Обошёлся без речей над могилой — сказать мне было особенно нечего, да и, как материалисту, некому. Тем более что копание земли лопатой занимает наивысшее место в моём рейтинге неприятных занятий, соответственно, навыка большого нет, и я конкретно намаялся. Да ещё и озирался постоянно, не идёт ли к башне кто-нибудь — например, Третья с огнём в глазах и ножом в зубах. Могила вышла, честно скажу, не сильно глубокая, но всё, что смог, извините. Я вам не экскаватор.
Засыпал, подровнял лопатой холмик. Никакого знака не поставил, потом как-нибудь. Будет досуг — оформлю капитальный столб с табличкой, один на всех. «Здесь покоятся невнятный Дрищ, красотка Бритни, негр Джон Смит, наемник из неведомых краев Саргон, мутный мудак Карлос, который их всех прикончил и неизвестный сушёный дед из подвала. Если не хотите в их компанию, держитесь от нас подальше». Или ещё как-нибудь.
![]()
В качестве погребального салюта опробовал пистолет, прицелившись из него в хорошо заметный белый камень метрах в двадцати. Банг! — очень громко, но мимо. Я не ожидал такой сильной отдачи — ствол подлетел вверх, и пуля ушла куда-то в сторону моря. Но, по крайней мере, он стреляет. Это само по себе слегка утешительно. Не то чтобы я сомневался, но убедиться стоило. Прицелился как копы в боевиках — обхватив рукоятку снизу второй рукой, — навёл мушку под камень, аккуратно придавил спуск… Сначала он пошёл туго, потом вдруг неожиданно легко и — банг! Опять мимо, но уже ближе. Пуля взрыхлила песок в полуметре от камня. Надо как-то приноровиться к этому изменению хода спуска, это я уже из-за него стволом дёрнул. Банг! Банг! — вот так, оба раза попал. Первым по краешку, а вторым хорошо, куда целился. Дистанция, конечно, детская, а камень большой, ну так и стрелок я говённый. Сменив обойму на полную, засунул пистолет в кобуру и постановил считать себя условно готовым к тому, чтобы выстрелить примерно в сторону противника и не получить при этом стволом в лоб. Отдача у этого «двойного орла» всё-таки зверская.
— Ой, папа, зачем ты стрелял? — спросила меня Мелкая с порога. — Ты же напугал тётю Третью!
— Э… Что? — остроумно и содержательно ответил я, кряхтя над засовом. Нельзя же так, я его чуть на ногу не уронил.
— Мы с Криспи видели сверху, она к тебе так смешно подкрадывалась, хотела сюрприз сделать, а ты её напугал, — укоризненно смотрела на меня дочка. — Теперь она убежала в лес. А вдруг она там заблудится?
Нет, разумеется, я не ответил на это первое, что пришло в голову. Когда на вас смотрят голубыми глазами из-под льняных кудряшек, то приходится как-то, знаете ли, сдерживать порывы.
— Не волнуйся за неё, милая. Я её обязательно найду!
Ага, вот только отвезу тебя домой сначала. А потом вернусь и найду. Надеюсь, раньше, чем она меня. Ну не люблю я, когда ко мне подкрадываются безумные тётки с ножом. Нахрен такие сюрпризы.
Пришлось заняться альпинизмом и акробатикой — посадив Мелкую в УАЗик, зашёл в башню, закрыл ворота, попрощался с Криспи — на этот раз пришлось её долго убеждать, что никто до неё не доберётся, а я скоро — ну вот буквально завтра! — вернусь, и всё будет хорошо. Каши я ей наварил, воды оставил — не пропадёт авось.
Затем, оставив ворота закрытыми изнутри, вылез через окно правого крыла, составив из обрезков доски и бруса подобие лестницы. Спустился по тросу, потом подёргал его, вытряхнув из проёма палку, к которой он был привязан. Всё, теперь, чтобы попасть внутрь, придётся покорячиться даже мне. Надеюсь, Третья, у которой верёвки нет, в окно влезть не сумеет. Впрочем, на всякий случай всё ценное и опасное я стащил вниз, а потом закрыл потайную дверь и нишу с рычагами. Теперь без ключей (а оба ключа лежали у меня в кармане), никто до них не доберётся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Перед тем, как открыть проход, оглянулся и, сняв пояс с пистолетом и тактической сумкой, засунул его наверх, где крыша, сходясь со стенами, образовала маленькую тёмную нишу. Тащить домой нелегальный огнестрел не было никакого желания.
