— Френси Джо и маленькие Джимми.
— Но моего мужа легко найти, — сказала Либби. — Он — джентльмен.
— Ты знаешь такого, Френси?
— Нет, но если мы увидим его, то скажем, что вы здесь.
— Спасибо, — сказала Либби.
Компания вывалилась из гостиницы. Либби подошла к Большому Джорджу и спросила:
— Если они разнесут весть обо мне, мой муж ведь скоро найдется? Да?
— Я бы не очень рассчитывал на это, — сказал он, покачав головой. — Шансы малы. Даже если они его знают, то не скажут ему. Слишком много мужчин сбежало сюда от своих жен, и вам лучше не вмешиваться.
— Тогда я буду искать сама. Я слишком долго сюда ехала и не собираюсь сдаваться.
16
Спустя неделю Либби поняла бесполезность своих поисков. Ей казалось, что золотая жила проходит в одном месте, и старатели, как горняки, скопившись в одной угольной шахте, ищут золото. Теперь она узнала о существовании 1 000 таких поселений, уже основанных и возникающих с приходом новых партий. Каждый участок реки был так забит немцами, шведами, французами, англичанами, китайцами, американцами, что найти Хью было невозможно. Людей здесь звали не иначе как Англичанин Джо, Луи из Лондона, Френси или Зауэркраут. Либби пыталась отогнать от себя чувство безнадежности, когда она блуждала глазами по карте, висевшей в гостинице, ставя себя на место Хью. Если он отправился из Индепенденса, то он обязательно попал в Хенгтаун. Отсюда он мог уйти туда, где обнаружили жилу. Либби спрашивала Джорджа, но он мало что знал и утверждал, что золотоносные участки открывают каждый день.
Либби решила нанять лошадь. Она пошла в конюшню и выбрала большого гнедого коня.
Она решила не оставлять детей в городе, хотя днем Хэнгтаун был пуст, но беспорядки могли вспыхнуть в любую минуту: мужчины брались за оружие почти по любому поводу. Либби не могла поверить своим глазам, когда с дороги убирали трупы как мусор. Из бара только и было слышно: «Бедняга, ему сегодня здорово досталось». Потом кто-то говорил, что ему нечего было дергаться и все было бы о'кей.
Каждый день Либби уезжала из Хэнгтауна, стараясь встретить побольше людей, чтобы расспросить их. Дорога то спускалась, то резко поднималась вверх, и Либби с трудом держалась в седле. «Хорошо, что я выбрала хорошую лошадь», — думала она, когда приходилось переходить вброд реку или идти по узкому крутому переходу. Большинство поселений днем пустовали. Каждый человек, способный держать в руках лопату, был на своем участке, и Либби могла поговорить с очень немногими, только с теми, кто был болен или получил травму.
Старатели спешили набрать побольше золота, и когда она задавала им вопросы, они только пожимали плечами и продолжали копать. Поэтому Либби вскоре убедилась в справедливости Джорджа. Здесь был закон — ничего не спрашивать и ни о ком не расспрашивать. Проездив шесть дней под жарким сентябрьским солнцем, Либби стана думать, что делать дальше. Девочки спали, и она осторожно разложила на кровати оставшиеся деньги. После оплаты счетов за номер и еду, у нее осталось денег на пару недель пансиона в гостинице.
«Я не могу вернуться, — твердила себе Либби, — у меня нет денег на дорогу, я не хочу снова рисковать жизнью детей. Все, что остается — это сидеть и ждать здесь». Либби посмотрела на спящих детей и подумала, что они сами будут искать золото, чтобы выжить.
Утром она пошла искать Джорджа.
Увидев ее, он первым делом спросил:
— Есть ли какие новости о вашем муже?
— Пока нет, — ответила Либби. — Вы можете подсказать, где я могу найти более дешевое жилье? Я могу сама готовить.
— Есть пара заведений с меблированными комнатами, но в них живут по десять человек в комнате. Людям все равно, где спать — в палатке, бочке или под деревом. Но когда пойдет дождь, все будет забито, — он с сожалением посмотрел на Либби и добавил: — Здесь нет места для женщины, а тем более для маленьких детей. Я советую вам переехать в Сан-Франциско, который скоро станет настоящим европейским городом.
Либби хотела сказать, что она бы так и сделала, если бы у нее были деньги, но вместо этого она гордо посмотрела на Джорджа.
— Я не уеду, пока не найду мужа, — сказала она. — И я смогла бы это сделать, если бы мне кто-нибудь помог.
— Почему бы вам не подождать мужа в Сан-Франциско или в Сакраменто?
— Мы останемся, даже если мне придется копать землю, чтобы платить за жилье, — сказала Либби.
— Вы не сделаете этого! — ужаснувшись, воскликнул Джордж.
— Почему? Я не боюсь работы, — сказала она с надменным видом.
— Думаю, вы не совсем понимаете, куда вы попали. Сейчас никто не может запросто прийти и начать намывать золото. Каждый клочок земли застолбили, по крайней мере, в тех поселениях, куда вы можете добраться. Люди перелопачивают тонны земли, чтобы добыть хоть крупицу золота, просеивают ее и кидают в сторону, ваша спина не выдержит такой работы.
— Ну а что вы можете предложить? — зло спросила Либби, потому что она уже видела, как работают золотоискатели, и в глубине души была уверена, что эта работа не для нее. — Вам в отеле нужна помощница?
Джордж отрицательно покачал головой.
— Леди, от вас у меня голова лопнет. Мне придется стоять у вашей двери с пистолетом и отгонять пьяных старателей. Если вы будете здесь работать, то они подумают, что вы девочка для развлечений, а мне кажется, что вы этого не хотите. Но если вам это подходит, то вы сколотите здесь состояние.
— Конечно, нет! — Либби выскочила из комнаты.
Она бродила по городу, пытаясь успокоиться. Пройдя полгорода, она наткнулась на новый тент с табличкой: «Торговая лавка мистера Хопкинса». Вокруг были сложены бочки и мешки, а внутри ящики со сковородками, лопатами, табаком, ботинками и грубыми хлопковыми комбинезонами. Ее глаза встретились с глазами человека с бородкой.
— Бог мой, как вы меня напугали, — улыбаясь, сказал незнакомец. — Я думал, что, будучи оторванным от мира, я начал сходить с ума и у меня начались галлюцинации. Как вы сюда попали?
Либби чуть удивилась, что незнакомец высок, строен и слишком хорошо выглядит, чтобы быть владельцем лавки.
— Я здесь всего неделю, — сказала Либби, — приехала искать мужа, но пока безрезультатно. Она пробежала глазами по ценникам: лопата — 15 долларов, штаны — 12 долларов.
— Вы в здравом уме торговать по таким ценам?! — не удержавшись, воскликнула Либби.
— Знаю, что цены немыслимые, — согласился он, — но здесь везде так. Золото — всему голова. Пока есть золото, они будут
