На следующем круге случилось непредвиденное.
- За третьей точкой сход! - крикнул парень в мегафон, и Мэл вскочил. - Уточняю, за третьей - остановка.
Без сомнений, с Эвой что-то случилось, и она встала на обочине. Проколола колесо? Перегрелся двигатель? Шоркнула боком о встречку? Поплохело?
- Почему? - заметался Мэл. Нужно позвонить ей. Срочно!
Он трясущимися руками искал номер Эвы в телефоне, когда в мегафон провозгласили:
- Четвертая пройдена!
Мэл схватил бинокль и замер, всматриваясь вдаль. Из-за поворота показалась серебристая машина, а следом, с большой задержкой, вывернула "Турба".
- Три минуты пятьдесят секунд, - сказал Мак, когда гонщицы промчались мимо, и Мэл рухнул рядом с товарищами, вымотавшись от переживаний.
- Научил на мою голову! - вскинулся он.
- Причем здесь я? - удивился Мак.
- Во всем нужно подмечать хорошее, - заметил Дэн. - Можете водить поочередно. По четным числам - ты, по нечетным - она.
- Ну, уж нет! - сорвался Мэл. - Никогда! На километр не подпущу к рулю. Черт, черт! Угораздило же меня согласиться. Всё Эвкин синдром виноват.
- Какой синдром?
- Так, ерунда. Не обращай внимания.
- А что они не поделили? - поинтересовался Мак. - Нехило схлестнулись.
- Не что, а кого, - ответил Дэн и посмотрел на Мэла.
- Я бы с ней замутил, - сказал Мак, подразумевая южанку. - Но она меня в упор не видит. Теперь понятно, почему.
Мэл взглянул на друзей волком и ринулся вниз, к дороге. Потому что не сиделось. Не моглось сидеть.
Третий и решающий круг дался сложнее всего. Мэл мерил обочину, вышагивая туда и обратно. После объявления о прохождении четвертой точки его внимание приклеилось к дороге. Солнце погружалось за горизонт. Теперь отчетливее, чем раньше, тянуло гарью, а по небу неслись рваные клочья серого дыма. Кое-кто из скучающей публики завязал лица платками на манер ковбоев. То тут, то там кашляли.
- Смотрите! - крикнул пацан в кепке задом наперед.
Мэл приклеился к биноклю. Черный автомобиль появился с большим заносом. Водитель едва справился с управлением, но вписался в поворот. И машина встала. Остановилась на трассе.
Мак спустился со склона, подошел и Дэн.
- Что она делает? - недоумевал Мэл. - Чего ждет? Давай же!
Зрители, уставшие в ожидании завершения девчачьей гонки, проявили ленивый интерес к финишным метрам.
Черная птица замерла на дороге, но мотор работал.
- Что-то произошло, - дернулся Мэл. - Дай ключи, я доеду до нее.
- Погоди. Смотри, - ткнул Дэн локтем в бок.
Из-за поворота вывернуло серебристое пятнышко и понеслось вперед.
Черная птица не шелохнулась.
Мак отобрал бинокль и навел на дорогу.
- Эвка! - заорал Мэл, сложив ладони рупором. - Черт тебя подери! Жми на газ!
Публика оживилась. Концовка состязания обещала быть интересной.
Черная птица стояла, серебристая точка росла. "Торнадо" собирался финишировать с триумфом.
Мэл всматривался в "Турбу", показавшуюся издалека незнакомой и чужой. Наверное, поменялось направление ветра, и за машиной увязался дым от лесных пожарищ, волочась шлейфом. Или горели покрышки. Мэл проморгался. Привиделось, что фары сверкнули красным.
Черная птица тронулась - неохотно и неспешно, но уже через пару секунд взяла стремительный разгон.
Зрители заволновались и возбужденно зашумели, скатываясь со склонов к обочине.
