Чуть позже представитель «Интеко» сообщил, что Батурина готовит иск к Чигиринскому, чтобы истребовать с него долг, а также опровергнуть информацию Гриерсона о «партнерстве» и его условиях. Иск был подан в конце 2009 г. на Кипре, по месту регистрации компании, задолжавшей Батуриной.
Каковы результаты судебного процесса – пока не известно. А вот доля Чигиринского в Sibir Energy в итоге оказалась у государственной компании «Газпромнефть». Воспользовавшись падением котировок акций Sibir Energy, «Газпромнефть» скупила также ее акции и на открытом рынке.
Единственным акционером компании, некогда управлявшейся Чигиринским, который отказался продать свой пакет, стало правительство Москвы. Более того, Юрий Лужков договорился с «Газпромнефтью» о том, что городские власти выкупят у госкомпании около 5 % из числа собранных ею акций. В итоге доля Москвы в Sibir Energy должна достигнуть 25 %.
А теперь предположим, что Гриерсон был прав в своих показаниях, и Батурина действительно косвенно владела 12,7 % Sibir Energy. Получается, что выкуп ее акций в конечном итоге был профинансирован из городского бюджета? История с участком земли на Мичуринском проспекте показывает, что ничего невозможного в таком варианте нет.
5
Пока гремели все эти баталии, «Интеко» планомерно росла. Даже в самый тяжелый период Батурина продолжала экспансию.
Весной 2009 г. «Интеко» удалось стать подрядчиком «Объединенной авиастроительной корпорации» (ОАК) по разработке концепции использования земель в окрестностях Ходынского поля, на которых сейчас расположены самолетостроительные производства. ОАК планировала их вывести за пределы Москвы. А «Интеко» была нанята для того, чтобы создать концепцию повторного освоения высвобождающихся гектаров.
К весне 2010 года компания Елены Батуриной завершила работу. По ее окончании представитель «Интеко» заявил, что компания Батуриной может принять участие и в реализации концепции.
Весной 2010 г. стало известно и об еще одном крупном проекте «Интеко».
На международной выставке MIPIM-2010 в Канне компания ЗАО «Патриот», входящая в группу «Интеко», подписала соглашение с властями Краснодарского края о строительстве в городе 406 тыс. кв. м жилья. Инвестиции в проект были запланированы в объеме 8,5 млрд руб.
Чтобы обеспечить развертывание гигантской по меркам Краснодара стройки, Батурина озаботилась поиском в регионе площадки под возведение современного домостроительного комбината. К тому времени «Интеко» уже вовсю вела лишь немного уступающую по масштабам стройку в Ростове-на-Дону – площадь жилья возводимого здесь микрорайона «Ливенцовский» должна составить 388 тыс. кв. м. Строительство велось с использованием собственной индустриальной базы «Интеко» – Ростовского крупнопанельного домостроительного завода. Купив предприятие еще в 2006 г., в 2010-м Батурина приняла решение инвестировать в увеличение производственных мощностей предприятия – со 150 тыс. до 200 тыс. кв. м жилья в год.
Создав «опорную базу» на юге, «Интеко» застолбила место и в северной столице. Батурина приобрела 90 % питерского ЗАО «ДСК-3». Комбинат возводит крупнопанельные многоэтажные дома, коттеджи, изготавливает сборные железобетонные и газобетонные изделия. В 2009 г. ДСК-3 произвел около 100 тыс. кв. м жилья.
Региональные проекты «Интеко» Батурина развивает через специально созданный фонд «Патриот». В марте 2010 г. хозяйка «Интеко» сделала официальное предложение Внешэкономбанку принять участие в проектах «Патриота». В капитал фонда к моменту начала переговоров с ВЭБом были уже внесены земли общей стоимостью 5–6 млрд руб.
Проекты первой очереди помимо Краснодара, Ростова и Петербурга должны стартовать еще и в Самаре, где Батурина решила вопрос с выделением земель под застройку. ВЭБу было предложено вложить капитал в «Патриот» (в обмен на долю), а также кредитовать покупку земель и строительство новых домостроительных комбинатов.
«Если государство говорит, что ему необходимо получить [доступное] жилье раньше, чем это будет скорректировано рынком, значит, оно должно в этом участвовать», – рассуждала Батурина. Всего она предложила госбанку поучаствовать в строительстве в регионах свыше 950 тыс. кв. м жилья до 2015 г.
Вялотекущие переговоры на этот счет продолжались до осени 2010 г. Затем свою позицию сформулировал председатель правления ВЭБа Владимир Дмитриев. По его словам, предложение «Интеко» сотрудничать с госбанком по созданию в регионах сети домостроительных комбинатов (ДСК) не получило дальнейшего развития.
