Читаем без скачивания Необыкновенные приключения Карика и Вали - Ян Ларри

– Нет, этого не могло быть, – снисходительно улыбнулся Иван Гермогенович. – Стрекозы живут около воды. В воду они кладут яйца, в воде родятся, в воде живут и растут стрекозьи личинки. У воды стрекозы обычно и охотятся. Но иногда в погоне за добычей стрекоза улетает от места постоянной охоты.

– И так далеко, – сказала Валя. – Ведь от нас до Дубков больше пятнадцати километров.

– Для стрекозы это не такое уж большое расстояние. Стрекозы за час покрывают расстояние в девяносто километров.

– Ого! Быстрее поезда, значит? Это, наверное, самые быстрые насекомые?

– Кое-кто из насекомых летает ещё быстрее. Так, например, овод летит со скоростью сто двадцать два километра в час – Так вот, зная, что стрекоза живёт около воды и что в пятнадцати километрах от города находится пруд «Гнилое болото», где можно встретить тысячи стрекоз, я и решил искать вас в окрестностях этого пруда. Есть, правда, в нашей местности ещё один пруд, но он расположен в трехстах километрах от города. А уж оттуда вряд ли могла прилететь стрекоза. Всё-таки стрекозы охотятся в том районе, где родятся, где живут постоянно. И как видите, я не ошибся.

– А вы не хотите послушать, что с нами случилось? – спросила Валя.

– Ах да… Конечно… Я рад буду услышать ваши рассказы, – забормотал Иван Гермогенович. – Ну, ну, рассказывайте. Это должно быть очень интересно.

Он обнял ребят за плечи и протянул пятки к огню. Карик и Валя стали наперебой рассказывать, что с ними было после того, как они выпили чудесную жидкость.

Слушая ребят, профессор понимающе кивал головой и без устали приговаривал:

– Совершенно верно… Все понятно…

– И мне все понятно, – сказал наконец Карик. – Но всё-таки я не все понимаю.

– Да? Чего же ты не понял?

– Почему в гнезде у подводного паука сначала можно было дышать легко, а потом мы чуть было не задохнулись?

– Очень просто, – ответил Иван Гермогенович. – Судя по твоему рассказу, я думаю, вы попали в лапы к подводному пауку аргиронету… Аргиронет – это значит серебряная пряжа. Зовут его также паук-серебрянка… Он строит под водой гнездо, похожее на водолазный колокол. В таких колоколах водолазы опускались когда-то под воду. Но этот колокол не больше грецкого ореха. А держится он, не всплывая, только потому, что с боков его удерживает паутина, прикреплённая к подводным растениям…

– Ого! – сказал Карик. – Мы еле пробрались сквозь эту паутину.

– Воздух паук приносит в свой колокол с поверхности пруда. Он поднимается наверх, выставляет наружу брюшко, покрытое очень тонкими волосками. Эти волоски и хватают воздух. Когда пространство между волосками наполнится воздухом, паук натягивает на брюшко паутину и несёт воздушный баллон к себе в домик. Кстати, со своим воздухом в чемоданах путешествуют под водой и многие водяные жуки.

– И надолго ему хватает воздуха?

– Увы, – сказал профессор, – много воздуха он захватить не может, а поэтому ему приходится то и дело подниматься на поверхность за свежими порциями. Ну, а когда воздухом паука пришлось дышать и вам, то совсем неудивительно, что вы стали задыхаться. Всё-таки на троих одной порции маловато. Вот почему подводный хищник аргиронет и сам действовал вяло… Между прочим, когда вы вернётесь домой, сходите на пруд и посмотрите, как паук серебряная пряжа трудолюбиво поднимается то и дело на поверхность за воздухом. Если наберётесь терпения, вы увидите, как трудится паук, наполняя своё подводное гнездо воздухом.

– А как мы узнаем паука аргиронета? – спросила Валя. – Ведь он же не таким страшным будет, когда мы снова станем большими.

– Пауки-серебрянки, – ответил Иван Гермогенович, – похожи на шарики ртути с чёрными точками… Всплывают аргиронеты чаще всего около водяных зарослей… Они поднимаются брюшком вверх, головой вниз. Несколько секунд остаются на поверхности, а затем медленно опускаются под воду… С первого взгляда кажется, что эти паучки – самые безобидные существа. А на самом деле аргиронет – свирепый хищник… Он никому не даёт спуску ни на дне, ни на поверхности воды.

– Почему же он не сожрал нас, а подвесил к потолку? – спросила Валя.

– Да, да, это и меня интересует, – сказал Карик.

– На ваше счастье, аргиронет был сыт, – ответил Иван Гермогенович. – Поэтому он подвесил вас про чёрный день… Так же, впрочем, поступают лисы, белки, человек, многие птицы, и в этом нет ничего удивительного… Он сожрал бы вас в тот день, когда холод или сильная жара разогнали бы всю его добычу.

