Владивостока проводить мобилизацию. 3 марта был разработан план захвата Ольги и освобождения её от колчаковцев. Командиром отряда избран А.С. Матвеенко, партштаб возглавил И.А. Коваль.
4 марта [1919 года] ночью сводный отряд ольгинских партизан, возглавляемый Андреем Саввичем Матвеенко, и тетюхинцев, возглавляемый Парфением Тихоновичем Шуббо и Дмитрием Кудрявцевым, числом 220 человек, придя пешим ходом, с боем заняли Ольгу. Пермский отряд, возглавляемый Андреем Андреевичем Силиным, пошел по улице (сейчас она Партизанская) к магазину Григория Ильича Тарадайло (к нынешнему зданию клуба). Сигнал к началу действий давал на трубе у этого здания Пётр Семёнович Силин. Все учреждения были заняты, часть людей арестовали в домах. Пермяки заняли здание милиции, в котором были один дежурный и один житель Ново-Николаевки, нанявшийся на работу. Милицию захватили быстро. Но засевшие на почте не сдавались. Им было не впервой. Ещё в 1916 году именно работники почты дали героический отпор нападению хунхузов на Ольгу. Тогда партизаны вместе со связным телеграфистом обрезали все провода и линейные поддержки. После некоторого сопротивления осаждаемые сдались. Долго продержавшиеся чиновник почтовой конторы Т.К. Ильченко и лесничий И.Н. Грязнов успели передать депешу во Владивосток о восстании крестьян и захвате ими уездного центра. В Ольге состоялся митинг по случаю освобождения. Партизаны выставили посты: в часовне, на Узком месте, на бухте.
С наступлением рассвета 5 марта (был сильный туман) на берег бухты с вельботов (пристани не было) стал высаживаться карательный отряд полковника Сабеева. Отряд белогвардейцев был на 2-х пароходах, вооружённых артиллерией, было доставлено около 400 солдат, вооружённых новыми американскими винтовками, 6-ю пулемётами и английскими гранатами. Было около 40 офицеров. Каратели вошли в Ольгу неожиданно для партизан. Партизаны выставили пост в последнем доме на выезде из Узкого под сопкой, по дороге в с. Пермское. Это был дом Н.Г. Плоскова, смотрителя Ольгинского маяка. Кстати, здесь постоянно был пост партизан или белогвардейцев, в зависимости от того, какая в Ольге устанавливалась власть. Там был наблюдатель – партизан с лошадью, смотрел, куда идут корабли: если будут поворачивать в бухту, чтобы скакать и сообщить об этом. Но наблюдатель лошадь поставил, а сам уснул.
Партизаны увидели корабли и успели занять оборону по распадку… Воевать им приходилось с винтовками, берданами, с дробовыми ружьями. Целый день шёл бой. Когда кончились патроны и начала бить корабельная артиллерия, партизаны отступили. Пришлось оставить Ольгу и уйти за Серафимовский перевал. Штаб отряда партизан был перенесён на корейский хутор Чуфанка. Итог боя был следующим: белые потеряли 48 убитыми, до 100 человек ранено. Занимали они Ольгу трое суток. Партизаны передали в Тетюхе, что Ольга занята сабеевцами. Узнав, что из Тетюхе на помощь ольгинцам вышел отряд, состоящий из рабочих рудника, в количестве 50-и человек под командованием Вячеслава Сержанта, человека с крепкой волей и организаторским талантом, колчаковцы ночью оставили Ольгу. Своих убитых похоронили в дубняке на берегу моря… У партизан был легко ранен в ногу один человек^ Игнатий Тюменцев. Кроме того, Рябцев (говорили, колчаковский шпион) умышленно прострелил себе ногу. Они были доставлены в больницу. Больше со стороны партизан потерь не было.
