Несомненно, этот сориентированный по Солнцу город служил финикийцам атлантической торговой базой для обменов с Испанией и Британией, но мощные каменные сооружения уже были там, когда они ими воспользовались. Нам известна цивилизация более древняя, чем финикийская, которая могла осуществлять такого рода контакты, цивилизация искусных мореплавателей, торговцев и астрономов, устроившая свои опорные пункты в Средиземном море. А что, если Аиксис, город Солнца, подумали мы, был построен теми самыми каменщиками, что создали такие сооружения, как Ньюграндж и Маес-Хоув?
Развитие финикийской цивилизации было связано со знаниями и умением тех, кого Димитрий Барамки, куратор Музея Американского колледжа в Бейруте, называл «народы Северного моря», людей, прибывших из земель, которые скандинавские мореплаватели унаследовали от народа куль туры Рифленой Керамики. Работа доктора Барамки напомнила нам рассказ о народе из земли «Дилмун» Тура Хейердала, о чем мы уже говорили. Могли ли эти опытные мореплаватели послужить основой для легенды о таинственных шумерах? Барамки написал о том, как эти пришельцы с северо-западного Атлантического побережья Европы мигрировали в Ливан, принеся с собой абсолютное превосходство на море, отточенное навигационное искусство и традиции кораблестроения как военных, так и торговых судов. Хотя хананеи-протофиникийцы были народом, владеющим всеми качествами, необходимыми для плавания по Средиземному морю, они не оставили каких-либо доказательств постепенного развития навигационных и технических знаний. Эти знания пришли с вторжением группы, известной под именем «морские народы» или Текел. Хананеи добавили к финикийской культуре, усилив ее, давно устоявшуюся «религию на основе астрономических наблюдений и астрономическую навигацию»[105].
Рис. 4. Восход солнца над Африкой.
Чтобы увидеть такой восход, древние мореплаватели должны были обогнуть весь континент и проплыть из Красного моря в Средиземное.
Гипотеза Барамки представила нам простое объяснение ранее загадочного происхождения финикийцев. Люди из местных ханаанских поселений с их древними традициями астрономически выставленных храмов превратились из группы прибрежных мореплавателей в международных навигаторов, когда смешались с новой волной протоскандинавских пришельцев из мест, которые мы знаем как родину людей культуры Рифленой Керамики. Из того, что мы узнали о культуре Рифленой Керамики, следовал вывод, что именно они основали первоначальные поселения, а затем потеряли с ними связь.
Многим трудно поверить, что древние люди могли совершать столь далекие плавания, но история пестрит примерами преодоления огромных расстояний. Среди них — история о финикийцах, несколько раз огибавших Африку, возможно, регулярно использовавших Ликсис как главный промежуточный порт в Акабском заливе в северо-восточной оконечности Красного моря. Греческий историк Геродот пишет, как фараон Египта Нехо II приказал «финикийцам плыть домой через Геркулесовы столбы (пролив Гибралтар) в Северное море (Средиземное), чтобы добраться до Египта». Это может означать одно: он приказал им обогнуть Африку.
Финикийцы выполнили его приказ. Геродот добавляет, что они плавали «из Красного моря и плавали через южное море». Когда наступала осень, высаживались на сушу, оказываясь каждый раз в Ливии и дожидаясь здесь времени сбора урожая. Заготовив впрок зерно, плыли дальше, на третий год проходили через Геркулесовы столбы и возвращались в Египет. По их словам, как с некоторым сомнением сообщает Геродот, при путешествии вокруг Ливии они видели Солнце, восходящее над землей, при прибрежном плавании. Этот простой факт звездной навигации полностью подтверждает правдивость рассказа. Чтобы наблюдать такое явление, финикийцы должны были плыть вдоль одной стороны Африки, а возвращаться вдоль другой [106].
Если мы были правы в своем предположении, что и шумеры, и финикийцы были ответвлениями народа культуры Рифленой Керамики, то эти две группы должны иметь некоторое культурологическое подобие, помимо религии, основанной на поклонении Венере. Как оказалось, другие уже нашли связь между этими группами. Почти две с половиной тысячи лет назад Геродот писал, что финикийцы пришли из Шумера:
Финикийцы, которые ранее процветали на берегах Персидского залива, мигрировали в Средиземноморье и поселились в местах, где сейчас и обитают, начав, по их словам сразу осуществлять долгие путешествия с грузом товаров Египта и Ассирии[107].
