И без того тяжело, а одиночество в субботний вечер, да и в любой другой, не приносит облегчения. Сегодня я тоже не хотела оставаться одна, иначе бы снова и снова перебирала вчерашние слова Брайсона.
Они не выходят из головы, хотя и не должны. Даже если Дэниел и использует меня, чтобы досадить Брайсону, не могу сказать, что меня это особенно задевает. Я, конечно, та еще развалина, но меня даже забавляет мысль, что это бесит Брайсона.
А вот то, что неотвязно крутится в голове снова и снова, признание, что Дэниел ударил его из-за Аманды. Мне не должно быть до этого дела, но думаю я лишь об этом.
Не станешь же так избивать человека из-за кого-то, если тот тебе безразличен. Может, он до сих пор к ней что-то чувствует. Может, все еще любит, но корит себя за это. В конце концов, это она изменила, и все равно о нем заботится. Ее взгляд не позволил в этом засомневаться.
— Правда здорово, что у тебя такая работа. Она и в самом деле так весела, как я себе представляю? — спрашивает Пен.
— Да, — карие глаза Ви сияют. — Коллектив потрясающий. Можно менять хвосты и лифы. А выражения лиц детей, когда они видят меня, бесценны. Правда, сам хвост надеть уже отдельный труд, да и под водой долго оставаться тяжело, но оно того стоит.
— Может, если у меня ничего не выйдет, я тоже стану русалкой, — в шутку говорит Пен.
Мы с Ви переглядываемся, слыша неуверенность и разочарование в ее голосе.
Опасаясь сказать что-то не то и задеть ее, я позволяю Ви продолжить разговор.
— Хочешь рассказать, что тебя гложет? Мы рядом, — мягко спрашивает она.
Прежде чем Пен ответит, официантка принимает заказы. Как только та уходит, Пен без промедления все выкладывает.
Она вздыхает.
— Как так может произойти, что ты встречаешься с человеком, признаешься в любви, а потом он бросает тебя, потому что «нужно сосредоточиться на себе», а через пару недель начинает встречаться с твоей лучшей подругой?
Мы с Ви переглядываемся, но я все еще молчу. Не хочу быть той, кто станет подбадривать Пен, рассказывая о своем убогом опыте с первым парнем. Это не поможет, да и жалости я не хочу. К тому же это касается ее брата, а о нем лучше не говорить.
И снова Ви берет инициативу на себя.
— Погоди, то есть твой бывший встречается с лучшей подругой? Скажи, что вы больше не дружите?
Она раздраженно выдыхает и обмякает на стуле.
— Да, и... я... я не... она не... мы... это сложно. Она в группе поддержки, а я капитан, и не могу... нужно поддерживать... нормальные отношения, — она запинается и опускает голову на стол. Все так же уткнувшись лбом в столешницу, добавляет: — И мы живем вместе.
Я скептически фыркаю.
— Не нужно ни черта делать. Ты ей ничего не должна. Она была твоей лучшей подругой, а теперь встречается с бывшим? Абсолютно, черт подери, нет.
Ви энергично кивает, поддерживая мои слова.
— И вы еще живете вместе? Да катись оно все к черту, и она, и он.
— Я знаю. Знаю, но я... — Пен тихо стонет, поднимая голову. — Мне просто нужно это пережить. Он порвал со мной несколько месяцев назад. Не изменял или что-то такое. Она сказала, что не хотела влюбляться, но... — она обрывается, словно каждое слово дается с трудом. — У них общий предмет, они стали партнерами, одно потянуло за другим.
— О, Пен, — сочувственно говорит Ви.
— Все в порядке, наверное. Я хочу забыть его, правда, но каждый раз, когда вижу их вместе, представляю нас. Все, что он делает для нее, делал и для меня, — она улыбается, но улыбка так и не касается глаз. — Хотя, честно говоря, для нее он делает даже больше, чем для меня, — Пен вздыхает и качает головой, будто пытаясь стряхнуть воспоминания. — Простите, что так драматизирую. Мне просто нужно было выговориться.
— Ты не драматизируешь, — резко одергиваю я.
— Она права. Ты просто делишься своими переживаниями, и в этом нет ничего плохого, — соглашается Ви. — Честно, ты держишься куда лучше, чем держалась бы я на твоем месте. Давно бы уже закатила грандиозный скандал.
