Читаем без скачивания Рыжее наследство - Ромич Инна

— Господи, только бы все были живы, — пробормотала она, выбираясь из пещеры. — Ведь они живы?..

Она постаралась взять себя в руки и внимательнее глядеть по сторонам. Надо успокоиться, иначе до дома она не доберется, свернув себе шею на каком-нибудь уступе.

— Нельзя ни о чем думать, — приказала она себе.

Едва заметная тропинка, по которой она спускалась вчера, стала скользкой после дождя. К тому же теперь ей приходилось карабкаться вверх, а не вниз. Уже через час девушка почувствовала, что начинает уставать. Ей пришлось перейти на шаг. Зачем, зачем она удрала вчера из замка! Ей опять захотелось пить, но приходилось терпеть.

Чтобы не упасть духом, она начала вспоминать все молитвы, которым научил ее отец Годвин. Может, так Господь быстрее услышит ее? Она больше не будет убегать из дому, не будет спорить с отцом. Даже поедет в обитель Ромеи, хоть ей и не хочется. Ее шатало от усталости, но Эрика продолжала упрямо двигаться вперед.

Она не помнила, сколько прошла, но упорно продолжала идти, как заводная кукла. Ноги отваливались, во рту немилосердно жгло, она задыхалась... Время близилось к вечеру, и скоро, по ее расчетам, должны были показаться стены Тейндела. Девушка ускорила шаг. Одна мысль не давала ей покоя: что она будет делать, если там идет сражение? Бежать за помощью или постараться пройти тем же путем, которым она выбралась из замка? Нет, надо сначала осторожно разведать, что там происходит. Может быть, гораздо полезнее будет ее присутствие вне стен — так она может привести помощь.

Эрика прислушалась. Странно, замок уже должен быть близко, а никакого шума нет. Она вскинула голову, пытаясь разглядеть очертания башни, и хрипло вскрикнула от испуга: над ней, тяжело маша крыльями, пролетели два ворона. Они летели, не особенно торопясь, словно на званый обед...

Эрика закричала на птиц, отчаянно замахав руками, как будто могла остановить их плавный полет. Нет. Нет!

Бросив тяжелый узел, она кинулась к замку со всех ног. Уже понимая, что бежать нет смысла, что она никуда не успеет, она все равно бежала, не глядя под ноги, едва успевая отводить ветки, хлещущие по лицу, оскальзываясь на тропинке... Задыхаясь, девушка выбежала на открытое пространство и в растерянности остановилась.

Перед ней стоял сожженный Тейндел. Черные закопченные стены жилой башни нелепо возвышались на верхушке холма. Деревянные постройки полностью сгорели, от них остались только черные головешки. Ворота были распахнуты настежь, придавая картине какой-то непристойный вид — словно человека выставили голым на всеобщее обозрение. Над ее головой медленно проплыла еще одна пара воронов. Сиплое карканье раздалось над замком, и Эрику пробрала дрожь. С трудом сглотнув ком, застрявший в горле, она медленно двинулась к нему. Никаких мыслей не было. Она просто шла, как сомнамбула, не глядя по сторонам, не отрывая взгляда от черного провала ворот.

Она не сразу заметила, что не одинока на открытом пространстве перед воротами. То тут то там из-за камней показывались головы любопытных крестьян, пришедших к разоренному замку из селения в долине. Она всей кожей ощущала на себе их любопытные и боязливые взгляды. Наверняка вилланы надеялись поживиться чем-нибудь в этих развалинах, но появление дочери барона спутало их планы. Теперь они издали наблюдали за ней, не решаясь приблизиться.

Почему-то мысль о мародерах привела девушку в ярость. Она ускорила шаг и почти вбежала в открытые ворота. Стая ворон с негодующим карканьем поднялась в воздух, громко хлопая крыльями. В первый момент Эрика даже не узнала это место. Их маленький чистенький дворик, который старая Кэтрин всегда содержала в порядке, превратился в грязную выжженную пустыню. Дождь прибил пепел к земле, смешав все в страшную грязь. Кухня еще слабо курилась дымом — она сгорела дотла, остался только каменный остов. Всюду виднелись какие-то тряпки, лохмотья, прямо посреди двора валялся большой котел, в котором обычно варили похлебку... А возле донжона лежало что-то бесформенное, напоминающее человеческую фигуру. Эрика подошла поближе и почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.