Если с Британских островов и Бретани значительная группа цивилизованных людей, владеющих навыками мореплавания, приплыла в Персидский залив — называя себя «шумерами», — для них было бы вполне логично со временем продвинуться на северо-запад к побережью Средиземного моря, чтобы создать для себя короткий маршрут в Старую землю, которую покинули их предки.
ЖРЕЦЫ-ЦАРИ ФИНИКИЙЦЕВ
Мы решили, что теперь нам надо попытаться воссоздать точную картину ритуалов, исполнявшихся финикийским народом, в частности царями.
Самым ранним хананеем, заслужившим полное описание в Библии, был Мелхиседек. Это личность, ассоциированная с Авраамом, отцом еврейского народа. Новый Завет говорит, что Иисус был священником Братства Мелхиседека[108], и нам была известна масонская организация, основанная на базе древнего жреческого сословия, называемого Святое Братство Великого Первосвященника.
Авраама часто считают первым человеком, упомянутым в Библии, первой реальной личностью, а не символическим героем мифа[109]. Ранее его в Книге Бытия говорится о таких персонажах, как Адам, Ева, Каин, Авель, Ной и Енох, которые считаются скорее типажами, чем историческими лицами. Жизнь Авраама обычно датируется между 1800 и 1600 годами до нашей эры, но некоторые источники относят его к двенадцатому веку до нашей эры. Мы думаем, что можно почти с полной уверенностью сказать: Авраам — полностью мифическая фигура, его придумали, возможно, на основе старого устного предание, для объяснения, как новая еврейская религия продолжает давно существующую веру. Наше исследование и беседы с учеными, занимающимися изучением Библии, убедили в высокой вероятности того, что истории Авраама, Моисея и Давида — составленный из разных компонентов вымысел. Тем не менее в результате наших собственных дискуссий мы решили, что гораздо проще говорить о них как о реальных людях, и поэтому будем далее рассказывать об Аврааме как о действительно существовавшем человеке.
В Книге Бытия (14) рассказана история о том, что четыре царя с севера Земли ханаанской напали на пятерых царей городов равнины Мертвого моря, самой низменной земли на свете. Царства были завоеваны, среди пленников из города Содом был племянник Авраама Лот. Когда Авраам узнал об этом, он повел свое племя из 318 человек вместе с союзниками-хеттами и аморитами на завоевателей и освободил Лота. Как было в обычае тех времен, Авраам вернулся с богатой добычей, отнятой у потерпевших поражение врагов.
Возвращаясь после битвы, Авраам встретил Мелхиседека, иевусейско-хананейского царя Салема, который был первосвященником бога по имени Эль Элион, что означало «Наивысший». Место, названное Салем, идентично Иерусалиму, как прямо сказано в Псалмах, 76:2. То, что случилось далее, озадачило не только нас, но и служило предметом спора среди специалистов по Библии, поскольку никто не ожидал почерпнуть из нее подобный сюжет.
Несмотря на высочайший авторитет, приписываемый авторами Ветхого Завета Аврааму, они, не стесняясь, сообщают о его полном подчинении этому жрецу-царю древнего Иерусалима и богу, которому он служит. Авраам платит Мелхиседеку десятину, что означает передачу ему десятой части награбленного. В ответ Мелхиседек благословляет Авраама от имени бога Эль Элиона и проводит ритуал, в процессе которого Авраам получает хлеб и вино — акт, который некоторые ученые по Библии считают прямой предтечей христианской евхаристии. Это позволяет предположить, что Авраам проявил величайшее уважение к ханаанскому богу, весь эпизод подготовки сына Исаака к жертвоприношению был попыткой добиться благосклонности этого нового бога. Известно, что в библейские времена путешественники считали, что их боги остаются в их городе, они попадают во власть нового бога, как только оказываются в другой стране.
Псалом 110[110] тоже характеризует Давида как жреца Братства Мелхиседека в стиле, который явно перенял Иисус Христос.
Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих.
