Мистер Корбек крякнул, он был недоволен тем, что выдал себя. Сразу же повернувшись ко мне, он спросил самым естественным тоном:
– Теперь скажите мне, как вам удалось их вернуть?
Я был так поражён, что ответил не думая:
– Мы их не возвращали! Путешественник открыто расхохотался.
– Что вы этим хотите сказать, черт побери? – спросил он. – Вы их не возвращали! Да вот они здесь, у вас перед глазами! Мы вас застали за тем, что вы их разглядывали, когда мы вошли.
К этому времени я справился со своим изумлением и находился уже в своём уме.
– В этом-то все и дело, – сказал я. – Мы случайно на них наткнулись, именно в тот момент!
Мистер Корбек, отстранившись, внимательно смотрел на нас с мисс Трелони, переводя глаза с одного на другого, он спросил:
– Вы хотите мне сказать, что никто их сюда не приносил, что вы нашли их в этом ящике? То есть, иначе говоря, их никто не возвращал?
– Думаю, что кто-то все же должен был их сюда принести; они не могли здесь очутиться сами по себе. Но кто это был, когда и как это произошло, мы не знаем. Нам нужно будет это расследовать и узнать, не знает ли кто-нибудь из слуг об этом деле.
Некоторое время мы все стояли молча. Молчание было довольно долгим. Первым заговорил детектив, который внезапно произнёс:
– Черт меня побери! Извините, мисс, – после чего он захлопнул рот.
Мы вызывали слуг по одному и спрашивали их, не знают ли они чего-нибудь о предметах, положенных в шкафчик будуара, но никто из них не смог пролить свет на эту проблему. Мы не говорили им, что это были за предметы и не показывали их.
Мистер Корбек, упаковав светильники в вату, поместил их в жестяную коробку, которую, могу здесь кстати заметить, отнесли в комнату детективов, и один из людей всю ночь стоял рядом с ней на страже с револьвером. На следующий день принесли небольшой сейф и мы поместили светильники в него. Сейф отпирался двумя различными ключами. Один из них я держал при себе, а другой положил в свой ящик в подвалах банка. Мы все были полны решимости избежать повторной потери светильников.
Примерно после того, как мы нашли лампы, появился доктор Винчестер. С ним была большая коробка, и, когда её открыли, там оказалась мумия кошки. С разрешения мисс Трелони я отнёс её в будуар и туда же принесли Сильвио. К нашему всеобщему удивлению, – кроме, разве что, доктора Винчестера – он ничуть не возмутился, он вообще никак на это не отреагировал. Он стоял на столе рядом с коробкой и громко мурлыкал. Затем, следуя нашему плану, доктор отнёс его в комнату мистера Трелони, и мы все пошли за ним. Доктор Винчестер был в возбуждении, мисс Трелони тревожилась. Я тоже волновался, так как начал понимать, в чем состоит идея доктора Детектив держался с холодным и спокойным высокомерием, но мистер Корбек, бывший сам по себе энтузиастом, был полон оживлённого возбуждения.
Как только доктор Винчестер вошёл в комнату, Сильвио замяукал и стал выворачиваться и, выпрыгнув из его рук, побежал к мумии кошки и стал яростно царапать футляр. Мисс Трелони с трудом унесла его, но, оказавшись вне комнаты, он успокоился. Когда она возвратилась, послышалось множество реплик:
– Я так и думал! – от доктора.
– Что это может значить? – от мисс Трелони.
– Это очень странно! – от мистера Корбека.
– Странно! Но это ничего не доказывает! – от детектива.
– Я отказываюсь от комментариев! – от меня, так как я подумал, что надо хоть что-то сказать.
Затем, по общему согласию, эту тему оставили на некоторое время.
Вечером у себя в комнате я делал некоторые заметки о том, что произошло, когда раздался стук в дверь. По моей просьбе пришёл сержант Доу, тщательно закрыв за собой дверь.
– Ну, сержант, – сказал я, – садитесь. В чем дело?
