Читаем без скачивания Акваланги на дне - Сергей Зверев

– Да хватит тебе трепаться! – воскликнул Полундра негодующе. – Кто это радовался?

– Ладно, это сейчас не важно, – быстро пошел на попятный Дорофеев. – Так вот! Заброшенный завод стали растаскивать тут же, как только военные ушли из него, так что в незатопленных галереях уже через два месяца куска дюралевой проволоки не осталось, все порастащили. А вот в затопленные галереи долгое время соваться боялись, мало ли что там, под водой! Секретный объект все-таки. Но потом наш смотритель маяка и этот бизнес освоил. Ближние затопленные галереи теперь уже все вычищены, там тоже делать нечего. Остались только дальние, в которые до сих пор опасаются забираться, просто потому, что не знают, что именно там. Тем более и водолазная квалификация у наших тут не очень.

– Ну? И дальше что? – переспросил его Полундра, впрочем, уже догадывавшийся, к чему клонит его друг.

– А то, Серега! Вот если бы в эти дальние галереи залезть и оттуда электронный лом достать, то я знаю человека, который за него заплатит хорошие деньги. Нужные тебе две тысячи баксов наскребем как-нибудь!

– Подожди, подожди, Лешка! – остановил друга Полундра. – Но этот электронный лом… Если он так дорого стоит, значит, он содержит какую-то государственную тайну? Какое-то оборонное ноу-хау, может быть. Иначе зачем за него платить такие деньги?

От этих слов североморца лицо Дорофеева выразило сильнейшую досаду, он даже поднялся с кровати и раздраженно прошелся по комнате.

– Во-первых, никакого ноу-хау наш электронный лом не содержит! – отчеканил он жестко. – Ты, Серега, слишком высокого мнения о советских военных разработках. Когда-то они и правда были на мировом уровне и представляли интерес для многих. Но теперь это все в далеком прошлом! Мировые технологии ушли настолько далеко вперед, что наши советские разработки – просто детский лепет в сравнении с ними!

– Да, пожалуй, это так, – не стал спорить Полундра. – Но тогда объясни мне, за каким чертом солидным покупателям платить за них хорошие деньги? Электронный лом годится только для радиолюбителей да всяких там самодельщиков. Но когда это у самодельщиков были хорошие деньги?

– Нет, Серега, электронный лом мы будем продавать не самодельщикам, – ответил Дорофеев. – А платят за него хорошие деньги потому, что на электронных платах, которые делали для подводных лодок, щедро применялись драгоценные металлы самых высших проб! Какая-нибудь электронная безделушка размером с твою ладонь может содержать до сорока граммов чистой платины. Представляешь, сколько такая штуковина будет стоить на черном рынке?

– Представляю, – Полундра кивнул. – Только если это так выгодно, почему же ты сам в галереи не спускаешься, электронный лом оттуда не таскаешь?

– То есть как это не спускаюсь? – воскликнул Дорофеев обиженно. – Ты думаешь, с каких шишей я себе дом-то выстроил? Воображаешь, мой хозяин Абу Али такой щедрый, что на бабки, которые он мне платит за работу, можно что-нибудь кроме глинобитной халупы построить?

– Значит, ты тоже на этого смотрителя маяка работаешь?

– Ясное дело, – ответил Дорофеев. – А почему бы и нет? Он мужик серьезный. Платит наличными баксами, и хорошо платит. Обеспечивает нас всем, снаряжением, аквалангами, картами галерей. Представляешь, у него даже план этого подземного завода откуда-то имеется! На время погружения сам нас сопровождает на своем мотоботике. Так что он мужик заботливый.

– Заботливый. – Полундра кивнул. – Чужими руками жар загребать! Если это так выгодно, почему этот смотритель маяка сам под воду не лезет? Я его видел из окна, это далеко еще не дряхлый дед!

– Ты видел? – Дорофеев несколько смутился, мгновение внимательно рассматривал своего собеседника. – Я же тебе сказал…

– Ты сказал – на глаза ему не попадаться, – отозвался Полундра. – А я видел его из окна. Мужик он крепкий, на таких еще пахать можно. И видно, что бывший моряк. Вот и объясни мне, почему, если это так выгодно, он сам за этими платами не полезет? Все кого-то другого заставляет. Это что, очень опасно, да?

Дорофеев немного помедлил, прежде чем ответить.

– Ну, в общем-то да, – сказал он наконец. – Дело это и правда небезопасное. А этот смотритель маяка… Ты прав, он действительно отставной моряк, но водолазному делу не обучался, так что куда ему в эти галереи лазить! Его дело – все организовать, найти карты галерей, без них там просто заблудиться можно. Эти галереи – целый лабиринт. Потом, надо же найти для нас снаряжение, аппаратуру. Сопровождать нас на поверхности моря – это ведь тоже должен кто-то делать!

– Так же, как и сбывать где-то добытый вами электронный лом, – подсказал Полундра.

