Резко развернувшись, она зашагала прочь, Алан побежал за ней. Арес и Доминика остались на площадке. Некоторое время они молчали, а потом Арес наконец заговорил.
— Ты… прости ее, — сказал он примирительно, — она… для неё это слишком неожиданно.
— Как она вообще попала в отряд? — ехидно поинтересовалась Доми, — ее контроль эмоций просто на нуле.
— Это ты о чем?
— Она не глупая девушка. Я смотрела ее личное дело, наблюдала за алгоритмами ее работы. Как и за всеми вами. Алан обладает поразительными лидерскими качествами, его боевые навыки на высшем уровне, как и твои, собственно. Твои сила и выносливость исключительны. Элиот прекрасный стратег и разведчик, а Анжелиза удивляет своими навыками убийцы. Из вас всех, Айна является единственной, чьи навыки я бы отметила как посредственные. Но тем не менее, она способна в мгновение поднять боевой дух, успокоить, привести эмоциональное состояние бойцов своей группы в норму. Это самый выдающийся ее навык. Но он полностью отключается, когда дело касается Алана Нортона, делая ее совершенно бесполезным членом группы.
— Ну, — Арес почесал затылок, — понимаешь, она просто… Айна, она…
— Арес, я взрослая девочка, знаю слово «ревность», — закатила глаза Доминика, — это очевидно. Точно так же очевидно, как и то, что ни я, ни Нортон не заинтересованы в отношениях. Тем более — друг с другом.
Арес поднял бровь и посмотрел на девушку полным скепсиса взглядом.
— В общем, вместо того, чтоб бесится и вести себя как истеричка, ей бы пора уже взять себя в руки и признаться ему. Либо уже угомонится. Ей не 15.
— Да, в этом ты права…
— Это и тебя касается, — девушка произнесла это, глядя в сторону.
— Всему своё время, — усмехнулся Арес, — всему своё…
Глава 17
Вынужденные меры
Отец и старший брат Ареса Форда были военными, отказавшимися выполнять приказ командира. Из-за этого оба попали под трибунал и были сосланы в тюрьму Альтер-мира, на континент Гранжхорн. Из-за этого мать понизили в должности, а на самого Ареса упало клеймо сына преступника. В школе его все сторонились, но были и те, кто пытался его откровенно задирать. Арес уже в детстве понимал, что, если оступится кто-то из его одноклассников, ему это спустят. Но если оступиться он, все только и будут говорить о том, что этого стоило ожидать, какой отец, какой брат… Арес понимал, что это только добавит проблем его маме, которая не покладая рук работала ради того, чтоб оплачивать элитную школу, стипендии в которой он лишился сразу же после ареста отца и брата. Поэтому, все провокации он пропускал мимо ушей, старался игнорировать или же просто молча терпеть.
На девятом году обучения его впервые попытались избить. Уже к тому времени Арес был достаточно высоким, его черты лица изменились раньше остальных подростков, он стал более мужественным и вызывал неподдельный интерес у противоположного пола, даже вопреки всеобщей немой травле. Девушка и стала причиной первого избиения. Дальше причины находились почти каждую неделю, все новые и новые нелепые причины. Преподаватели знали об этом, но предпочитали закрывать на это глаза. Арес никогда не давал сдачи, никогда не отвечал. Ведь это могло навредить репутации его семьи еще больше. А потом в его класс перевели Алана. Юному Нортону было абсолютно до лампочки, у кого там какие родители. Он был наглым, нахальным, вызывающим и совершенно не нравился Аресу. Но однажды, увидев, как Ареса подкараулили после школы пару одноклассников, Алан вступился за него. Впервые за него кто-то вступился!
— Слушай, — спросил он, промывая ссадины на кулаках после того, как обидчики отступили, — почему ты не защищаешься? Ты ведь вдвое сильнее!
— Их всегда больше, — пробормотал Арес.
— Да ты сам больше каждого из них. Тебе бы хватило одного удара и!..
— И мою мать вовсе уволили бы! — вспылил Арес, — не поверю, что ты не в курсе кто я и почему это происходит именно со мной!
Алан осекся.
— Спасибо, конечно, — Арес старался не пересекаться с ним взглядом, — но ты зря вписался. Через пару дней это опять повторится. Не трать свое время, да и кулаки побереги. Как бы за тебя ни принялись.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он уже собрался было уходить, но тут ему в голову прилетел мокрый скомканный платок, который он дал Алану, чтоб тот утер кулаки. Арес резко развернулся и одним движением сгреб Алана за шиворот.