«Нет материалов, достаточных для детальной проработки этого вопроса», – заявил Дмитриев. Это было через день после скандального увольнения Юрия Лужкова с должности мэра Москвы по причине «утраты доверия».
28 октября около 12 часов дня фельдъегерь вошел в здание московской мэрии на Тверской. Поднялся на четвертый этаж, зашел в зал заседаний правительства. «Коммерсант» на следующий день написал, что процедура была обставлена как можно унизительнее для Юрия Лужкова.
Ступая по красному ковру грязными сапогами, курьер подошел к месту председателя московского правительства. Вынул из коричневого портфеля пакет и вручил его Владимиру Ресину, который вел заседание и вместо которого, как, видимо, считали в Кремле, должен был быть Юрий Лужков. В пакете был указ Дмитрия Медведева о снятии Лужкова с поста мэра по причине «утраты доверия».
Для «Интеко» наступил «час Х». Что бы на этот счет ни говорила сама Елена Батурина, но все последние годы она работала над тем, чтобы снизить риски для своего бизнеса, связанные с неизбежным уходом Юрия Лужкова с поста мэра.
«Интеко» сократила объемы жилищного строительства в Москве, сконцентрировавшись на возведении в столице объектов коммерческой недвижимости. При этом Батурина развила экспансию на региональных рынках, там «Интеко» строит большие объемы дешевого панельного жилья. У компании жены мэра реализуется несколько крупных проектов за рубежом. Похоже, значительная часть активов выведена в «кэш».
Наверное, если бы отставка Лужкова произошла годом позже, бизнес Батуриной был бы к ней готов в еще большей степени. Но и так сделано немало. Однако хватит ли сделанного для того, чтобы защитить состояние семьи теперь уже бывшего мэра? Это покажет самое ближайшее будущее.
Глава IX Аналоги «Интеко». Казанский ТАИФ и «БашТЭК»
«Интеко» Елены Батуриной – отнюдь не единственная крупная компания в России, возникшая в рамках, как написал в свое время депутат Александр Лебедев, «семейно-государственного партнерства». Можно предположить, что такого рода «бизнес-образования» существуют в каждом населенном пункте.
В феномене «Интеко» уникален масштаб. Нигде больше ближайшему родственнику главы местной власти не удалось вырастить столь крупной корпорации на «подведомственной» супругу (отцу, брату и т. п.) территории. И это неудивительно – Москва самый богатый из регионов Российской Федерации. Но кроме богатства нужны и другие слагаемые.
Взять хотя бы Санкт-Петербург. «Северная столица» даже в 90-е годы, не говоря уж о 2000-х, когда «питерские» взяли власть в стране, была средоточием крупного капитала. Через Питер шла львиная доля российского экспорта и импорта. На обслуживании этих потоков сформировались мощные банковские группы. Однако «семейной корпорации», заметной на федеральном уровне, в Петербурге не было создано. Почему? Ответ очевиден – в Питере не было «семьи», которая бы непрерывно удерживала власть в городе начиная с ранних 90-х. Зато такие режимы сформировались в двух других «богатых» российских регионах – Татарии и Башкирии.
Здесь, так же как и в Москве, у власти находились несменяемые лидеры – Минтимер Шаймиев в Казани и Муртаза Рахимов в Уфе. И так же, как Юрию Лужкову, главам Башкирии и Татарии удалось, во-первых, навязать в первой половине 90-х федеральному центру собственную модель приватизации находящихся на территории региона активов, и во-вторых, обеспечить, по крайней мере вплоть до начала 2000-х, защиту своей территории от поползновений федеральных «олигархов». Результат? В Татарстане выросла группа ТАИФ, где одним из крупнейших акционеров официально (а по неофициальной версии, так и вовсе единоличным хозяином) является Радик Шаймиев, сын президента Шаймиева. И концерн «БашТЭК» в Башкирии, который выстроил Урал Рахимов, сын башкирского президента Рахимова.
Прежде всего, с «Интеко» эти объединения роднит стоимость бизнеса, измеряемая миллиардами долларов. Это действительно крупные корпорации. Но что с ними будет после того, как глава клана, под сенью поддержки которого и сформировалась «семейная» компания, лишается своего поста?
Отставки Шаймиева, Рахимова и Лужкова состоялись в течение менее чем одного года. Шаймиев лишился президентства в январе 2010 г., Рахимов – в июле. Лужков перестал быть мэром Москвы в сентябре. Перспективы бизнеса родственников бывших первых лиц Татарстана и Башкирии, опередивших своей отставкой Лужкова, сегодня вполне ясны.
