ее вытереть слезы и открыть ее.
– Ревела опять. – бесцеремонно констатировала факт Кэтрин. – Пошли чай пить.
– Не хочу. – пробубнила землянка.
– Чего-опять-то?
Жейс насупилась:
– Настроения нет.
Та часто заморгала, потом сложила руки на груди и победоносно изрекла:
– Коготь да? Вас двоих вообще противопоказано вместе хоть на минуту оставлять.
– Нет. – уставшее процедила землянка. – Просто…
– Ну тогда и нечего сопли на кулак наматывать. Идем!
В кухне как оказалось уже пила чай мужская половина их команды. Жейс пробралась к кофеварке, старательно избегая взгляда тларийца. «Хотя что мне избегать то его? – думала она, заваривая себе кофе. Я сказала, что думала, что не претендую на ее место как сотрудника и их друга. А не на место его подружки!! И почему у меня чувство, словно меня отшили?»
Она неторопливо помешивала кофе.
«Даже если бы захотела». Что он имел в виду?
И тут ее словно молнией поразило. Тларийцы по некоторым данным обладают эмпатией. Что если клон может не только предвидеть замыслы Сарка, но и считывать эмоции окружающих?
– Ты какая-то странная. – прервал ход ее мыслей бравкаец. – Садись, давай и выкладывай, о чем с Каролом говорили.
– Я ни о чем. – пробурчала она, отодвигая стул и садясь напротив Когтя. – А вот наш капитан мерзким образом торговался с ним о дате, когда сплавит меня. А затем угрожал мне, что может выкинуть отсюда в любой момент. Запугивал местом, где убили Ауру. И в конце концов предупредил, чтобы я и не помышляла о том, чтобы стать его подружкой, так как слишком наивна.
Повисла такая тишина, что стало слышно тихое гудение ламп и работающий компьютер в соседней комнате.
На лице Когтя скользнула холодная усмешка:
– А ты обиделась.
– Нет! – рявкнула Жейс. – Я совсем не то имела в виду!!
Бравкаец прикрыл глаза рукой, усердно дохлебывая чай. Кэтрин по ходу совсем забыла про свой бокал, который все еще держала на весу:
– А на кой черт ты ей озеро показал? Нам значит нельзя туда…
Жейс вскочила с места:
– Вы чокнулись уже тут совсем!! У вас, что тем для разговора нет других?! Вы копаетесь в прошлом словно, кроме него ничего не существует!! Ни будущего, ни настоящего! И меня туда вплетаете, хер знает для чего! Я пытаюсь растормошить вас, но вы упорно не желаете. Все мусолите эти свои драгоценные воспоминания, хотя давно пора смириться! И принять!! И жить дальше! Он… – она ткнула пальцем и в без того ошарашенного капитана. – Он тут самобичеванием занимается, и вы заодно, как будто от того, что вы вместе страдаете, станет легче!
Выпалив это, она так же резко села, чувствуя, что и без того накалила обстановку. Капитан отодвинул пустую чашку и откинулся на кресло, скрестив руки и не сводя с нее взгляда:
– Ты спросила. Я ответил. И тебе не понравился мой ответ. Ты испугалась, и скрываешь это, делая вид, что злишься.
– Я злюсь, потому что ты торговался c Каролом! – парировала она. – К тому же…
– Значит так. – прервал он ее. – Это относится ко всем. Про Ауру забыли. Вспомнили и забыли.
Он встал из-за стола и перед тем как уйти бросил:
– И если тебя будут резать на части из-за сходства с ней, меня в этом не смей винить. Я тебя предупреждал!
Волнатарий зашелся кашлем, Кэтрин принялась с усердием хлопать ему по спине, шипя что-то себе под нос.
– И не буду. – фыркнула себе под нос землянка, сдерживая предательскую дрожь в руках.
Всю ночью Жейс снилось, как за ней гоняется Сарк, угрожая расправой, и при этом она была Аурой.
И все равно скучным ее пребывание на М-3805 не было. Каждый день она узнавала что-то новое, делала что-то новое, да что и говорить – ей для счастья было достаточно лишь дышать воздухом другой планеты.
Лето на М-3805 было жарким, и нередко температура поднималась до пятидесяти градусов по Цельсию. В такие дни они выползали на улицу только к вечеру, а днем наслаждались прохладой внутри базы.
Постепенно Жейс стала узнавать их привычки и повадки.
Утрианка терпеть не могла физические нагрузки. Могла часами просиживать в лаборатории и греться на солнышке на бревне возле базы. Бравкаец целый день мог провести, уставившись в монитор компьютера и не замечать никого вокруг; обожал мотоциклы, выгонял их из гаража, самозабвенно рылся в их проводке, чистил и устанавливал новое оборудование. Часто это совпадало с днями, когда утрианка грелась на солнышке.
Но еще чаще утрианка пропадала целыми днями в лаборатории. Нацепив очки что-то усердно высматривала в окулярах микроскопа. И Жейс, как ни старалась, не могла узнать, что именно она там ищет. Но по какой-то причине или интуитивно землянка знала, что это связано с капитаном.
Оказавшись в таком маленьком коллективе, невольно знаешь, где и кто в какой момент находиться.
Полукровка часто ходил в лабораторию. Один раз она случайно ворвалась к Кэтрин в тот момент, когда утрианка брала кровь из вены Когтя и разливала ее на много-много маленьких пробирок, аккуратным рядом стоящих в штативе на столе. Пришлось спешно закрыть дверь и ретироваться.
Однажды утром ни слова, ни говоря, Кэтрин ее вытащила из постели и потащила наружу. Они прокрались вглубь леса, прячась за стволы и хихикая. Однако все их веселье как ветром сдуло, едва они увидели их. Парни был обнажены по пояс и рубились на мечах так, что пот градом катился по их телам. Тяжело дыша, они отскакивали друг от друга, и при этом Коготь быстро проговаривал ошибки бравкайца. Тот внимательно кивал, и они сходились вновь, сверкая мечами. Звон стоял на весь лес.
Девушки прильнули к деревьям и, затаив дыхание, не спускали с них глаз.
Бравкаец был худым, но невероятно юрким. А благодаря длинным рукам его умение владения мечом становилось опасным. Он быстро выбрасывал перед собой меч, целясь в противника, однако тлариец каждый раз ловко ускользал из-под удара, который тренировочным никак нельзя было назвать.
В ответ тлариец сыпал целой партией коротких атак, а Волнатарий, пыхтя на весь лес, отчаянно отбивался. Закончилась тренировка тем, что бравкаец, матерясь, кубарем полетел в траву, а его меч в другую сторону.
– Все время так. – пропыхтел он, вставая и отряхиваясь. – Ты как с котенком со мной играешь, а только делаешь вид, что я тебе соперник.
Коготь воткнул меч в землю, оперся о него и хмыкнул:
– Так ты мне и не соперник.
– Я не соперник даже рядовому тларийцу.
– Пока, да. Но я из тебя его сделаю.
Утрианка прыснула со смеху, тем
