сообщника у Минэоки не было, не стоило слишком уж зацикливаться на этой версии. Да и женщина с озера Сагами, которую так и не нашли, оставалась загадочной. Нигде не было ни малейшего следа. Красивая, «уж не простушка», она после шестого февраля уехала из Сагами и прибыла с жертвой седьмого февраля в Мидзуки.
Тело мужчины в Мидзуки было обнаружено десятого апреля. Вскрытие показало, что он умер около десятого февраля. Седьмое февраля как дату смерти предположили потому, что Минэока в тот день приехал в Фукуоку, отправился в «Дайто Сёкай» и, по его словам, гулял по развалинам Тофуро, сочиняя хайку. Женщина вполне могла путешествовать с ним.
Но что было шестого – совсем непонятно.
Если Минэока убийца, то женщина наверняка находилась с ним в близких отношениях. Но Михара изучил окружение Минэоки и не нашел ни одной близкой ему женщины. Еще никто не помнил лица женщины с озера Сагами. Однако, судя по обстоятельствам, бесспорно, что женщина была сообщницей Минэоки. Какое прошлое их связывало, как они познакомились?
Михара пытался вычислить ее, но улик не находил. Если она была сообщницей, то Минэока обеспечил бы ее побег. Оплатил бы ей проживание и прочие расходы. И поэтому, внимательно изучив повседневные действия Минэоки, Михаре удалось бы выяснить ее местонахождение. Либо Минэока весьма хорошо ее прятал, либо Михара ошибался.
Конечно, Минэока вряд ли бы напрямую контактировал с женщиной – ведь это опасно, поэтому ему понадобился бы посредник. Эту версию Михара тоже внимательно изучил. Кроме того, отправляя деньги напрямую, Минэока бы тоже подверг себя риску. И Михара разузнал, отправлял ли Минэока деньги, – но не ничего не нашел. То есть женщина появилась на Кюсю и в Токио и исчезла. Выглядело загадочно.
По словам Торигаи, ее перчатка дорогая и высококачественная. Это описание соответствовало женщине с озера Сагами. Судя по словам горничной, она была изысканно одета. У озера она была в японской одежде, но в Мидзуки, судя по перчатке, – в европейской. Вероятно, в японской одежде она привлекла бы слишком много внимания. Сейчас женщины чаще носят западную одежду, и в ней легче быть незаметной, чем в кимоно. Кроме того, западная одежда меньше сковывает движения.
Перчатка.
Почему только одна перчатка? Михара думал об этом и его осенило. Женщина сняла ее перед убийством! Иначе она бы ее не обронила.
Михара верил, что женщина выманила молодого человека в Мидзуки. В таком случае явно они занимались во мраке чем-то непристойным. То есть цель женщины заключалась в том, чтобы заманить и отвлечь. Поэтому вполне логично, что женщина сняла перчатку. Иначе она не смогла бы касаться мужчины. Перчатки мешали страсти. Мужчины и женщины держатся за руки. И видимо, там она ее и обронила.
А что с перчатками жертвы?
Торигаи доложил, что на мертвом юноше были кожаные черные перчатки. И это уже казалось странным. Не могла же перчатку снять только женщина! Молодой человек тоже бы снял. Только так они могли бы коснуться друг друга.
Но молодой человек был в перчатках – почему? Ведь вряд ли их надели на труп после убийства.
Михара желал изучить этот вопрос подробнее. Но ему не хотелось возвращаться в токийский полицейский департамент. И он снова пошел в любимую кофейню.
2
Кофейня была пуста. Только пятеро девушек болтали в уголке. Михара подозвал ту, что сидела ближе всего, – с круглым лицом, около двадцати трех лет.
– Можно поговорить с вами? – спросил он.
– Чего вам?
– Я хотел бы узнать ваше мнение, девушки. Вы не могли бы подойти?
– Ой, что за чепуха!
– Девушки, – обратился к ним Михара, – вы когда-нибудь влюблялись?
Все захихикали.
– Я не шучу, – сказал Михара с серьезным видом. – Это моя работа.
– А зачем вам, что вы расследуете?
– Нам это крайне поможет.
– Да ну…
Девушки были под впечатлением. Они считали, что Михара, который приходит сюда за кофе, человек серьезный, поэтому удивились его словам. Ведь раньше он не касался таких тем.
– Вы все красавицы, – продолжил Михара. – Думаю, вы все влюблялись.
– Ой, хватит!
Девушки переглядывались, хихикали.
– Послушайте. Я хочу спросить. Если двое влюбленных на свидании… ну, они одни, и они держатся за руки. Правда?
– Да о чем это вы?
– Сейчас поймете. А вот если вы на свидании зимой, вы оба будете в перчатках?
– Нет, скорее нет. А у вас что, такого не было?
– Не уверен. Поэтому и спрашиваю вас.
– То есть вы расследуете какое-то любовное дело? А мы тут причем?
– Расследую. Так вы когда-нибудь держались за руки – в перчатках или нет?
Девушки переглядывались и молчали.
– Так да или нет?
– Нет. – Одна помотала головой. – В таких случаях мы снимаем перчатки и держимся за руки. С ними как-то и не чувствуется ничего.
Другие девушки закивали.
– Да-да, так и есть.
– А как это связано с расследованием?
– Это имеет отношение к важному преступлению. Поэтому я, как полицейский, должен все разузнать. Спасибо.
Михара подумал, что ответ девушек имеет значение.
Перчатка, которая валялась в Мидзуки, лежала так, будто владелица сняла ее. Но тем не менее на трупе перчатки были. Что-то здесь не так. Вероятно, убийца атаковал жертву, когда молодой человек обнимал женщину.
Но нет, не так… Что-то не так… Перчатка, перчатка…
Михара обдумывал это, возвращаясь в участок. Но вдруг сменил направление. В участке он не смог бы размышлять. Поэтому ему захотелось пройтись. И он направился к мосту Нидзюбаси.
Был самый пик сезона, и туристы из регионов садились в разные автобусы. На площади их было много. Кое-где ходили группы с флажками.
Михара сел на лужайку и долгое время смотрел на пейзаж. На посторонний взгляд он выглядел как отдыхающий на солнце человек. Рядом сидели мужчины с чемоданами и лежал курьер, велосипед которого стоял неподалеку.
И много парочек.
Вот высокая девушка в ослепительно-алом свитере и белых брюках держится за руку крепкого, одетого в черное молодого человека. Яркое сочетание: красное, черное и белое – зацепило взгляд. Как только они прошли, Михара вдруг резко приподнялся. Он внимательно смотрел на их лица.
– Она меня бесит. Так и липнет ко мне.
– Брось ты думать об этом. Она очень милая девушка.
В черном была девушка. В алом свитере – парень с хриплым голосом. Оба коротко стриженые, так что не отличишь со спины, кто есть кто. Но пояс черных брюк был высоко на талии. Парень носил алый свитер, почти как женщина.
Михара помчался к участку. Совсем не так расслабленно, как шел из кофейни. Он ворвался в контору и подозвал молодого
