И он горько захехекал, дергая лысой птичьей головкой.
Матвей, ощущая, как ободряющий холод растекается от фигурки в руке по всему телу, упрямо выпятил подбородок.
— А вы что предлагаете, Самуил Аркадьевич? Сдаться?
— Я предлагаю переговоры, молодой человек! — запальчиво сказал старичок. — Вышлем парламентерский корабль, потянем время… Говорить всегда предпочтительнее, чем стрелять. Думаю, и ваши, Матвей Степанович, бывшие коллеги это прекрасно понимают. В двадцать пятом веке живем, как-никак!
Дернувшись при слове «коллеги», Матвей покачал головой.
— Прусаков не будет разговаривать с нами, — убежденно сказал он. — Ему нужен я. Нужен отец. И нужны активы корпорации. Все остальное он просто уничтожит.
— Как? На каком основании? — Боровский всплеснул похожими на паучьи лапки руками.
— По праву сильнейшего, — жестко ответил Матвей. — А как… Развернет «Справедливый» тарелкой вперед и даст «полный газ». О комете «Шпитц-11» все помнят?
Собравшиеся в центральном отсеке понурили головы. Мощь фотонного крейсера пугала.
— Куда ни кинь, всюду клин, так что ли? — вновь взял слово Степан Николаевич.
— …скоростной рейдер «Катет», погранслужба, крейсер второго ранга «Изюбрь», «Беллона», неопознанный дискообразный объект нестандартной компоновки… — все зачитывал оператор.
— А это дисколет «Пилигрим», — прислушавшись, пояснил Матвей. — Тот самый, с вихревой защитой. Быстро они его восстановили.
— Разрешите? — зазвучал из динамиков голос Исинки. — Я провела необходимые расчеты и предлагаю следующее: суда корпорации возьмут курс на Солнце. Судя по данным мониторинга солнечной активности, наше светило сейчас нестабильно, идет череда выбросов, длина протуберанцев достигает миллиона семисот тысяч километров, скорость распространения вещества — свыше восьмисот километров в секунду. Максимально ускорившись, мы пойдем прямо навстречу одному из таких протуберанцев. Когда караван достигнет плазменного облака…
— Мы все сгорим, — усмехнулся Боровский.
— На станции имеется сидератор, — ровным голосом продолжила Исинка. — Если установить его на головном судне каравана — предлагаю использовать курьерский планетолет «Север» — и активировать так, чтобы гравитовыброс произошел прямо по курсу следования, нам удастся отклонить протуберанец. Таким образом мы освободим коридор для судов. Конечно, речь идет о едином караване, в который войдут все планетолеты корпорации. Пройдя по гравитационному тоннелю, по касательной к хромосфере Солнца, прямо через солнечную корону, мы окажемся вне зоны досягаемости кораблей противника. Последовать за нами они не смогут — очередной выброс перекроет им путь.
— Позвольте! — взволнованно протиснулся вперед невысокий, полный человек в корпоративном комбинезоне — главный инженер проекта «Венера» Валентин Рязанов. — Но это единственный имеющийся у нас сидератор! Без него мы не сможем завершить…
— Без него мы не сможем выжить, Валентин Иванович! — жестко перебил инженера Гумилев-старший. Переведя взгляд с побагровевшего толстяка на большой экран, по которому медленно, со скоростью перемещения станции по орбите, ползла бурая стена Венеры, он тихо произнес: — Я принял решение. Дежурный! Дайте внутреннюю трансляцию.
— Через Солнечную корону, — пробормотал себе под нос капитан «Вайгача» Шепилов. — Надо же… А что, может, и проскочим!
Степан Николаевич тем временем приосанился и твердым, уверенным голосом, в котором, казалось, лязгала сталь, заговорил:
— Внимание всему персоналу станции «Амур» и служащим корпорации «Кольцо»! Я, президент корпорации Гумилев, объявляю срочную эвакуацию! Повторяю: срочная эвакуация! Начальникам отделов, заведующим цехами, лабораториями, командирам подразделений и капитанам судов действовать по плану чрезвычайной ситуации, файл «один-красный»! Повторяю…
Слова президента разносились по всем помещениям, отсекам, цехам и лабораториям станции, звучали в рубках и кают-компаниях пристыкованных к «Амуру» планетолетов. Едва только Гумилев произнес «файл «один-красный», как повсюду взвыли сирены и вспыхнули алые лампы аварийной тревоги. Тысячи людей сорвались со своих рабочих мест, покинули каюты и комнаты отдыха. Каждый знал, где ему надлежит находиться в случае объявления чрезвычайной ситуации — в «Кольце» не жалели средств и времени на тренинги по безопасности.
Руководство корпорации покинуло центральный отсек сразу после того, как президент начал говорить. Все эти люди, не один год проработавшие бок о бок со Степаном Николаевичем, знали, что от своего слова он не отступится и строго спросит с тех, кто не выполнил приказ.
В грузовых шлюзах оживали докер-боты, их оранжевые ковши, платформы и стрелы выдвигались, готовясь принять первые контейнеры, боксы и аппаратуру, доставляемую по силовым тоннелям из недр станции.
— Быстрее, быстрее! — торопили своих работников начальники участков. — Шестой цех — вторая лифтовая шахта, одиннадцатый шлюз, грузимся на танкер «Аметист», седьмой цех — вторая шахта, двенадцатый шлюз, лихтеровоз «Средневолжск-17», восьмой цех…
По отсекам «Амура» грохотали тысячи ног, тысячи скафандров покидали свои ниши в эвакуационных коридорах.
Исинка по приказу Степана Николаевича задействовала для погрузки армаду наноботов. Металлические паучки забирались под контейнеры, станки и приборы, собирались там в некое подобие автоматических платформ и транспортировали грузы к шлюзам.
— Все тихоходы бросим. Заминировать и оставить на орбите, — командовал Гумилев-старший в микрофон. — Что? Противометеоритные платформы? К чертовой матери!
— Погоди, отец! — запротестовал Матвей, отвлекшись от расчета курса каравана. — Платформы нам пригодятся.
— Но они плетутся, как черепахи!
— Ерунда. Поставим на каждый по паре разгонников, а еще пару погрузим в запас. До Солнца должно хватить, а потом подцепим на буксир.
— Но зачем нам эти калоши? — непонимающе посмотрел на сына Степан Николаевич.
— На противометеоритных платформах смонтированы широкополосные лазерные установки типа «Аквамарин», так?
— Не помню… — пожал плечами Гумилев-старший и отвлекся, закричав в микрофон: — Оставить катализаторные колонны! Да, Виталий Иванович, да, вы не ослышались. Они слишком громоздкие и тяжелые. Лучше загрузите побольше медикаментов и продовольствия — боюсь, для нас в ближайшее время это будет куда важнее.
— Отец! — Матвей потрепал Степана Николаевича по плечу. — Смотри: если перенастроить резонаторный блок — я знаю как — то из гражданского широкополосника, годного лишь на то, чтобы сжигать орбитальный мусор и метеориты, мы получим боевое лазерное орудие, способное поражать корветы противника на дальних дистанциях.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
