к тому же, он чересчур…бережно прикасался ко мне, одновременно ощутимо. Прикосновения на грани, как и мои эмоции. Учитывая темноту в спальне и только едва попадающий свет луны и уличных фонарей, обстановка складывалась слишком интимной. Но пугает больше то, что моё тело в бессознательном состоянии раскрывалось навстречу монстру.
Я верила, что всё можно объяснить научным подходом, в том числе и работу мозга и его влияние на все процессы, происходящие в организме. Но сейчас, мозг и тело явно существовали отдельно, я бы даже сказала, главный компьютер моего тела не желал включаться.
А когда Ришард, полностью обнажённый, резко сменил положение, оказываясь уже надо мной, опираясь на локти по обе стороны от моего лица, только открыла рот, решив хоть что-то сказать, но все звуки потонули в глубоком жаждущем поцелуе.
Казалось, Лирссман пил моё дыхание, тем самым подчиняя себе. А когда властная рука сжала грудь, остатки разума и вовсе испарились.
Острое, на грани эмоций, проникновение пустило волну дрожи по телу, а пальцы автоматически впились в стальные плечи. Я сразу поняла, что вся нежность закончилась.
Тяжесть мужского тела вышибла весь воздух, а следом я уже громко застонала в пространство комнаты, едва Ришард вогнал свой член в меня ещё раз, но уже жёстче. Супруг тяжело дышал, периодически то ли порыкивая, то ли скрежета зубами, ещё и умудряясь оставлять засосы в области шеи, от которой всё никак не мог отлипнуть. Движения ускорились, и с каждым разом из меня всё яростнее вышибали воздух, а осознание плавилось. Эмоции боли, экстаза, теплоты, остроты… Всё смешалось в одно. Стоны переросли в крики, да и ногтями уже впивалась в крупную спину, словно со стальными жгутами мышц.
Лирссман приподнял мои ноги под коленями, чуть сменяя угол проникновения, делая толчки ещё глубже и острее. Казалось, я горю, а каждый нерв моей кожи от соприкосновения с чем-либо, пустит по всему телу волну тока.
Движения становились всё быстрее и быстрее, как и я уже не могла себя контролировать, то вскрикивая, то умоляя Лирссман остановиться. Таких ощущений в сексе мне ещё никто не дарил, и для меня это было безумием, чем-то…неправильным и дико порочным. Даже не знала, что моё тело может так реагировать.
И вот…
Из груди вырывается громкий протяжный крик, вперемёшку со стоном, зажмуриваю глаза, словно пытаясь удержать в себе огромной силы оргазм, желающий меня испепелить. Миллиард мелких звёзд пляшут в черноте зажмуренных глаз, тело содрогается в конвульсиях, и краем ухо слышу тяжёлое мужское дыхание и…стон. Ощущаю, как сперма супруга пульсирует внутри меня, обжигая. Член какое-то время ещё остаётся во мне, и даже тогда, когда Лирссман, обхватывая за талию, переворачивается на спину, отчего оказываюсь лежащей на стальном теле.
Пытаюсь отдышаться и собрать мысли в кучу, что даётся крайне паршиво. Вяло шевелю рукой, оставляя попытки. Когда меня начинают гладить по спине, даже нет сил что-либо сделать. Позволяю трогать себя, наивно внушая, что позже дам отпор.
— Повторим, — только слышу над ухом, а следом…всё повторяется.
На этот раз мужчина более сдержан, хотя моментами и проявляется дикость. Мозг отключается вовсе, и я, словно кукла в руках опытного кукловода, словно умираю от каждого оргазма. В какой-то момент тело устаёт, ноги словно немеют, и именно в этот самый момент Лирссман подхватывает меня на руки, а после усаживает в ванную. Прикрыв глаза от яркого света, позволяю себя вымыть, а после вытереть и отнести обратно в кровать.
Ришард не считает нужным одеться или одеть меня. Ладно хоть одеялом нас укрыл. Оказываюсь прижата к горячему мужского боку, не сопротивляюсь, пытаясь сохранить хоть какие-то силы. Мужчина оставляет поцелуй на виске, и впивается пальцами в ягодицы.
Невольно делаю вдох, больше не чувствуя запаха хвои и металла. Запоздало провожу параллель и…
— Ты ранен? — на последнем издыхании спрашиваю, не в силах открыть глаза.
Проходит несколько долгих минут молчания. Видимо, Лирссман надеется, что я засну. Вот только организм по не изведанной причине отключаться не торопится. Да, тело вымотано, уставшее, но вот сознание в активной фазе бодрствования.
— Неужели волнуешься? — слышу ровное, но с ноткой яда.
— Я бы сама тебя придушила и закопала, но пока ты жив, жива и я. Судьба извращенка, — хмыкнула, слегка меняя положение головы, отчего невольно прикасаюсь губами к мужской коже.
— Решила быть со мной честной? Похвально, Эли. Я бы и сам тебя придушил.
На том и порешали.
Колкости друг другу высказаны, желания тел удовлетворены, можно и честь знать, как говорится, только вот сон всё равно не шёл. Мы продолжали просто лежать в темноте, по дыханию над головой понимала, что Ришард тоже не спит. И вдруг стало неловко. Слишком…интимный момент, неправильный. Фиктивность брака таяла на глазах. Понимал ли это Лирссман или просто желал не видеть — другой вопрос.
«Кстати, о вопросах».
— Ты кончил в меня, — только произнесла.
Остальное мужчина и сам мог осознать, а после предпринять действия, только вот последующие слова перечеркнули абсолютно всё.
— Мне нужен наследник.
8 ГЛАВА
Сначала всё списала на слуховые галлюцинации от усталости и стресса, к тому же, лёгкое задумчивое поглаживание мужских пальцев по моим бёдрам и животу, казалось весьма расслабленным, и со столь серьёзным решением резонировало остро. Только вот не являлся Лирссман шутником, и каждое произнесённое слово несло чёткую непоколебимость. Было легче заснуть и на утро выпить под шумок «экстренную» таблетку от нежелательной беременности. Правда, как уже поняла, никакие лекарства в этом доме не выдаются без предписания врача, так что…
— Воспользуйся услугами суррогатной мамы, хотя тебе стоит пальцами щёлкнуть и любая подпишется на роль твоей свиноматки. Я детей не хочу, — ровно, без каких либо чувств, произнесла.
Ришард оставался всё также расслаблен, не переставая водить пальцами по моему телу. Только вот меня это пугало, так как подобное спокойствие не было хорошим предвестником. И когда меня чересчур мягко подтянули чуть выше, а мужчина зарылся носом в основание шеи, вдыхая запах, а после оставляя лёгкий, но вместе с тем обжигающий поцелуй на нежной коже, напряглась ещё больше.
— Ты родишь мне ребёнка, — полушёпотом, но твёрдо, припечатал, сжимая чуть крепче талию.
— Такова моя плата за твою защиту? — с горечью спросила.
В данный момент, я разбивалась на куски окончательно, а в голову даже лезли мысли, что надо было сразу пустить себе пулю в лоб, как только узнала о гибели отца. Он сейчас точно в гробу переворачивается от решений непутёвой дочери. Думала, спасаю себя, а угодила
