Читаем без скачивания Лунная магия. Книга первая: Луна трех колец. Изгнанники звезд - Андрэ Нортон

— Добро пожаловать, сестра, — его голос был сегодня усталым и тонким, как звуки флейты.

Я наклонила голову над своим жезлом. Мало кому ещё Тэсса выражают такое же полное почтение, как своим Старейшим, но Оркамур заслужил признательность всего Йиктора. Я сделала три знака жезлом.

— Старейший брат, мир и благо тебе!

— Мир и благо тебе, — на этот раз голос его прозвучал глубже, сильнее, он как бы победил усталость волей. — Однако между нами не нужны успокаивающие слова, сестра. Я не могу сказать тебе, что всё идёт хорошо.

— Я знаю, потому что проезжала через Йим-Син.

— Надо ли было там появляться, сестра? Ты ничего не сможешь сделать, а иной раз, когда смотришь на обломки крушения, все прошлые печали охватывают сердце. Лучше вспоминать живых в расцвете сил, чем на закате зрелости.

Мои руки сжались на жезле, и я знала, что Оркамур видит это, но рядом с ним я не стала остерегаться — в своё время он видывал и худшие случаи потери самообладания.

— Я пришла по другому делу, — решительно перевела я разговор в нужное русло. — Это…

Я быстро рассказана Оркамуру об инопланетнике. Это можно было сделать, потому что Оркамур был тем, кто он есть, и он не нашёл бы в моих действиях ничего такого, что уронило бы меня в его глазах. Жрецы Умфры и Тэсса ближе друг к другу, чем мы — к жителям равнин.

Когда я закончила, он посмотрел на меня без большого удивления и сказал:

— Путь Тэсса — не путь человеческого рода.

— Я и сама знаю это, — вырвалось у меня. Всё, что я вытерпела, пока ехала от Йим-Сина, сказалось в этом резком ответе. Я тут же начала просить прощения, но он отмахнулся.

— Ты должна была подумать о цене, прежде чем это делать, сестра. Ваши нелегко смотрят на такое, разве цена инопланетника выше твоей?

— Это был долг.

— …за который он не должен был требовать оплаты, знай он все последствия. А теперь я должен сказать: люди Осколда ничего не приносили.

— Может быть, — поначалу я даже не очень огорчилась, — они сначала вернулись к Осколду за решением? Хотя фургон идёт медленно, мы ехали коротким путём.

— А что, если его не привезут, сестра?

Я взглянула на жезл, который вертела в руке.

— Они же не могут.

— Ты надеешься, что они не могут, — поправил он меня.

— Из всего, что ты рассказала, ясно: Озокан попрал закон ярмарки, захватив человека, и впутал своего отца, когда запер пленника в пограничный форт. За инопланетником охотились люди, носящие цвета Осколда, чтобы убить его в твоём лагере. Возможно, они собирались спрятать тело — пусть потом враги доказывают преступление. Что бы ты Думала на месте Озокана?

— Если бы я жила с мозгом жителя равнин — то подумала бы, что тот, кто был…

— Кто был под плащом Умфры? — Оркамуру не надо было читать в моём мозгу, чтобы продолжить эту мысль, — если человек нарушил один закон, ему легче нарушить и другой.

— На ярмарке они нарушают человеческие законы — но осмелятся ли они нарушить закон Умфры?

— Ты рассуждаешь как Тэсса, — сказал он уже более мягко, как говорят с чужими. — У вас немного Уставных слов, и ваши смертные правила так надёжны, что редко оказываются под угрозой. Только, сестра, как насчёт твоих собственных действий под Луной Трёх Колец?

— Да, я нарушила закон и отвечу за это. Возможно, основания для подобного действия перевесят само действие. Ты знаешь суд моего народа…

— Однако ты нарушила закон с открытыми глазами и не из страха за себя. Страх — великий бич, которым силы страха мучают людей. Если страх очень велик, ему не могут противостоять ни человеческие, ни божеские законы. Я кое-что слышал об Осколде. Он сильный, но грубый человек. У него один наследник — Озокан, и это погибель для юноши, потому что отец слишком его балует. Как ты думаешь, Осколд спокойно примет объявление его сына вне закона?

— Но как он надеется скрыть…

— Люди могут сказать о том, что они знают, но ведь нужно и доказать сказанное. Полным доказательством злого дела Озокана является тело инопланетника.

— Нет!

Конечно, я должна была бы об этом подумать, какая я была слепая!

— Сестра, чего ты хочешь на самом деле? — он снова коснулся моего мозга и увидел то, чего я не желала ясно видеть сама.

— Я клянусь… дыханием Моластера, клянусь, я не… — я оборвала бормотание и снова овладела собой.

Оркамур спокойно смотрел на меня, и правда, или то, что теперь было правдой, стала ясной для нас обоих.

— И ты думала, сестра, что такое может случиться? Говорю тебе: не тело делает человека, а то, что живёт в нём. Нельзя заполнить пустой каркас и ожидать, что в нём оживёт прошлое, и всё будет, как раньше. Многое могут сделать Тэсса, но вернуть жизнь умершему и они не в состоянии.

— Я не думала об этом и отрицала саму мысль об этом, ранее скрытую, а теперь так ясно видимую в моём мозгу. Я же спасала жизнь инопланетнику — иначе они бы безжалостно убили его.

— И что он выбрал, когда ты ему разъяснила?

— Жизнь — в последнем вопросе большей частью цепляются за жизнь.

— И ты теперь хочешь предложить ему новую жизнь в новых условиях?

— Я могла бы, это не трудно. Крип Борланд был просто убит, когда осознал себя Джортом. Станет ли он колебаться, когда получит возможность снова обрести человеческую оболочку, если будет доказано, что его собственное тело нельзя больше вернуть? Нельзя вернуть… — я вся сжалась против искушения. — Я не сделаю такого предложения, пока не буду уверена, что всё пропало.

— Но сейчас ты скажешь ему об этом?

— Скажу только, что его тело ещё не прибыло в Долину, это ведь правда?

— Мы всегда должны полагаться на милосердие Умфры. Я отправлю посланца на западную дорогу. Если они в пути, мы будем готовы, если нет — могут прибыть какие-то известия.

— Спасибо, Старейший брат. Можно мне…

— Хочешь ли ты этого на самом деле, сестра? — доброта и великое сострадание снова согрели его голос.

Какое-то время я не могла решиться. Возможно, Оркамур был прав — мне не следует смотреть на того, один вид которого терзает сердце. Я откажусь пройти эти несколько Шагов до внутренней комнаты, до неё так же далеко, как До звёзд, которые знал Крип Борланд. Крип Борланд, если бы я знала, смогу ли выдержать собственное решение, смогу ли отогнать желание?

— Сейчас сказать не могу, — прошептала я.

Оркамур поднял руку для благословения.

— Ты права, сестра. Может быть, Умфра вооружит тебя своей силой. Я пошлю гонца, спи спокойно.

Спи спокойно — хорошее пожелание! Но не для меня, подумала я, возвращаясь к фургону. Инопланетник ждёт известий. Часть правды — это всё, что я могу ему предложить. Возможно, остальное было не правдой, а только предположением, может быть, посланец Оркамура встретит отряд, который мы искали, и всё сложится правильно, по крайней мере, для Крипа Борланда. В этом мире многое правильно для одних и неправильно для других. Я должна отогнать эти мысли.