– Я хотел поговорить с вами, сэр, об этих светильниках. – Я кивнул и подождал, он продолжал. – Вы знаете, что комната, в которой их нашли, напрямую соединяется с той, где мисс Трелони спала прошлой ночью?
– Да.
– Ночью где-то в той части дома открылась и снова закрылось окно. Я слышал это, обошёл вокруг, но ничего не заметил.
– Да, я знаю это! – воскликнул я. – Я сам слышал, как открывалось окно.
– Не думаете ли вы, что в этом есть что-то странное, сэр?
– Странное! – сказал я. – Странное! Это самая поразительная, сводящая с ума вещь, которую я когда-либо встречал. Это все настолько странно, что никто ничему не удивляется, и все просто ждут, что же произойдёт дальше. Но что вы подразумеваете под «странным»?
Детектив помолчал, подбирая слова, затем нерешительно заговорил:
– Видите ли, я не из таких, кто верит в магию и все такое. Я всегда смотрю на факты, и в конце концов оказывается, что у всего есть причина. Этот новый джентльмен говорит, что вещи были украдены из его комнаты в отеле. Судя по некоторым его словам, я понял, что светильники принадлежат на самом деле мистеру Трелони. Его дочь, хозяйка дома, оставив комнату, которую она обычно занимает, спит в ту ночь на первом этаже. Ночью было слышно, как открывается и закрывается окно. Когда мы, весь день старавшиеся найти ключ к разгадке этой кражи, возвращаемся в дом, мы находим украденные вещи в комнате, находящейся рядом с той, в которой она спала!
Он остановился. У меня возникло то же самое чувство боли и страха, которое я испытал, когда он говорил со мной раньше. К проблеме, однако же, надо было встать лицом к лицу. Этого требовали наши с отношения с Маргарет, и мои чувства к ней, которые, как я теперь прекрасно осознавал, означали глубокую любовь и привязанность. Я сказал по возможности спокойно, зная, что острые глаза сыщика нацелены на меня.
– И какой же здесь вывод?
Он ответил с холодной дерзостью убеждённости:
– Для меня вывод в том, что кражи не было вообще. Кто-то принёс эти вещи в дом и передал их кому-то через окно на первом этаже. Их положили в шкафчик так, чтобы они были найдены в подходящее время!
Почему-то я почувствовал облегчение; это предположение само по себе было слишком чудовищным. Мне не хотелось, однако, подавать вида, поэтому я ответил по возможности серьёзно:
– И кто же, вы думаете, принёс их сюда?
– Этот вопрос остаётся открытым. Возможно, сам мистер Корбек; доверять это дело какому-то третьему лицу было бы слишком рискованно.
– Тогда естественным продолжением ваших выводов явится то, что мистер Корбек лгун и надувала и что у него есть тайные дела с мисс Трелони, имеющие целью обмануть кого-либо в истории с этими светильниками.
– Ваши слова достаточно резки, мистер Росс. Они так прямо выражены, что точно определяют место человека, и тогда насчёт него возникают новые сомнения. Но мне приходится следовать здравому смыслу. Может быть, второе лицо, здесь замешанное, это мисс Трелони. Если бы одна деталь, которая навела меня на размышления, так что я засомневался в её отношении, я бы и не стал предполагать, что она здесь замешана. Но насчёт Корбека я уверен. Кто бы там ни был замешан, но он-то уж точно! Эти вещи не могли быть взяты без его попустительства – если он говорит правду. Если же нет – что же! В любом случае он лжец. Я стал возражать против того, чтобы оставлять его в доме, где хранится такое множество ценных вещей, но это даст нам с напарником возможность за ним наблюдать. И за всем прочим мы будем смотреть тоже, скажу я вам. Он сейчас в моей комнате, сторожит эти светильники, но и Джонни Райт тоже там. Я приду до того, как он уйдёт, так что вряд ли кто-нибудь ещё сможет вломиться в дом. Это все, мистер Росс, разумеется, только между нами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
