а как демонстрацию своих «ценных» качеств или познаний.
В этом случае мы, возможно, произведем авторитетное впечатление. Да, нас выслушают, но дружить вряд ли захотят. «Где уж нам», – подумают.
Не менее успешно можно остаться одному и «опускаясь вниз», занижая себя, демонстрируя скромность, малую значимость. «Человек-невидимка» – это, пожалуй, самый эффективный защитный стиль из всех, которые гарантируют полное одиночество. По сути, человек сам себя делает незаметным для окружающих. Он:
• избегает одеваться модно (если это девушка, то обычно не пользуется косметикой);
• говорит тихо, слова произносит неразборчиво из-за боязни сказать что-нибудь не то;
• находясь в гостях, обычно садится в самый укромный уголок, прячась за книгу или газету;
• не переносит нахождения в центре внимания, даже если это день его рождения;
• маловыразителен в движениях. На танцах или дискотеках будет сидеть и смотреть, как танцуют другие.
Побывав очередной раз в компании, «невидимка» уйдет домой по-прежнему один, так ни с кем не познакомившись.
Но и слишком выделяющиеся люди тоже нередко одиноки. Это как у бабочек – броские и яркие цвета служат своеобразной защитой. И неслучайно. Сколько же нужно смелости, чтобы подойти к модно одетой незнакомой красавице! Трезвым и скромным это явно не по плечу.
Стиль общения можно сравнить с призмой, через которую просвечивают наши чувства, наше состояние. Несовершенная призма искривляет и затемняет внутренний образ. Подлинной близости противопоказаны любые искажения душевных лучей. Для этого, наверное, стоит постараться убрать в себе все, что мешает прямому и искреннему нашему свету. Сколько их, несостоявшихся дружб, только из-за того, что люди прятали от другого свою доброжелательность, прикрываясь грубостью, напускным весельем, деланным равнодушием! Только осознав личный вклад в построение своей стены одиночества, можно начать изменять свою жизнь. Рискуя проявлять себя подлинным, возникает шанс, что нас увидит тот, кому мы интересны именно такие.
Борьба с собой
Когда-то одним из моих каждодневных занятий была… борьба с собой. Я старательно пытался переделать себя, свой характер. Стать другим, каким-нибудь героическим. За основу брались образ из кинофильма или ценные для меня качества знакомых. Я строил планы изменения себя, составлял прогнозы, каким я буду через год, два, три. Иногда казалось, что я уже совсем иной. Но рано или поздно я вновь возвращался в исходное состояние, только переживалось оно еще ужаснее. В общем, я не любил себя. У писателя Леонида Бежина есть рассказ, который произвел на меня сильное впечатление. Называется он «Мастер дизайна»[14].
Его главный герой Юра под руководством своего нового знакомого, специалиста по общению (или, как тот себя называл, «мастера дизайна»), за короткий срок стал неузнаваемым: «Не было больше стеснительного мальчика, бесконечно зависимого от чужих мнений и всякую минуту готового себя презирать. Был артист дизайна, галантный, остроумный, изящный».
Но лучше жить от этого Юре не стало: «Однажды он изумился, встретив давнего знакомого, начавшего недавно заниматься культуризмом. Был щуплый, хилый мальчик, и вот перед Юрой возвышалась гора мускулатуры. То же самое теперь случилось с ним, только его преобразил душевный культуризм». В конце рассказа герою жаль утраченной застенчивости. Оказалось, он утратил гораздо больше, чем приобрел.
Возможно, причину защитных барьеров от любви можно увидеть, прежде всего, в отношении к самому себе. Если я сам себе не нравлюсь, то, кажется, другим и подавно. Поэтому окружающим я себя полностью не показываю, предъявляя им более приятный, более совершенный образ. Зачем другому человеку мои проблемы? Еще засмеют! Лучше спрятать их подальше.
Моя закрытость и есть выражение того, что я не уважаю себя, не ценю своей уникальности и неповторимости! Чем больше я себе не нравлюсь, тем сильнее я прячу себя при общении. Кроме того, «закрытый» человек не уважает других, поскольку не верит, что они способны воспринять его неповторимость. Отношение к другим всегда бывает с таким же знаком, как и отношение к себе.
Обычно легко и быстро возникают хорошие отношения у людей с противоположными характерами. А с одинаковыми? Посудите сами – зачем веселому человеку весельчак? Они очень скоро утомят друг друга. Также трудно представить себе компанию, состоящую, например, из одних меланхоликов.
Из-за того, что мы не «подаем» себя другим открыто, считая реальные качества не заслуживающими внимания, и начинается невообразимая путаница. Я, считая себя грустным человеком, стараюсь выглядеть веселым и задорным. Какие люди ко мне потянутся? Грустные. Но мне нужны веселые! Так рядом с нами оказываются люди, с которыми нам тяжело. А нас отталкивают те, к которым мы стремимся. И вот грустная ирония судьбы – «чужих людей соединенность и разобщенность близких душ». Чтобы не заниматься «душевным культуризмом», желательно стараться быть собой.
Один пример. В практике актеров есть специальные занятия по сценической речи. На любопытную деталь указал мне как-то преподаватель этого предмета. Оказывается, у каждого человека есть как бы два голоса. Один тот, к которому он привык, тот, которым он обычно говорит. Оказывается, на самом деле он неестественный. Если таким голосом говорить долго и громко, это приводит к болезни. В то же время у каждого есть настоящий, подлинный голос, совсем не похожий на первый.
Главная трудность занятий даже не в том, чтобы показать человеку, как он должен говорить, а в том, чтобы этот человек разрешил себе так разговаривать. «Ужасная речь, я никогда таким голосом говорить не смогу», – так передают свои переживания учащиеся. Хотя со стороны же, когда человек говорит это новым для себя голосом, он слушается гораздо лучше и понятнее. Это и есть его настоящий, естественный голос. Им можно говорить легко, громко и долго. И по-настоящему развить, сделать сильным можно только его. Так и в жизни. Только найдя и приняв себя, можно думать о том, как стать другим. Без этого все попытки самоизменения – только бегство от самого себя.
Почему любят плохих
Установка, что любовь – награда за хорошее поведение, встречается довольно часто. Корни ее, как мы выяснили, лежат в детстве, когда взрослые ждали, что мы будем хорошими детьми, подкрепляя послушание любовью и пугая участью других детей, которые пострадали из-за непослушания. Поэтому люди, имеющие установку условной любви, стараются при первых встречах показать себя с хорошей стороны. Но почему-то большой любви это не вызывает.
Вспоминаю одну девушку, которая рассказывала про свое одиночество. В конце концов она выдала фразу: «Я такая хорошая, а меня никто не любит!» Я обратил внимание на ее слова и предложил рассмотреть на уровне фантазии две ситуации: «Представьте, что несколько мужчин решили хорошо провести время. Сидят и думают, в какую женскую компанию пойти. Таких компаний две: в одной собираются хорошие девушки, в другой – плохие. Как вы думаете, в какую компанию пойдут мужчины – к “хорошим” или к “плохим” девушкам?» Она немного подумала, улыбнулась и ответила: «Наверное, к плохим». – «А почему?» – «С плохими интереснее». Действительно, с хорошими чем можно заниматься? В шахматы играть?
Несмотря на внедренную нам установку, что любят «хороших», жизненная практика показывает, что в «плохих» влюбляются гораздо чаще. Существует немало примеров, когда любят хулиганов, преступников и других возмутителей общественного спокойствия. Это связано с тем, что поведение «плохого» лучше обнажает истинную сущность человека, маска «хорошего» эмоционально никого