Солнце, севшее на три четверти за горизонт, осветило картину гонки в неожиданном, апокалиптичном ракурсе. Мэлу вдруг почудилось, что на "Турбе" катится сам дьявол, и что в решетке радиатора плещется адово пламя, а из выхлопной трубы вырывается жирный смолянистый дым от костров, на которых варят грешников в кипящих котлах. Над черной птицей распростерлась тень от невидимых крыльев, накрывшая холмы. Мэл мог бы поклясться, что почувствовал, как вздрогнула земля, как она прогнулась не в силах выдержать того, кто недостоин белого света.
За спиной цветасто выругался Мак, и с ним согласились бы многие зрители. Демон на колесах догонял серебристую пичужку - неумолимо, неотвратимо. Преследовал коршуном, выставив наготове кинжальные когти.
Толпа в оцепенении наблюдала, как сокращалось расстояние, как оно пожиралось, истираясь. Под колесами адского крейсера расходился волнами асфальт, и мчавший к финишу серебристый светлячок тщетно убегал от неизбежного.
Пятьсот метров... Четыреста...
Друг за другом.
Триста...
Машины сравнялись.
Двести...
Идут вровень.
Сто...
Капот к капоту.
Пятьдесят... Тридцать...
Корпус "Турбы" выдвинулся вперед.
Серебристый светлячок выжимал остатки сил. Последний рывок, и вот она, финальная черта. Следом за черной птицей.
Некоторое время толпа обалдело смотрела на промчавшиеся машины, а потом взорвалась невообразимым гвалтом. Сегодня кто-то проигрался в пух, поставив не на того победителя.
- Твою ж-то ***, - выругался Дэн, смотря в бинокль, как тормозят участницы.
Мэл бросился было к "Турбе", но замер. Ни миг показалось, что за тонированными стеклами машины сидит робот. Или автомобиль пуст и едет по трассе сам по себе.
"Турба" остановилась, и у Мэла оборвалось сердце. Стекло медленно опустилось. Сейчас из салона выглянет красномордое чудище, сожравшее его Эжевику.
- Надеюсь, ты поставил на меня? - спросила самая что ни на есть настоящая Эва, выбираясь с водительского сиденья. - Ты видел? Видел?! Я смогла! Это было классно!
Он обнял её и целовал вперемежку с ругательствами и угрозами - излупить, связать и запереть дома на неделю или нет, на год. Или навечно.
***
Двадцать тысяч за арендованную машину ухнули в бездну. Ну, и ладно. Зато я не попала в рабство к Алессу с возмещением убытков снадобьями, уворованными из института. Перед отъездом с места гонок незаметно бросила ключи курьеру от рыжего, и тот отсалютовал в ответ.
Победа вышла издевательской. Для Ильмиры.
Никакого мухлежа с волнами, как кое-кто пытался объяснить сенсационный финал. Клятва не позволила бы мне обмануть.
Машина Мэла стала легендой.
- Тачка из преисподней, - сказал Мак с уважением.
Я рассмеялась.
- Из той же серии, что гроб на колесиках и трамвай с номером 666?
Эти и другие похожие примеры рассматривались в теории потусторонних явлений, изученной на втором курсе.
Большинство зрителей решило, что адская феерия на финише получилась благодаря техническим примочкам, коими напичкана машина Мэла. А хозяин "Турбы" вообразил, что я вступила с секту сатанистов и продала душу дьяволу. Хорошо, что кто-то из присутствующих снял конец гонки на телефон, и видео отправилось гулять по столице. На экране обычная машина, без рогов и копыт, неслась по предзакатной дороге, да и я убедила Мэла, что имела место галлюцинация.
- Вы бы еще хвост и трезубец пририсовали. Хором надышались гарью, а я отдувайся за ваши богатые фантазии.
- Эвка, но ведь ты выиграла, хотя значительно отставала. Как так? - продолжал сомневаться Мэл.
- А вот так. Открылось второе дыхание. Сам знаешь, каково на трассе. Адреналин хлещет через край. Твоя "Турба" сначала вела себя как принцесса, а потом расчухала, чем дело может кончиться, и настроилась на правильную волну.
