– Да, верно, – согласился Джек, надеясь, что его лицо осталось бесстрастным. – Удивительно, что так неудачно все получилось…
– Так вот, я надеюсь, что наши с вами инвестиции будут доходнее, чем у Ван Хозена.
Губы Джека чуть дрогнули.
– Возможно, – кивнул он. – Насколько я понимаю, у нас предполагаются равные доли – по одной трети. Но если так, то у Стюарта должно быть тридцать четыре процента, а у нас с вами – по тридцать три. Ведь именно он владеет информацией, поэтому должен иметь преимущество.
– Это мне подходит. Значит, вам нравится мое предложение?
– Нравится? – Джек рассмеялся, чувствуя легкое головокружение. Когда же он начал размышлять о практической стороне предприятия, то сразу встревожился. Возможно, он впервые в жизни получит шанс сделать что-то по-настоящему стоящее. Но вдруг не справится? – Вы предлагаете мне возможность изменить историю семьи Федерстонов. Как же такое предложение может не нравиться?
– Прежде чем вы слишком возрадуетесь, выслушайте мое второе условие. Мы ничего не говорим об этом Линнет до венчания.
Джек нахмурился.
– Но почему? Не понимаю… Какие у нее могут быть возражения?
– Ну, ведь мотивы вашего брачного предложения не становятся менее проблематичными, верно? Но главное не это. Линнет обязательно станет возражать против моего участия. Если она узнает, что мы вместе создаем компанию, ни за что за вас не выйдет.
– Почему? Мне кажется, такое решение ей должно понравиться больше, чем передача мне приданого. Мол, пусть жених сам зарабатывает себе состояние…
– Дело в том, что сейчас я для Линнет… – Холланд умолк, явно подыскивая уместное выражение. Потом вдруг выпалил: – Я для нее сейчас как заноза. Она ни за что не согласится на мое вмешательство. Ее и без того будет трудно убедить выйти за вас после всех ваших козней. А если она узнает о нашей сделке – все пропало, решит, что мы объединились против нее.
Джек взъерошил пятерней волосы.
– Иными словами, вы хотите, чтобы я солгал.
– Это не ложь, – возразил Холланд. – Мы создадим компанию уже после венчания. И я передам вам деньги в доверительное управление. Мы предусмотрим все то, что так высоко ценится вами, бриттами, – средства для поместий, трастовые фонды для детей… и все прочее. Вам останется только сделать широкий жест – отказаться от своей доли ее приданого.
– А вы безжалостны, – усмехнулся Джек. – Теперь я понимаю, почему вы так богаты.
– Я богат не потому, что безжалостен, а потому, что знаю, как превращать неблагоприятные факторы в благоприятные возможности. Ситуация во всех отношениях выигрышная. Полагаю, вы это видите не хуже, чем я. Разумеется, Линнет когда-нибудь остынет, но у нас нет времени ждать. Если она выйдет за вас, расскажете ей обо всем после медового месяца. Так что вы на это скажете?
Джек ответил не сразу. Холланд придумал неплохой вариант – шахматную партию, в которой одной из пешек была его дочь. Но речь шла об обмане девушки, и Джеку это категорически не нравилось.
С другой стороны, на кон поставлено гораздо больше, чем гордость Линнет. Прежде всего, он должен поступить как честный человек – в этом не было сомнений. Но в деле появилось и кое-что другое, от чего у Джека перехватывало дыхание и сердце начинало бешено колотиться в груди. Ему представился шанс изменить свою судьбу, которая была определена еще до его рождения. Возможно, он сможет сам создать будущее для себя и для своих детей. Как же можно от такого отказаться?
Разумеется, нельзя. И Холланд это прекрасно знал. Заметив лукавую улыбку на губах потенциального тестя и компаньона, Джек понял, почему Линнет была столь решительно настроена против вмешательства отца в ее жизнь. Вместе с тем Джек ни минуты не сомневался: после того, как он ее поцеловал, для него другого пути не было. И если ему повезет, то он получит все, о чем только мог мечтать.
– Договорились, – сказал он наконец. – Если согласится Стюарт. И еще: у меня тоже есть условие. Я не стану ничего скрывать от Линнет до свадьбы. Я ей все расскажу после оглашения помолвки, когда мы будем обсуждать практические вопросы.
Холланд нахмурился.
– Нет-нет, ей не надо знать заранее. Бизнес – не женское дело.
– Мы сделаем именно так. Или я не стану говорить со Стюартом.
– Ладно, хорошо. Я знаю свою дочь и считаю такое решение ошибочным, но пусть будет по-вашему. Если же она в последний момент взбрыкнет и все испортит, результатом станет не просто крах нашей еще не образовавшейся компании. И тогда я убью вас.
– Буду иметь в виду, – сказал Джек и встал. – А сейчас я должен идти. Мне необходимо позаботиться о месте на следующем пароходе в Англию.
Холланд тоже встал.
– Я последую за вами примерно через две недели. Если вы выполните свою часть сделки и убедите Линнет передумать, тогда мы встретимся с Маргрейвом. Обо всем договоримся, когда будем обсуждать приданое. Тогда я и передам вам деньги.
Джек кивнул, отчаянно надеясь, что эти деньги не превратятся в тридцать сребреников.
Лондон в начале сентября менее привлекателен, чем во время сезона. К тому же здесь все покрыто угольной пылью, которая висит в воздухе, проникает под одежду, забивается в глаза, уши и рот. В общем, приятного мало. Хотя к этому времени сезон уже давно окончился, улицы по-прежнему были заполнены экипажами.
Линнет выглянула из окна наемного кеба. Экипажи двигались по Стрэнду сплошным потоком, едва не задевая друг друга. Их было так много, что на ум приходило сравнение – сардины в банке. И ничего нельзя было разглядеть – разве что при желании потрогать стенку соседнего экипажа. Поэтому Линнет с раздражением отвернулась от окна и даже задернула шторку.
– Я же говорила, что надо остановиться у Томасов, – пробормотала она. – Оттуда можно добраться пешком куда угодно. А так мы рискуем опоздать.
– Глупости. – Хелен поерзала, поудобнее устраиваясь на сиденье. – Мы обязательно успеем вовремя добраться до Вест-Энда. Хотя я продолжаю считать, что ты сама не знаешь, что делаешь. Лорд Федерстон хочет сделать то, что должен. И поскольку именно он тебя скомпрометировал…
– Я не выйду замуж за лорда Федерстона. Мы уже сто раз об этом говорили. Когда же ты, наконец, примешь мое решение?
– Синица в руках лучше, чем журавль в небе…
Линнет решила, что если мать произнесет эту фразу еще раз, то она выпрыгнет из экипажа на ходу.
– Какая тебе разница, за кого я выйду замуж, если это будет британский пэр?
– Я счастлива, что ты изменила свое мнение о британских аристократах, Линнет, но меня вовсе не радует причина, по которой ты это сделала. Кроме того, нет никакой гарантии, что таковой пэр найдется. Потребуется совсем немного времени, чтобы новость о случившемся достигла Англии. И как к ней отнесутся британские джентльмены… Ох, мне даже думать об этом не хочется.