Проехал, закрыл проход, опустил фальшстену. Смартфон, который я оставил в доме, вовсю моргал сигнальным индикатором — с работы настойчиво писали в служебный чат, в списке пропущенных была жена (неоднократно), Андрей и Йози.
Плюнул, ничего никому не ответил и потрюхал по разбитым грунтовкам потихоньку — в сторону трассы до города. И так в голове бардак, надо сначала в нём разобраться.
Поди ж ты, до чего доводит человека скромная мечта иметь домик на море. Теперь здесь я боюсь, что меня вычислит государство, а там — что зарежет сумасшедшая тетка с ножом. Отличный способ расслабиться и отдохнуть, не так ли? «Не было у бабы забот, купила баба порося».
Глава 7
«…Пентагон считает наиболее вероятной возможностью не масштабную ядерную войну, а применение небольшого ядерного арсенала. Об этом заявил в понедельник во время выступления на базе ВВС Майнот (штат Северная Дакота) министр обороны США Эштон Картер».
«…НАТО планирует разместить в странах Прибалтики и Польше новую группировку „сил сдерживания“, пишет Wall Street Journal».
Жена встретила в прихожей и молча обняла, спрятав лицо на груди. Ну, слава мирозданию, ссора пережита и списана в архив. Нервы сдали, с кем не бывает. Хорошо, что она у меня не из тех женщин, которым собственная неправота — только повод к обиде. Ушла купать в розовой пене запылившуюся по подвалам Мелкую, а я сел работать.
Результаты мониторинга по поставленным темам снова уронили настроение к плинтусу — есть у моей работы такой неприятный эффект иногда. Бывают такие задачи, когда как в говно ныряешь, ей-богу. Читаешь то, что в жизни бы не стал, причём не просто так, мимоходом — а тщательно, вникая в малейшие подробности, исследуя реакции аудитории, прослеживая информационные паттерны и связки с исходниками. Но что делать: мы — цифровой термометр, вставленный в жопу соцмедиа. Вот представьте себе, что вы читаете на сон грядущий… ну, к примеру, подробное, аргументированное и эмоциональное изложение того, почему вас, вашу жену и детей надо как можно быстрее и с максимальной жестокостью убить. Изучаете эту людоедскую аргументацию, не лишённую при том своей внутренней извращённой логики, отмечаете, какими источниками пользовался автор при построении этой картины, тщательно фиксируете тренды комментирования, где сотни, а то и тысячи людей радостно поддакивают и уточняют, как скоро и в какой именно форме это должно произойти. И не закрываете все это с криком: «Какой лютый пиздец!» — в ужасе и омерзении, а высчитываете конверсационный индекс16 и индекс медиаприсутствия17, фиксируете медиашлейф публикации, готовите по результатам кейс ситуационного анализа. Представили? Может быть, не буквально так, но довольно близко.
Конечно, со временем учишься от этого как-то абстрагироваться, но ведь на другой стороне тоже не по объявлениям в электричках спецов набирали, семантика хорошо просчитана, чтобы цепляло. Чтобы кровь бурлила, чтобы ненависть пёрла, чтобы каждый, входящий в таргетгрупп этой публикации, понял, что ты, твоя жена и твои дети оскверняете этот мир своим существованием и отравляете дыханием, и убить вас — дело исключительно благое, выгодное, демократическое, позитивное, толерантное и богоугодное.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Хэйтспич18 — это всегда работает, это на уровне такой глубокой подкорки у стайных приматов, что не может не работать. Какой бы ты ни был разумный, выдержанный и эрудированный, как бы ни ловил авторов на передёргивании и подтасовке, но в конце концов эта долбёжка сработает, и ты будешь ненавидеть того, кого велено. Любить — нет, любить не будешь. В эту сторону не работает. А ненавидеть — никуда не денешься, не сомневайся. Чтобы ты там о себе ни думал.