5 марта, ещё до начала боя, уведена из тюрьмы и отправлена в тыл по старой серафимовской дороге вся уездная власть во главе с городским головой Ольги, дворянином, капитаном в отставке Борисом Ивановичем Буниным и милицией в количестве 18-20-и человек. Отряд с арестованными по дороге на Серафимовку нагнали конники, Николай Силин и Казаков – лавочник с. Ветка (вначале поддерживавший партизан), с запиской. Что в ней было написано – неизвестно. Арестованных первоначально хотели обменять на пленных партизан. Силин и Казаков сказали, что есть приказ партизанского штаба – расстрелять пленных. Конвой, состоящий не из строевых партизан, а из людей, не участвующих в боях, расстреливать отказался, тогда Силин выстрелил первым и застрелил Б.И. Бунина. Позже партизаны говорили, что никакого приказа не было.
После второго перевала в 4-х верстах от Ольги в распадке, под сопкой у хутора Старцева, всех расстреляли. Были расстреляны Иван Николаевич Грязнов – лесничий Ольгинского лесничества, Малинников – начальник Ольгинского участка уездной милиции, Николай Георгиевич Петухов – начальник Ольгинской почтовотелеграфной конторы, Трофим Кириллович Ильченко – почтово-телеграфный чиновник, Николай Васильевич Суваков – волостной уездный писарщ милиционеры Иван Комаза, Алексей Кучерявый и др. Похоронены они были там же, тайно, по одному в разных местах – в болоте, на лугу под вывернутыми корнями упавшего дерева. Хоронившие убитых, в основном жители Серафимовки, были строго предупреждены о неразглашении обстоятельств расстрела и месте погребения убитых. Степан Фёдорович Глазков писал: «Ещё тогда, в момент боя, бывшее руководство отряда совершило грубейшую ошибку. Какой-то головотяп отдал приказ: «Как только в Ольге прозвучит залп вражеских пушек, так всех расстрелять». После расстрела партизаны возмущались этим, но тогда было смутное время, и дело затихло…
1 апреля в Ольгу пришел пароход «Взрыватель» (капитан Лейсберг) с комиссией по расследованию расстрела, возглавляемой Петром Георгиевичем Сополовым. С ними приехала жена начальника милиции Е. Малинникова, чтобы узнать об участи мужа. В Ольге ничего узнать не удалось. Иван Сергеевич Масленников, возглавляющий земскую Управу заявил, что ему неизвестно, где находятся арестованные, а посланные им сегодня на поиски арестованных люди ещё не вернулись. Пароход перешёл в Тетюхе, чтобы выгрузить муку и 40 тонн угля для рудника Бринера.
Е. Малинникова писала: «В Тетюхе китаец сообщил, что милиция в Тетюхе вся расстреляна на Малом руднике, в том числе управляющий, в ночь с 22 на 23 февраля. Жёны их тоже увезены на Малый рудник. Положение жён, оставшихся в Тетюхе, более чем ужасное: нет ни денег, ни продуктов, даже рассчитывать на милостыню не приходится. Далее китаец сообщил, что милицию из Ольги не привозили, что они были расстреляны в 4-х верстах от Ольги. Избивали, один из младших милиционеров не выдержал, ударил конвойного. Поднялась перепалка. Конвойные велели им бежать, арестованные отказались, понимая, что за этим последует. Были расстреляны в спины». П.Г. Сополов: «Пароход вернулся в Ольгу. Вот что удалось узнать у ольгинцев – расправились со всей жестокостью. Все казнённые зарыты, обувь и одежда убитых сняты и разделены между участвовавшими в убитии. Впоследствии на некоторых видели вещи убитых»…
Бринеровские чтения-2009. Сборник материалов научно-практической конференции
(7–8 октября 2009 года, г. Дальнегорск). Дальнегорск, 2010.
ЧАСТУШКА ВРЕМЁН ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В ПРИМОРЬЕ
На Иманском мосту провалились сани.
Берегитесь, калмыковцы, – едут партизане.
У Имана, у реки, там гуляют овцы.
Берегитесь, партизане, – едут калмыковцы.
Источник: Федотова Т.Л. Устное народное творчества Дальнеречья в годы Гражданской