Это был Джош. Она сразу узнала его, несмотря на то что не увидела лица. Начальник стражи лежал ничком, зарывшись лицом в жидкую грязь, странно подвернув одну ногу под себя... Одна его рука была вытянута, по-прежнему крепко сжимая маленький медный рог на цепочке. На боку и в спине стражника зияли две раны, вокруг которых бурой коркой застыла кровь. Кровь была кругом — боже, как много ее вытекло!

Девушка в ужасе сделала еще несколько шагов к нему, но тут желудок скрутило ужасной судорогой, и ее вырвало. Ее выворачивало наизнанку, так что она едва удержалась на ногах. Прислонившись к стене, Эрика некоторое время стояла, хватая ртом воздух и пытаясь собраться с силами. Надо было бы перевернуть Джоша, проверить, может быть, он еще жив? Но тут же с необычайной отчетливостью девушка поняла, что это бессмысленно. Джош, который играл с ней, учил ее всему, сейчас лежит мертвый, и она уже ничем не сможет ему помочь. На подкашивающихся ногах она двинулась по двору, стараясь не смотреть на ворон, усевшихся в ожидании на крепостной стене.

На двоих воинов она наткнулась возле сгоревшей кухни; еще один лежал, раскинув руки, посреди двора. Пегий Пит... Зажав рукой рот, чтобы не закричать, Эрика медленно продвигалась к главной башне, всюду встречая следы кровавой схватки, разгоревшейся здесь вчера ночью. Ее начала бить крупная дрожь. Где же остальные? Не может быть, чтобы все были мертвы. Пока она не видела ни отца, ни Кэтрин, ни братьев... Может быть, их захватили в плен? Она просто не могла поверить в то, что отец и братья могут погибнуть. Не могла...

Громада башни нависла над ней — почерневшая, с выгоревшими пустыми глазницами окон. Под стенами валялись обгоревшие пучки соломы, которыми пытались поджечь замок. Дождь помешал пожару распространиться внутрь, а нападавшие, видимо, слишком торопились... Огонь опалил, но так и не смог уничтожить массивную дубовую дверь. Теперь она болталась на одной петле, качаясь от ветра и противно скрипя. Эрика в нерешительности остановилась перед входом в дом. Девушку сковал страх. На мгновение она вспомнила, что находится одна среди мертвецов, и ей стало жутко. Может, лучше подождать, пока появится еще кто-то? Она беспомощно оглянулась назад — вилланы, по- видимому, разбежались. И вдруг она услышала какой-то едва уловимый звук... Слабый стон, идущий откуда-то из глубины башни. Там есть кто-то живой!

Она бросилась туда, разом забыв все свои страхи. Но не успела сделать и нескольких шагов, как споткнулась и с размаху полетела на пол. Внутри было темно, и она не сразу разглядела, обо что споткнулась. А когда поняла, закричала так, что вороны опять взвились в воздух, оглашая округу хриплым карканьем.

Здесь была настоящая бойня. Мертвые люди лежали на полу, все было залито почерневшей кровью. Тошнотворный запах ударил в нос. Эрика, с ужасом глядя на мертвецов, вскочила на ноги. Прямо перед ней лежала женщина, вытянувшись к двери, с разрубленным пополам черепом. Их ленивая служанка Долли, которую никогда невозможно было заставить работать... Джек, ее муж, был тут же, рядом валялось его копье. Видимо, слуг убили первыми, едва нападавшие ворвались в дом.

Ее взгляд выхватил из темноты чьи-то ноги, обутые в старые стоптанные башмаки. Она медленно подошла поближе и нагнулась над мертвой женщиной. Это была Кэтрин. Старуха ничком лежала в углу, сжимая в руках чугунную сковородку. Ее просто отшвырнули прочь, не глядя рубанув мечом. Дрожащими руками Эрика попыталась перевернуть ее, но тело худенькой Кэтрин словно одеревенело и стало неподъемным. С огромным трудом ей удалось подтащить няньку поближе к свету. Все напрасно! На нее глядели открытые безжизненные глаза старухи. Та была мертва. Брови Кэт были нахмурены, рот сурово сжат. Эрика неловко попыталась закрыть глаза своей старой няньке, но они упорно не закрывались.

От этого страшного взгляда у нее в голове помутилось.