— Та какого черта?! — рявкнул он.
— Что?! На меня орать значит можешь?! — Алан сжал его запястье.
— Думаешь, мне это нравится?! Нравится изо дня в день терпеть это?! Эти косые взгляды, этот шепот за спиной! Я молчу! Я терплю! Потому что моя мать старается изо всех сил, чтобы я продолжал учиться в этой школе! Учеба здесь не навсегда! Мне нужно продержаться всего лишь до конца учебы, и я больше никогда не увижу всех этих уродов! НЕ СВОДИ НА НЕТ МОИ СТАРАНИЯ! — Арес оттолкнул его от себя, — хочешь побыть героем?! Пожалуйста! Я тебе благодарен за героическое спасение меня! А теперь, оставь меня в покое!
Арес развернулся, но на этот раз за плечо его ухватил Алан.
— Если ты не можешь ударить, я сделаю это за тебя, — тихо, почти шепотом сказал он.
Арес обернулся и непонимающе уставился на него.
— Что? — усмехнулся Алан, — мне-то ничего не будет.
На мгновение у Форда перехватило дыхание. Он не верил в услышанное, но глаза Алана пылали решимостью, он не шутил, не издевался. Парень говорил искренне. Арес хотел что-то возразить, но смог только глупо рассмеяться. Теперь уже Алан смотрел на него с недоумением.
— Я вот не пойму, ты и правда или дурак, или герой? — сквозь смех спросил он.
— Я друг, — пожал плечами Алан, — так сойдет?
— Да, — немного успокоившись, ответил Арес, — друга у меня еще не было.
Позже в их компании появилась Айна, подруга детства Алана. Вместе они окончили школу, потом военную академию, прошли подготовку и поступили на службу в отряды чистильщиков. Они столько прошли вместе, что Арес не представлял себе жизнь без этих двоих. И сейчас, когда их компания оказалась на грани раскола, ему было максимально не комфортно.
Наматывая уже двенадцатый круг по парку, Арес все думал, как исправить сложившуюся ситуация. Разумом он понимал, что должен присоединиться к Тейку, последовав за Доминикой и Аланом. Но сердце все еще не приняло тот факт, что в этом случае ему придется попрощаться с Айной. И даже когда все это закончится, их отношения уже никогда не станут такими, как прежде. Он так же понимал, что несмотря на всё недоверие Айны, Доминика была той, кто больше всех рисковал в этом деле. Её статус дочери генерала, членство её матери в парламенте, даже работа её дяди, нынешнего генерала. Все было под угрозой из-за того, что она приняла сторону гуманистов в этом противостоянии и присоединилась к Тейку. Он считал Доминику сильной, уверенной и храброй девушкой. И даже слова Айны не могли переубедить его в обратном. Да и Алан никогда не был идиотом. Он всегда был тем лидером, за которым все шли. И у Ареса не было ни малейших причин ему не доверять. И в этом всем, он надеялся лишь на то, что Алану удастся переубедить упрямую Гесту.
Полностью погрузившись в свои раздумья, Арес не заметил Лоуренса и Эрику, которые прогуливались в компании двух служанок. Эрике пришлось его окликнуть, чтоб он хоть как-то обратил на неё внимание.
— Добрый день, — поздоровался Арес, — прогуливаетесь?
— Да, — весело откликнулась Эрика, — папа забрал меня на выходные!
— Оу… — Арес вопросительно взглянул на Лоуренса и по его взгляду понял, что сейчас лучше лишних вопросов не задавать, — вот как. Как дела, маленькая принцесса? Все ли у вас хорошо?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Конечно! Теперь я принцесса эльфов! Могу бегать и прыгать! — восторженно принялась рассказывать Эрика.
Арес слушал её и понимал, что девочка говорит о погружении в Альтер-мир. И чем эмоциональней становился её рассказ, тем печальней становился взгляд Лоуренса.
— Но, я не смогу всегда быть принцессой эльфов, — неожиданно сказала Эрика, — рано или поздно, мне придется покинуть свой замок! Я вернусь к папе. Тогда я уже буду достаточно взрослая, чтобы выйти замуж за Ареса, вот!
