седой бородой и морщинами. Уж это девушка хорошо запомнила. И за несколько лет их знакомства он должен был постареть, а не помолодеть.
Прав был Кощей, когда предостерегал: не стоит связываться с Мороком. Не хотела девушка знать тех тайн, благодаря которым бывший старик обернул свою жизнь вспять — наверняка с тёмными силами связался. А может, как и Ягиня, он морок на себя наводит? Имя его — под стать чарам.
— Здравствуй, Рада. — Морок подошёл совсем близко.
Девушка шагнула ещё назад. Уже обе её ступни поглотила тёмная речная вода, ноги увязали в иле. Она обхватила себя руками, чувствуя на себе прямой взгляд мужчины. Это и смущало, и вводило в ступор, и пугало. Ничего приятного. Лишь одна мысль спасала Раду — позади неё в воде прятались русалки, подруги, которые в случае чего могли прийти на помощь.
— Здравствуй, — сказала она, исподлобья глядя на Морока.
— Я тебя искал, — мужчина предупредил её вопрос.
— Знаю, мне передали. Зачем?
— Как — зачем? — В глазах Морока отражалась луна, такая же бледная, как и его радужки. С каждым его шагом девушка всё отчётливее видела стальной блеск в его глазах и холод, что опоясывал Раду. — Ты ведь моя лучшая ученица. Самая способная. Я взрастил в тебе тьму, что безжизненным семенем лежала на дне твоей души, словно в сырой земле. Научил пользоваться даром. Неужели ты не хочешь меня отблагодарить? — Слово «отблагодарить» резануло Раду. — Вернись, и станешь ещё сильнее.
— Не могу вернуться, — девушка пыталась говорить мягко и вежливо. — Вы же знаете, меня снова ищут, ограбление купца провалилось…
— Знаю, — усмехнулся Морок. — И чую на тебе поцелуй этого самого купца. Не из-за него ли ты забыла про меня?
Рада резко помотала головой. Как ему в голову такая чушь прийти могла!
— Нет! — воскликнула она. — Я просто… Выбрала другой путь. Я не вернусь на путь обмана.
Она отступила ещё на шаг, а Морок всё приближался к ней. Он шёл медленно, как кот, который вот-вот бросится на мышь из-за угла. Рада кожей чувствовала мороз, который распространялся вокруг него. Мурашки пошли по всему телу, девушку знобило до того, что она застыла и почти стучала зубами. От ледяного воздуха хотелось закашляться.
— Тогда отблагодари меня, — мужчина елейно улыбнулся. — Отплати мне за помощь. Отдай мне свою тьму.
Русалки позади Рады зашипели. Девушка не успела даже понять, что значит «отдать ему свою тьму», как подруги потянули её в сторону, защищая от Морока, который вмиг кинулся в её сторону. Она чуть не упала, но русалки вовремя поддержали её. Вода замедлила мужчину. Мёртвые девы бросились на него — они схватили мужчину и попытались утащить его в реку. Рада, опешив, смотрела на это. Она едва чувствовала, как одна из русалок толкала её в сторону и сначала шёпотом, а после криком повторяла:
— Беги! Беги!
Девушка опомнилась. Приподняла длинную рубаху, которая вместе с водорослями связала ноги, и, спотыкаясь, она поплелась вон из реки. Краем глаза она видела, как Морок отбился от русалок. Они брызгали в него водой, заслоняя взор и вновь пытаясь утопить мужчину. Он поднял руку, будто в попытке прикрыть глаза, и Рада обомлела. Капли, что летели в его сторону, принялись превращаться в лёд. Градинками они посыпались обратно в воду, и река начала покрываться тонкой коркой льда. Русалки с шипением и визгом бросились на глубину, а лёд тем временем разрастался, пытался добраться до русалок и до Рады. Она едва успела выбежать из воды, чувствуя, как задубели ноги, и бросилась в лес.
— Далеко не убежишь! — Услышала она смех позади.
Лёд с треском лопался под ногами Морока, мужчина выходил на берег. Звук его шагов преследовал Раду, приближался намного быстрее, чем она бежала по тропе. Холод распространялся по лесу, обжигал горло. Ноги немели. Девушка мчалась из последних сил, раздвигала ветки, что заслоняли дорогу, и в кровь стаптывала ноги — свои лапти она позабыла на берегу. Мелкие палочки и камни вгрызались в ступни, и Рада охала от боли. Она не знала, чего именно хочет Морок, как будет отбирать положенную ему благодарность, но узнавать и не хотелось, и страх подобно едкому дыму клубился в душе. Ветки разодрали рукава, до крови исполосовали руки. Неестественный мороз становился всё сильнее, а по холодной земле змейкой заструился лёд. Он вместе с Мороком гнался за девушкой, норовя попасть ей под ноги, заставить её поскользнуться и упасть. Рада еле держалась на ногах. Она придерживалась за деревья и отталкивалась от них, чувствуя, что уже не бежит, а виляет на дороге. Топот преследователя тем временем звучал совсем близко.
Слишком далеко бежать до избы Ягини. И на помощь звать некого. Девушка готова была зарыдать от отчаяния, но несмотря ни на что сдаваться она не собиралась.
Не успела жажда спастись окончательно освоиться в мыслях Рады, как Морок повалил её на землю. Девушка вскрикнула. Она выставила вперёд руки, чтобы не удариться лицом, и ладони обожгло болью. Кожу она содрала о землю. Колени тоже засаднило, особенно когда Рада попыталась подвинуться. Пока Морок не навалился сверху, она ещё могла сбежать. Но тут же девушка почувствовала тяжесть, а потом услышала вскрик — не свой, а мужской, — и кто-то потянул её за руку. Всё смешалось перед глазами.
Глава 7.1 Сейчас
После отъезда из усадьбы Белолебедей Рада вся извелась. Она не знала, что думать, на что надеяться. Девушку вернули в горницу на постоялом дворе, и началось волнительное ожидание грядущего дня свадьбы.
Ночью она почти не сомкнула глаз. Спать хотелось, усталость, как тёплое покрывало, навалилась на девушку, но от тревоги сон не шёл. Мысли метались в голове. «Что, если Руслан переубедит отца и брата, заставит их отвернуться от меня? Подговорит кого-нибудь навредить мне, чтобы расстроить свадьбу? Что, если Филипп не успеет подготовиться, созвать гостей, и потому перенесёт свадьбу на другой день? Или
