Ей предположение Коннела вовсе не льстило. Напротив, она была оскорблена. Неужели Коннел действительно думает, что она флиртовала с Хэлом? После всего того, что говорила о нем?
— Тем не менее мы действительно говорили о работе, — холодно сказала Зои.
— О да! Ну конечно, вы говорили о работе! Как я мог подумать что-нибудь еще? Ради бога! Конечно, здесь, под луной… — он сделал паузу, циничная улыбка тронула ему губы, — в этом платье… что еще можно делать, как не говорить о работе!
Зои вспыхнула от гнева.
— Но это правда! У меня возникла замечательная идея! Впрочем, пусть Хэл тебе расскажет.
Она ушла прежде, чем кто-либо из мужчин успел остановить ее, но, идя к дому, она спиной чувствовала враждебный взгляд Коннела.
Это была действительно замечательная идея — снять ту сцену в саду, чтобы придать фильму особое очарование. Только бы Коннел не отказался. Теперь, когда он так разозлился, неизвестно, как он себя поведет.
Во всяком случае, Зои была довольна, что это Хэл, а не она, сейчас объясняется со своим кузеном. Пусть Коннел укусит его побольнее. Ей было совершенно не жаль Хэла. Особенно после того, как он повел себя сегодня.
Стоило ей войти в гостиную, на нее накинулась Санча:
— Ради Бога, что ты делала в саду с Хэлом Таксфордом? Я думала, ты его не выносишь!
— И ты туда же!
— В смысле?
— Да ничего особенного!
— Та-ак. Коннел? — Глаза Санчи заблестели. — Я видела, как он вышел в сад. И на чем же он вас поймал?
— Ни на чем. Неважно. Вечно он думает всякие гадости, вот и все. — Заметив легкую улыбку сестры, Зои разозлилась:
— И ты туда же! Хэл занят в моем фильме. Я что, не могу поговорить с ним?
— На празднике?!
Зои чуть не застонала. Ничего они не понимают в жизни! Они просто представить не могут, как сильно она любит свою работу! Она просто не может не думать о ней постоянно!
— С актерами бесполезно говорить, пока их гримируют. Они в это время все равно ничего не соображают, да и времени там особенно нет, — попробовала она объяснить сестре. — На съемочной площадке надо снимать, а не объяснять актерам их роли! Да еще надо проверять свет, реквизит…
— Что?
— Ну, это предметы, которыми пользуются актеры во время съемок!.. — Зои незаметно увлеклась, рассказывая, как снимают кино. Санча внимательно слушала. Они редко разговаривали о съемках, у них вечно не хватало на это времени, когда они оставались одни. Всегда кто-нибудь из них спешил пожаловаться на свои личные проблемы. Обычно это бывала Санча. У Зои до сих пор не было серьезных личных проблем. До сих пор…
Она взяла себя в руки. Какие личные проблемы? О чем это она? У нее их не было и нет. Коннел… Просто в будущем она постарается держаться от него подальше, вот и все.
— Да, еще технический персонал требует внимания. Но с актерами труднее всего. Они хотят, чтобы ты все им объяснила: как говорить, куда посмотреть, как посмотреть. Только и слышишь:
«Мне улыбнуться?», «А может, лучше нахмуриться?», «Вы хотите, чтобы я сделал это или это?». А такие актеры, как Хэл Таксфорд, нуждаются в помощи особенно. Правда, он, что ему ни говори, всегда играет одинаково — и совершенно бездарно.
— Он хорош собой, — рассеянно заметила Санча, но казалось, она думала вовсе не о Хэле. Вздохнув, она сказала:
— Знаешь, я теперь думаю, что ошиблась, когда стала заниматься фотографией. Надо было учиться на оператора. Это так интересно! Жаль, теперь уже ничего не изменишь. В моем-то возрасте…
— Прекрати! Какой такой у тебя возраст, чтобы ты не могла делать то, что тебе нравится? — раздраженно отозвалась Зои. — Я ненавижу слова «слишком поздно». Не бывает слишком поздно, пока ты не умерла. Если ты действительно хочешь быть оператором, сходи в училище, узнай, может, тебя и примут.
Санча грустно улыбнулась.
— Ты забываешь, у меня трое детей! Я не могу и заботиться о них, и учиться полную рабочую неделю, особенно если мне придется переехать в Лондон на время учебы. Не могу же я тратить каждый день несколько часов на дорогу туда и обратно.
Зои цинично усмехнулась. — И конечно, Марк не захочет даже слышать об этом!
— Верно. Но даже если бы он поддержал меня, я все равно чувствовала бы себя виноватой, оставляя детей на попечение няни. Я нужна им, Зои. Не надо во всем обвинять Марка. Я трезво смотрю на вещи. Если бы я могла учиться в каком-нибудь местном колледже, совмещая учебу с заботами о семье, тогда другое дело. Нет, лучше уж я заведу свое собственное дело, как решила.
— Наверное, ты права. Но я ужасно рада, что у меня нет детей! Или мужа, который диктует мне, что я могу делать, а что нет.
Зои вдруг почувствовала, что кто-то подошел к ней сзади, и увидела, как Санча растерянно заморгала и лицо у нее на секунду удивленно вытянулось. Впрочем, она сразу взяла себя в руки и улыбнулась хозяину дома.
— О, привет, Коннел! Чудесный вечер. У тебя очень красивый дом, я только что говорила Зои, как мне хотелось бы иметь что-нибудь подобное. Здесь так спокойно и уютно…
— Зои, похоже, не согласна с тобой, — весело заговорил Коннел. Он склонился над Зои, почти касаясь ее губами. Та вздрогнула. Он что, собирается поцеловать ее? На виду у всех? Ее кожа горела.
Санча удивленно посмотрела на сестру.
— Я хочу поговорить с тобой, — сказал Коннел.
— Извините нас, Санча, хорошо? Мы с вашей сестрой должны обсудить один деловой вопрос.
Какой деловой вопрос? Зои попробовала сообразить, но он стоял слишком близко. Так близко, что она вообще не могла ни о чем думать, и это тревожило ее. Она всегда гордилась тем, что умеет держать себя в руках. Теперь она начала сомневаться в этом.
— Ну конечно, — ответила Санча, и у нее в голосе послышались изумление, недоверие, любопытство… и еще что-то.
Зои чувствовала себя так, будто они с Коннелом не расставались. Как будто всегда знали друг друга. Время больше не имело значения; ее память не простиралась далее того дня, когда она встретила его.
Коннел крепко взял ее под руку и повел сквозь толпу гостей, которые смотрели на них не менее удивленно, чем Санча.
Когда они вышли в холл, им встретилась изящная блондинка, и взгляд ее красивых глаз из-под длинных ресниц скользнул по Зои весьма недружелюбно.
— У тебя незваные гости, Коннел? — спросила она, приподнимая тонкие нарисованные брови.
Пришлось остановиться — девушка стояла у них на пути. Коннел попробовал разрядить ситуацию:
— Думаю, вы вряд ли знаете друг друга, не так ли? Бьянка, это Зои Коллинз. Помнишь Марка? Это его свояченица, сестра Санчи. Зои — кинорежиссер. Ты, вероятно, видела ее фильмы. Какое-то время она работала на телевидении как режиссер-документалист.
Откуда он все это знает? — удивилась Зои. Ведь она почти не рассказывала ему о себе. Слышал от Марка? Или от Хэла Таксфорда? Ужас сколько людей могут немало знать о тебе, ни разу с тобой не встречаясь!