– Именно! – Дорофеев без тени иронии кивнул. – Ты только не думай, Серега, что наш смотритель маяка имеет недостаток в рабочих руках. На него куча народу вкалывает, и я в том числе. Обследуем галереи согласно его указаниям, выбираем все аккуратно, оставляем только совсем уж мусор. В ближних галереях мы уже все повыбрали, а вот в дальних галереях, которые у самого моря, этого добра полно лежит.

– А там, в дальних галереях, наверное, самые ценные платы и лежат.

– Именно, Серега! – воскликнул Дорофеев радостно. – Я тебе про это и говорю! Ты можешь достать, я уверен. Три-четыре дня работы, и ты заработаешь нужные две штуки баксов. Откупишься от ментов и от бандюганов. Слушай, это выход, Серега!

Однако Полундра продолжал в нерешительности потирать лоб.

– Если это так выгодно, как ты говоришь, – произнес он осторожно, – значит, это дело очень опасное! Иначе бы все давно вычистили, в галереях кусочка электронной платы не осталось бы! Этот твой смотритель маяка, он же не сторож этого завода! Помешать туда лазить он не может, равно как и водить экскурсии по галереям. Те же самые мальчишки все платы бы повытаскивали, ничего бы не осталось!

Алексей Дорофеев сделал нетерпеливое движение.

– Серега, я тебе объясняю, – сказал он. – Во-первых, этого добра там завались, на всех хватит. Во-вторых, дело это опасное только для простого мужика, который нацепил на себя детский акваланг и вообразил уже, что он Жак Ив Кусто. Для настоящего профи эта работа вполне выполнима.

– А ты разве не профи?

– Да ну! Какой же я профи? – Дорофеев рассмеялся. – Ты же знаешь, я водолазному делу только так, для виду обучался. Плавать с аквалангом и погружаться, конечно, умею, но это, собственно, и все. А ты настоящий подводник. У тебя и рекорд флота по погружениям. Разве не так?

Полундра кивнул, задумчиво глядя перед собой.

– Ну, вот видишь! – воскликнул Дорофеев. – Соглашайся, Серега! То, что я предлагаю, – хороший вариант. В конце концов, другого у нас все равно ничего нет.

– Да, это верно. – Полундра кивнул.

Дело, которое ему предлагал Лешка Дорофеев, определенно попахивало криминалом. Электронные платы уходят, несомненно, по каким-то теневым каналам и неизвестно куда. Однако реально выбирать североморцу было особенно не из чего.

Деньги были ему нужны позарез, а речь шла всего лишь о ломе драгоценных металлов. Немного еще подумав, Полундра согласился на предложение своего друга и бывшего командира.

Глава 24

Косые лучи утреннего солнца освещали дорогу ярким, золотистым светом, стоящие рядком придорожные кипарисы и проносящиеся мимо машины отбрасывали длинные тени.

Выбравшись за черту города, Дорофеев прибавил было скорость, однако сидящий рядом с ним Абу Али приказал ехать помедленнее. Сам он в это время внимательно смотрел по сторонам, видимо, пытался по описанию найти тот поворот с шоссе, который привел бы на нужное место в лабиринте загородных поселков, улочек и переулков.

Абу Али и в самом деле вскоре показал на одно из боковых ответвлений от дороги и приказал свернуть в него. Они проехали немного по хорошей, но узкой асфальтовой дороге, свернули снова. Наконец Абу Али указал на один добротный, солидный двухэтажный дом, окруженный высоким забором и тенистым садиком, сказал коротко:

– Здесь останови.

На воротах дома было крупно написано мелом: «Продается».

– Подожди, – так же коротко приказал Абу Али.

Он выбрался из машины и направился к воротам. Из них ему навстречу тут же вышел хозяин дома, средних лет лысоватый мужчина. Приветливо распахнул перед Абу Али калитку, пригласил войти в дом.

Лешка Дорофеев поудобнее устроился на сиденье машины, приготовился ждать. Машинально обернувшись, он заметил подъехавшую сзади и припарковавшуюся неподалеку серую «девятку». Из нее никто не вышел. Но сквозь лобовое стекло были видны физиономии старого татарина Муслетдина и его помощника Мурада за рулем. Разглядев татар, Лешка Дорофеев только усмехнулся про себя.

Войдя внутрь продающегося дома, Абу Али довольно бегло и с безразличным видом осмотрел обстановку гостиной с большим обеденным столом, диванами вдоль стен и множеством антикварного вида стульев с высокими спинками, так же шикарно обставленные холл, библиотеку с книжными полками во все стены и несколькими глубокими креслами. Оглядев все это великолепие незаинтересованным взглядом, Абу Али попросил хозяина дома проводить его на второй этаж, показать спальню. Задумчиво нахмурив брови, солидный турок некоторое время стоял перед широкой кроватью, над которой свисал старомодный шелковый балдахин, украшенный затейливым рисунком.