подогнуться в один момент. Я немного покачнулась, и Лаэриэнь тотчас подхватил меня. Не обращая внимания на мои слабые возражения, он поднялся со мной на руках на второй этаж, где, пройдя в мою спальню, опустил меня на кровать.
− Тебе нужно отдохнуть, − произнес он, отводя упавшую прядь волос с моего лица. − Сегодня у тебя был тяжелый день, и завтрашний, наверняка, будет не легче.
− А ты? − борясь с подступающим сном, спросила я.
− Я тоже отдохну, не беспокойся, − заверил меня Лаэриэнь.
− Опять уйдешь до рассвета, − возразила я.
− Не уйду, − возразил он мне в ответ. − Можешь сама проконтролировать это, − усмехнулся он. А затем в несколько быстрых движений он снял с себя пиджак и обувь, а затем опустился на постель, ложась позади меня, прямо поверх одеяла, в которое я была завернута. Обнимая меня.
− Спи, моя невеста, − услышала я уже сквозь сон его слова. Они становились все тише, угасая. − Спи, моя…
Я заснула мгновенно, а проснулась только спустя много часов, когда за окном уже вовсю разгоралась утренняя заря.
− Ты не ушел, − еще сонно пробормотала я, ощущая обнимавшую меня поверх одеяла тяжелую мужскую руку. Я лежала, уткнувшись лицом в подушку, и не думала, что Лаэриэнь услышит мои слова. Но он услышал.
− Куда же я уйду от тебя, − ответил он, обнимая меня при этом чуть сильнее.
Я медленно развернулась в его объятиях, переворачиваясь на другой бок. Теперь мы оказались лежащими друг напротив друга. Его лицо было так близко от меня, что я с легкостью могла рассмотреть морщинки, разбегающиеся от его глаз. Глаз, которые улыбались мне. И это было так естественно − лежать под ласковым взглядом Лаэриэня и дышать с ним одним воздухом, что теперь мне казалось странным и неправильным, что когда-то, еще несколько дней назад, все было иначе. И что то, что мы обрели с ним сейчас, пусть это пока и не имело названия, могло закончиться в один миг.
− Не отпустишь? − негромко спросила я, вглядываясь в глубину глаз своего персонального негодяя, который вовсе не был таковым.
− Не отпущу, − подтвердил он. − Теперь просто не смогу, уж прости меня за это, Аниэль.
− Хорошо, − согласилась я, не став долго размышлять. Свой выбор я сделала еще вчера, только сама не поняла этого. А вот для Лаэриэня такая моя сговорчивость, похоже, стала удивлением.
− Неужели не будет никакого протеста? − вглядываясь в мои глаза, спросил он.
− Ну, если нужно… − протянула в ответ я.
− Не нужно, − усмехнулся он, а затем добавил. − И замуж за меня пойдешь?
− А ты позовешь? − ответила я вопросом на вопрос. Соглашаться, не услышав самого предложения, я не собиралась.
− Уже позвал. А ты даже согласилась, − совершенно серьезно произнес Лаэриэнь.
− Что? − я так удивилась, что даже оторвала голову от подушки, не задумываясь о том, как я буду выглядеть в ореоле спутанных после сна волос.
− Не так, конечно, я хотел рассказать тебе об этом, − вздохнул мой жених.
− Рассказать о чем? − мое удивление после таких его слов стало еще больше.
− Уверена, что не хочешь прежде позавтракать? − он словно хотел оттянуть момент признания.
− Уверена, − я не желала ничего откладывать на потом. Как по мне, двадцать лет ожидания и так были более чем достаточным сроком.
− Помнишь, ты говорила о том, что я в роли жениха был совершенно несостоятелен, хотя бы потому, что за все годы помолвки не оказал своей невесте ни одного знака внимания? Так вот, это совсем не так. Конечно, пока ты была еще малюткой в колыбели, а сам я был юношей, не достигшим совершеннолетия, мысли о том, чтобы посылать гостинцы для тебя, даже не приходили мне в голову. Но затем, спустя годы, когда я повзрослел, а ты выросла, и в твои волосы можно стало вплетать ленты, я послал тебе свой первый подарок. И продолжал это делать регулярно, ни разу не получив ответа.
− Но я… Я не знала, − растерянно проговорила я.
− Я знаю, − без капли обиды ответил Лаэриэнь. − Правда, узнал я об этом совсем недавно. Я отправлял все подарки главе твоего рода, справедливо полагая, что он будет все передавать адресату. Тебе. Но я ошибался.
− Дядя ничего не отдавал мне. Больше того, он никогда не говорил о тебе, даже не рассказывал кто ты, словно хотел забыть навсегда об этой помолвке.
− Его можно понять. С одной стороны, он хотел оградить тебя от нее, Аниэль. А с другой, он чувствовал себя виноватым за то, что согласился заключить ее, хотя у него и не было иного выбора. Как и у меня, − Лаэриэнь невесело улыбнулся. − Но кое-что, единственный подарок, он все же передал тебе.
С этими словами, мужчина поднял руку и, дотронувшись до моей шеи, осторожным движением вытянул цепочку, которая скрывалась за высоким вырезом моей сорочки. Еще мгновение, и на его ладони блеснула подвеска в форме перевернутого веера.
− Это не просто кулон, − произнес Лаэриэнь, переводя взгляд с украшения на меня. − Это одно из звеньев брачного браслета, который я приготовил для тебя. Обстоятельства не позволяли мне надеть его на твою руку, и я счел, что пусть хотя бы так, но на тебе все же будет знак принадлежности мне. Твой дядя понял, что это не простой подарок, и не осмелился скрывать его, все же передав тебе.
− Так ты никогда не собирался расторгать помолвку? − я задохнулась от возмущения. − А как же твои слова о выборе, который ты мне предоставляешь?
− Я действительно не могу разорвать помолвку, Аниэль, − тяжело вздохнул Лаэриэнь. − Я дал клятву на крови, и потому не могу переступить ее. Но ты, в отличие от меня, ничего не обещала. И именно это я имел в виду, когда говорил, что ты можешь стать свободной от меня. Я не смогу сделать своей женой никого, кроме тебя. Но ты все еще можешь отвергнуть меня, составив счастье кому-то другому.
Я смотрела на мужчину, в объятиях которого сейчас находилась, и не могла поверить тому, что он говорит, настолько это было несправедливо. Он был готов пожертвовать своим счастьем и даже жизнью, отпустив меня, только чтобы