Лицо Пенелопы проясняется, и она хихикает.
Хотела бы я уметь так же. Снимать чужую боль или неловкость, вместо того чтобы только усугублять. Интересно, любила бы меня мама, если бы я была другой.
Я делаю глоток воды и кладу руки на колени, чтобы перестать теребить кольца.
— Это прозвучит до жути банально, но, знаешь пословицу: чтобы забыть одного, нужно оказаться под другим, — с лукавым видом предлагает Виенна.
— Пробовала, не сработало. Все парни напоминают его, потом я начинаю скучать и снова застреваю в круге «а что, если» и «что я могла сделать, чтобы он остался».
— Возможно, это и не универсальный рецепт, но пробовала встречаться с кем-то, кто совсем на него не похож? Просто спрашиваю, потому что знаю по опыту, если искать замену в тех, кто внешне или характером похож на него, никогда не получится отпустить.
Признаться, мне было несложно вычеркнуть Брайсона, но я вижу, как тяжело приходится Пен.
— Может, не сработает, и, наверное, вообще не стоит слушать, потому что у меня был всего один парень, и все закончилось плохо. И...
— Нет, ты права. Я даже не думала об этом, но теперь понимаю, что действительно пыталась заменить его кем-то похожим, — она робко улыбается, щеки розовеют. — Я жалкая, да?
— Нет, не жалкая, — твердо отвечаю я. — Если кто и жалкие, так это они. Не ты.
Она смотрит на меня так, будто с плеч упал груз.
— Спасибо, что выслушали. Я уже сходила с ума.
— Не благодари. Мы всегда рядом. Теперь... — Виенна складывает руки на столе, решительно глядя на нее. — Кто твой бывший и как он выглядит, чтобы мы держались подальше от тех, кто хотя бы отдаленно похож.
Пен достает телефон и показывает фото бывшего парня.
Люк Родригес, младшекурсник, разыгрывающий в баскетбольной команде МПУ.
Ви долго и пристально смотрит на экран, кивает сама себе, будто анализируя полученные данные. Потом выпрямляется, и на ее лице вспыхивает улыбка от уха до уха, словно только что озарила гениальная идея.
— У вас с Энджелом отличная искра, — она многозначительно шевелит бровями.
Я, может, и была слегка пьяна на той неделе, но тоже это почувствовала.
Пен передергивает.
— Звучит банально и отвратительно. Он же лучший друг Дэнни, я с ним практически выросла. Я знаю о Энджеле все, и ничего хорошего в нем нет. Следующий вариант.
— То есть ты правда никогда об этом не думала? Не то чтобы я подталкиваю, но, Энджел ведь и вправду горячий.
— Нет, никогда не думала, потому что я не смотрю на него как на потенциального партнера.
— Ты не ответила на мой вопрос, — ухмыляется Виенна.
— Ладно... да, он симпатичный, но, как я уже сказала, мы выросли вместе, и он лучший друг Дэнни. И мы вроде как друзья. Я не хочу делать ничего, что могло бы превратить наши взаимоотношения в неловкость. И даже если бы захотела, а я не хочу, он бы все равно не согласился. Плюс... вы же знаете его репутацию? Да уж, нет, спасибо. Следующий.
Виенна презрительно фыркает.
— У тебя есть предложения, Джози?
— Мои суждения, мягко говоря, не идеальны, так что слушать их точно не стоит.
— Сильно в этом сомневаюсь, — говорит Пен, когда официантка ставит перед нами еду. — Но я все равно доверяю твоему мнению.
— О, — я убираю волосы за ухо.
— Завтра у меня тренировка по плаванию и немного работы в аквариуме, но после шести я свободна. Можем встретиться и...
— Я не смогу. У меня завтра урок.
— Думала, ты занимаешься только по субботам? — спрашивает Пен, сбрызгивая креветочные тако соком лайма.
— Да, только по субботам, но удалось уговорить Дэниела позволить его учить, — отвечаю я, поливая тако зеленым соусом.
Когда я подношу тако ко рту, рука замирает в воздухе. Пенелопа смотрит на меня широко раскрытыми глазами, идеальные брови сведены, а губы приоткрыты. И вдруг с них срывается недоверчивый смешок.
— Дэниела? Дэниела Гарсию, моего брата? Того самого Дэниела?
