большим человеком, Уильям, – как-то сказал ему Филд. – Все реже навещаешь нас, видимо считая нашу дружбу более тебя недостойной.
– Не говори так, Ричард, – Уильям видел, что его друг обижен. – Ты много помогал мне в первые годы моей жизни в Лондоне. Ты был первым, к кому я пришел в тот день, когда попал в столицу. И я всегда буду благодарен тебе. Но в жизни порой происходят перемены, независимо от наших желаний. После смерти сына мне часто хочется побыть одному. Да и разлука с Элизабет заставляет искать занятия, которые бы меня отвлекли от мыслей о ней.
– Ты не можешь забыть ее? – спросил Ричард участливо. – Но ты не мог не знать, что она предпочтет графа актеру. Ты поэтому хлопочешь о присвоении тебе дворянского звания? Чтобы как-то уравняться с Саутгемптоном?
– Конечно, я понимал, что она бросит меня, – Уильям кивнул. – Но когда это случилось, все равно оказался не готов ее потерять навсегда. А что касается дворянства, отец постоянно говорил об этом и пытался сам выхлопотать его. Даже герб нарисовал, – Уильям улыбнулся. – Я решил, что пришла пора ему стать дворянином…
По дороге домой Уильям думал о своем разговоре с другом. Действительно, он многого добился. Приехав в Лондон никому неизвестным молодым человеком, не имевшим толком никакого образования, кроме Стрэтфордской школы, он стал довольно-таки богатым актером и драматургом, да еще дворянином. Но Уильям не чувствовал себя счастливым. Он медленно брел вдоль Темзы, не зная, зачем продолжает жить дальше. У него не осталось цели, не осталось желаний. Даже искусство не привлекало его так, как раньше. Уильям понимал, что без проблем напишет еще несколько пьес, сыграет на сцене. Может быть, даже королева вспомнит о своей просьбе и вновь вызовет его к себе. Все это не заставляло биться сильнее сердце, не опьяняло и не кружило голову. В тридцать пять лет Уильям был уверен: лучшее осталось позади…
***
В последнее время Эссексу не везло. Единственной военной победой было взятие Кадикса, когда, ограбив богатый испанский порт, он возвратился в Англию с почестями. Следовало вернуть себе расположение королевы. Свадьба кузины с Саутгемптоном этому помочь никак не могла. Елизавета, которая и так постоянно подозревала Эссекса в изменах и интригах, стала еще меньше к нему расположена. Роберт безуспешно пытался заменить ей Дадли. Королева то отдаляла, то приближала его к себе, но никогда полностью не доверяла.
– Красивым ходом было бы раскрытие заговора, – делился Эссекс со своим другом графом Саутгемптоном, недавно выпущенным из тюрьмы. – Вокруг королевы снуют шпионы испанского и французского королей. Разоблачить кого-то из них и отправить на виселицу – неплохой ход.
Генри задумался:
– Шпионов полно, но не так просто поймать их с поличным. Нужны доказательства измены или заговора против королевы. Ты помнишь слухи о таинственной шкатулке королевы?
– Да, любимая тема французов – королева грешна и вовсе не девственница. Порочащие ее документы находятся в той самой шкатулке. Интересно, что они там хотят обнаружить? – Эссекс пожал плечами.
– Эта тема становится все более интересной, потому что Елизавета стоит одной ногой в могиле…
– Каждому бы из нас так стоять одной ногой в могиле, – перебил его граф. – Королева здорова и переживет многих из своих врагов!
– Тем не менее, ей уже шестьдесят шесть! Кто займет престол после ее смерти? Французов и испанцев очень волнует этот вопрос. Они были бы рады и сейчас выдать ее замуж, – Генри начал горячиться. – В таком случае муж Елизаветы стал бы королем Англии.
– А учитывая ее любовь к молодым фаворитам, – откашлялся Эссекс, – почему бы на это место не претендовать кому-то из нас?
– Потому что мы женаты, – напомнил Генри. – Мы вычеркнуты из списка. Я не про женитьбу на королеве.
– А про что? – Эссекс задумчиво посмотрел на Саутгемптона.
– Про заговор, – Генри терпеливо напомнил тему разговора. – Королеву хотят скомпрометировать. Но кроме этого существует еще одна возможность избавиться от престарелой королевы.
– Ускорить ее смерть? – догадался Эссекс.
– Конечно! – кивнул Генри. – Куда приведет развернувшаяся борьба за трон неизвестно. Важно убрать Елизавету с пути. Она и так слишком долго занимает трон. Не в пример французским королям, умирающим один за другим. Кто от яда, кто от странных болезней, – он расхохотался. – Французам не везет.
– Верно, – улыбнулся в ответ граф, – значит, нужно найти тех, кто хочет убрать королеву?
– Да, например, отравить ее. Почему бы нет?
– Кто легко может это сделать? – начал размышлять Эссекс. – Только близкие к ней люди. И те, кому она доверяет.
– Врач? – предположил Генри. – Португалец, чьи советы она так любит слушать.
– Точно. Плохо только, что он португалец, а не испанец или француз. Так было бы гораздо проще доказать его причастность к заговору.
– Значит, будем искать шпиона, который подкупает врача, – сделал вывод Саутгемптон.
Эссекс постарался вспомнить про лекаря королевы все, что мог. Во-первых, он был португальцем, во-вторых, евреем. Пожилой человек невысокого роста, постоянно крутившийся вокруг Елизаветы. С кем у него могут быть связи?
– Скорее, португалец должен быть связан с испанцами, – сделал казавшийся ему логичным вывод Эссекс, основываясь на территориальной близости Португалии и Испании.
– Кстати, – заговорил снова Генри, – в Тауэр недавно попал по подозрению в шпионаже некий Тиноко, испанец.
– В чем его обвиняют? – заинтересовался Эссекс.
– Вел себя крайне подозрительно. Расспрашивал, вынюхивал. Умудрился лично прийти к советнику королевы, чтобы узнать подробности о военных приготовлениях Англии. Его посадили в тюрьму, но пока им никто не занимался.
– А если я лично попробую вытрясти из него нужные нам сведения? – Эссекс провел рукой по бороде. – Задам те вопросы, на которые нам необходимо получить определенные ответы? Есть средства, которые могут заставить человека говорить.
Через два дня граф лично взял врача королевы под стражу.
– Ваше Величество, мной раскрыт заговор. Под угрозой была ваша жизнь, – доложил он Елизавете.
– Да что вы, граф?! – Елизавета нахмурилась – И кто же угрожал моей жизни?
– Ваш личный врач. Он арестован.
– Вы уверены? – королева высказывала свое недовольство все больше. – Я не сомневаюсь в этом человеке.
– Пойманный испанский шпион Тиноко рассказал всю правду, – Эссекс подошел к королеве ближе и практически шептал ей на ухо. – Буквально вчера в Тауэре мы услышали правду. Ваш личный врач был нанят испанцами, чтобы отравить вас.
– Я хочу лично поговорить с ним, – Елизавета встала, – приведите его ко мне.
«Странно, – королева, сощурившись, внимательно посмотрела близорукими глазами на графа, – не нравится мне эта прыть. Эссекс явно ведет какую-то игру».
Вскоре в комнату, где находилась Елизавета, привели пожилого врача. На нем была разорванная одежда, он сильно хромал, а на лице явно виднелись