– Ага! Понимаю, – сказала Валя. – Наш паук был сыт, а который рядом с ним жил, у того было плохо с продовольствием, поэтому он залез, чтобы сожрать нас.

– О нет! – сказал Иван Гермогенович. – К нашему пауку явился… Знаете кто?

– Знаю! – закричал Карик. – Его враг.

– Нет! – улыбнулся Иван Гермогенович. – Пришёл к нему… жених.

– Жених? Откуда вы знаете? – удивились ребята.

– Эти пауки, – сказал профессор, – всегда строят свои подводные домики рядом: к дому паучихи прикрепляет свой дом паук. Потом этот паук прогрызает стенку и является с визитом…

– Который, – подхватил Карик, – называется дракой.

– Да, иногда рассерженная чем-нибудь невеста бросается на жениха и пожирает его, а иногда, осилив невесту, пожирает её жених, но чаще всего невеста встречает своего жениха благосклонно, и они начинают жить очень дружно. Однако, – сказал профессор, поднимаясь и отряхиваясь, – нам уже пора в путь-дорогу. Собирайте посуду, продукты питания, укладывайте все в рюкзак и – марш в поход!

– В рюкзак? – удивилась Валя. – В какой рюкзак?

– Не в руках же нам нести посуду и продукты. Иван Гермогенович пошарил руками в груде камней и вытащил оттуда отличный кожаный мешок.

– Ой! – Валя широко открыла глаза. – Как настоящий! Это где же вы достали?

Профессор улыбнулся:

– Это подарок тихоходки. Пока вы спали, я кое-что отрезал от этого мешка, и, как видите, получился великолепный рюкзак.

– Что за тихоходка?

– Одна из моих старых знакомых!

– Понимаю, – кивнул головой Карик, – на вас напала какая-то тихоходка. Вы убили се и сняли шкуру.

– Ничего подобного, – сказал Иван Гермогенович. – Тихоходка никак не могла напасть на меня. Это же очень крошечное существо, не более миллиметра. Не нападал и я на тихоходку.

– А мешок из шкуры?

– А мешок… Видите ли, друзья мои, тихоходка размножается яйцами, а для того чтобы яйца эти не сожрал кто-нибудь, она снимает с себя шкуру и складывает в неё яйца, как в чемодан.

– А сама помирает? – спросила Валя.

– Нет.

– Как змеи! – сказал Карик. – Они тоже меняют шкуру.

– Да, – кивнул Иван Гермогенович. – Но только змеи бросают старую шкуру, а вот тихоходка приспособила шкуру для защиты потомства от холода, жары и дождя.

– Яйца вы, конечно, выбросили?

– Ну конечно, они, к сожалению, не съедобны.

Профессор открыл тихоходкин мешок, положил в него посуду из яичной скорлупы и остатки яичницы, бережно завёрнутые в лепесток.

Подул свежий ветер. Туман стал редеть. Ветер нёс его, точно дым, над полями, сметая в лога и овраги.

Профессор завалил костёр землёй.

– Ну, – сказал он, – кажется, можно идти. Собирайтесь, друзья мои.

– А мы уже готовы, – вскочила Валя.

Иван Гермогенович внимательно осмотрел Карика и Валю и неодобрительно покачал головой.

– М-да! – сказал он, о чём-то думая. – Но в чём же вы пойдёте? В этих лохмотьях? Вам придётся переодеться, друзья мои.

– Во что же мы переоденемся? – спросила Валя, оглядывая своё незабудковое платье. В дороге оно порвалось и теперь висело на ней голубыми клочьями.

– Надо будет посерьёзнее одеться, – сказал Иван Гермогенович. – Как видите, незабудковая одежда непрактична в этих джунглях. За один день она уже превратилась в лохмотья. А вот этот материал уже покрепче. Он и через месяц будет таким же прочным, как в первый день.

Иван Гермогенович сбросил с плеч незабудковый плащ-палатку и остался в серебристом свитере из паутины.

– Ой, я боюсь. – Валя сложила руки на груди. – И все равно нам не отобрать у него паутину. Он такой огромный и страшный, а мы теперь такие крошечные. Уж лучше не связываться с ним.

Карик спросил хмуро:

– А как мы победим его? Оружие бы надо достать!

– Ну нет, – засмеялся Иван Гермогенович. – Отбирать паутину у паука я, пожалуй, не стану, да и вам не советую… Ваши костюмы мы найдём в другом магазине… Идите за мной.

И профессор зашагал к дому ручейника. Слабый утренний свет еле освещал домик ручейника, но теперь можно было разглядеть, что и стены, и пол, и потолок были покрыты густой и плотной паутиной.

– Вот они, ваши костюмы, – сказал Иван Гермогенович.

Он подошёл к одной стене и вцепился в неё руками.

– Эй, ухнем! – крикнул профессор и рванул паутину к себе.

Стена затрещала.

– Эх, взяли! – ещё громче крикнул Иван Гермогенович.