искусства.
Особое место здесь занимают произведения Микеланджело, с именем которого связано и сооружение собора. Впечатляет спроектированный им центральный купол, стоя под которым в полной мере осознаешь грандиозность этого архитектурного памятника. Не менее эффектным представляется внутренний вид собора, открывающийся сверху, со специально оборудованной террасы под куполом. Гиды провели нас и на крышу собора, по которой, учитывая ее размеры, можно свободно прогуливаться, созерцая панораму Вечного города.
