Ты понимаешь, что это значит⁈ Понимаешь, что их уже может не быть в живых из-за твоей оплошности⁈
— Понимаю, — несмотря на гордость, кузнец осознавал свою ошибку, а потому виновато склонил голову, — И я немедленно этим займусь. Может быть, что-то сможет сбивать колебания, которые привлекают маунтов…
— Некротика.
— Что?
— Некротика их сбивает, я уже проверил. Вызвал живых трупов во время прошлого испытания. Наряду со многими видами энергии… Но сработала только мертвечина.
— Это уже… Что-то…
— Этого мало! — повысил голос Арант, — И теперь твоя первостепенная задача — сделать так, чтобы маунты перестали реагировать на Доспехи! Ты меня понял?
— Понял.
— Отлично. Возвращайся в свою мастерскую и собирай инструменты. С завтрашнего дня ты будешь работать здесь. Вместе со мной и Ирионом.
* * *
Над головой слышалось какое-то бормотание. Голосов было два, и кажется, они спорили…
— Эй, кажется, он просыпается!
— Виктор! Виктор, тресни твой гранит! Ты слышишь меня⁈
— Хрмф… Слышу… Проклятье!
Я открыл глаза, и голова мгновенно взорвалась вспышкой боли.
— Ммммм…
— Тише ты, не дёргайся! Вот, подожди…
Перед глазами плясали огненный искры, но зрение начало потихоньку проясняться. Я увидел, как Торгрим подносит мне ко рту мех с водой, и жадно сделал несколько глотков.
Уф! Хорошо…
Моргнув, я увидел обеспокоенное лицо товарища и стоящего за ним Герарда.
— Где… Мы?
— В лесу.
— Маунт…
— Мы удрали, — дворянин подошёл ко мне и опустился на корточки, — Пока то чудище жрало мертвецов, успели улизнуть и вытащить тебя. В отличие от моих товарищей…
— Мне жаль… Что так вышло…
— Ничего, Виктор… Они сами приняли решение ехать со мной… Их жизни станут для меня уроком… Навсегда.
Я кивнул, видя, что дворянин изменился. Он больше не был тем беззаботным хлыщом, который встретил нас у костра в заброшенной деревеньке. Теперь его лицо омрачала печаль, губы сжались в тонкую линию.
Приподнявшись на локте, я огляделся. Мы устроились на небольшой поляне в окружении высоких елей. Меня уложили на одеяло и укрыли плащом, рядом потрескивал костёр. Стояла тёплая ночь, и небо было усыпано звёздами.
— Далеко ушли?
— Да уж постарались! — усмехнулся Торгрим, поглаживая пепельную бороду, — Всю ночь и два следующих дня неслись, как осами в зад ужаленные! Километровпятнадцать, а то и больше, тебя проволокли.
— С-спасибо…
— Ну уж нет! — Герард взял меня за плечо, — Это тебе спасибо, Виктор! Ты… Проклятье, да я даже не знаю, что сказать! Ты что, Носитель Доспеха? В таком возрасте⁈ И не сын кожевника, получается…
— Погоди-погоди, господин Рихтер! — Торгрим перебил его, — Засыпал парня вопросами, а он даже в себя не пришёл! Не может он в таком юном возрасте владеть такой реликвией! Пусть сам расскажет… Если сочтёт нужным.
Я сделал из меха ещё несколько глотков воды, собираясь с мыслями.
С одной стороны — помня о том, что произошло в Еловых выселках, рассказывать, как всё было, совершенно не хотелось. С другой — они всё равно видели, что я сделал. Рубиновый щит, защитивший нас от повелителя мёртвых и заряженная энергией стрела — такое уже не скроешь, не отмажешься в стиле «ой я не знаю как так вышло»…
Да и, к тому же, если рассудить по чести — я спас Торгриму и Герарду жизни. Без моего перстня они бы точно оказались убиты…
Взвесив все за и против, я кивнул сам себе, и начал всё с самого начала, упустив лишь одну деталь — послание Эйрика. Всё-таки, учитывая все обстоятельства, говорить о нём было опасно. Кто знает, как повернётся жизнь, и что взбредёт в голову тому же Герарду? Не захочет ли он, или его высокородная семья, как-то использовать это знание?
Закончив рассказ, который мои спутники выслушали молча, я посмотрел на них.
Вновь разбередившися в душе воспоминания о погибших родителях заставили сердце болезненно сжаться, но я взял себя в руки.
— Ну… Как-то так всё и произошло.
— Это… — начал было Герард, но гном перебил его.
— Звучит как сказка, если честно.
— Понимаю. Но врать мне нет никакого смысла.
— Значит, теперь ты направляешься в Империю? — протянул дворянин, — Чтобы вернуть перстень Носителям?
— Да. И… Чтобы вступить в их ряды.
Я только сейчас понял, что на самом деле хочу этого! Не просто передать послание, не просто отомстить Кирсину — теперь я абсолютно ясно понимал, как можно это сделать!
— Ну… Раз Доспех тебя слушается — получается, в тебе есть кровь Великих… А значит, есть шанс, что тебя примут. Не думаю, что сразу — придётся отслужить какое-то время в армии, но… Шансы есть, — заметил Герард.
— А что ты умеешь делать с этим перстнем? — поинтересовался Торгрим.
— Я… Да честно говоря, даже не знаю. Всё получается само собой, в зависимости от ситуации и желаний… Да и сам Доспех, если вы успели заметить, разбит.
Я поднял руку и вызвал древнюю реликвию из перстня…
И обалдело уставился на руку!
Потому что вместо обожжённых обрывков, даже не покрывающих кисть целиком, теперь на руке красовалась полноценная перчатка. Всё из того же материала — тёмно-коричневого, плотного и подвижного — но теперь она обволакивала руку до середины предплечья!
А по центру ладони имелся оттиск овальной формы, будто бы предназначенный, чтобы в него было что-то вставлено.
— Охренеть! — выдохнул гном, а Герард, наклонившись надо мной, попросил:
— Можно?..
Дождавшись кивка, он с опасной дотронулся до перчатки, провёл по ней пальцами.
— Горячая… Это… Невероятно! Не думал, что вот так запросто когда-то встречу Носителя Доспехов! Да ещё и… При таких обстоятельствах…
— Ладно, — подытожил гном, когда я убрал перчатку обратно в перстень, — Уже поздно. Нам бы выспаться перед следующим переходом как следует. Завтра будет тяжёлый день. Ты как, Вик, встать можешь?
— Да, — я поднялся на затёкшие ноги и принялся их разминать, — Нормально.
— Ну, тогда первая стража твоя. Только разбуди кого-нибудь из нас, если вздумаешь отрубиться.
* * *
Ночь прошла спокойно, а я, к вящей радости, чувствовал себя нормально. Почти.
Единственное, что меня беспокоило — это момент, когда посреди ночи, сидя за костром, я снял перстень, чтобы получше разглядеть его со всех сторон.
В тот же миг в голове слегка зашумело — будто я разом выкурил
