способностями фамильяра усиливать запахи и надеяться на любопытство горожан и сарафанное радио. Посетителей потихоньку становилось больше. Но вывески и витрины позволят этому потоку просто хлынуть в мои двери!
С такими мыслями я усердно занималась садом. Он уже выглядел потрясающе. Я убрала сорняки, собрала сухие ветки и листья, оставшиеся с прошлого года. Освежила каменные дорожки.
Цветы после прополки и колдовства господина Мяу распустили бутоны и вовсю благоухали. Я с удовольствием вдохнула аромат мелких диких роз и бегоний. Ягоды клубники и малины стали сочнее, деревья пестрели крупными плодами. Радовала глаз густая зелень: мята, базилик.
Садом я занималась по утрам, пока запекались круассаны, булочки и пироги. Почувствовав запах свежей выпечки возвращалась в домик. А чтобы пропекалось лучше, мы с господином Мяу улучшили конструкцию камина, превратив его в печь с парообдувом.
Фамильяр, заслышав такую просьбу, сначала задумчиво почесал лапкой за ухом. Потом походил, виляя хвостом и присматриваясь к камину. Наконец, изрек:
— Затейница ты, хозяйка. Ну давай попробуем.
Пробовали мы несколько раз. Отдыхали и снова пробовали. Сначала конструкция никак не получалась. К тому же, я не знала, как устроена настоящая такая печь. Да и кот не мог придумать то, что не существует. В конце концов мы приколдовали к камину дополнительную трубу. Замкнутую на себя. Она полукругом огибала очаг, позволяя горячему ветру свободно гулять внутри. Чтобы включить, я нажимала на камень внутри.
Теперь тесто пропекалось гораздо лучше, а пироги получались воздушнее.
Конечно, без магии, подобная штука нам бы не удалась.
После удачной задумки, я решила попросить господина Мяу сделать витрины для тортов. Вполне обычные для моего мира: деревянный стеллаж закрытый стеклом. Такой в самом обычном магазине увидеть можно.
Подробно описала задумку, но фамильяр только головой покачал:
— Нет, не понимаю. Точнее, понимаю, но сделать не смогу. Нужна какая-то основа. Починить, залатать готове, добавить деталь — я тебе помогу. Но вот так, с ноля. Нет.
Глава 38
— Тогда придется витрины заказывать у плотника, — вздохнула я, прикидывая, сколько осталось денег.
— По магазинам? Зайдем, мяса купим? — облизнулся фамильяр.
— Конечно, — я погладила мягкую шерстку кота.
И мы отправились за покупками.
Но времени на такие прогулки становилось все меньше и меньше. Часть готовых круассанов и пирогов я успела продать, заработав на сегодняшние покупки. Но часть пришлось оставить до вечера. Потому что или работа или магазины.
Я начала задумываться о помощнице. Но кого взять на эту работу? Платить много я пока не могла, но и кого попало брать не хотелось.
Решив посоветоваться с Бернадет, может, у нее есть кто из знакомых на примете, я погрузилась в поиски чего-то похожего на витрины.
Но как и в прошлые разы, в какую бы лавку мы с фамильяром не заглянули, везде нас встречали откидные прилавки. Горожане уже привыкли к тому, что я повсюду разгуливаю с рыжим котом. И не удивлялись. Мясник даже припас для господина Мяу пару кусочков-обрезков. Чем заслужил безраздельную любовь и благородное урчание рыжего разбойника.
Заглянули мы и к кузнецу. В прошлый раз я попросила его изготовить и купила венчик — его господин Мяу тоже не смог сделать. Но в этот раз искала старое ситечко для муки и шумовку. Испорченные стоили дешевле, а фамильяр вполне мог их починить.
В кузнице было жарко. Оглушающе звенел металл от ударов по наковальне. Ярко-оранжево светились кончики изделий в руках подмастерьев.
— Что это будет? — с придыханием спросила я у мастера. — Мечи? Копья?
— Да они кочергу делают, — хмыкнул дородный мужчина с бородой. — И шумовки. Кто ж им мечи доверит? Так что хотела, хозяйка?
Я объяснила про сломанные кухонные инструменты. Кузнец подивился, но принес, что требуется:
— Да так бери, что мне с ними делать, — улыбнулся он, отказываясь от денег.
Я искренне поблагодарила мужчину.
Наконец, мы с господином Мяу дошли до плотника. И тут я узнала тайну отсутствия у местных витрин.
— Традиция, — пожал плечами молодой симпатичный парень.
Кроме меня к нему как раз заглянул хозяин бакалейной лавки. Он и подсказал:
— Покупатели должны запахи чуять. Без запахов не проголодаются и покупать не захотят. За стеклом что учуешь? Ничего. То то же. Да и стекло дорого стоит, — пожаловался он.
— Ага, — согласился плотник. — цена на такие витрины сразу цену на изделие увеличит. — Стекольщик знаешь у нас какой. Ого-го берет.
— А никто не хочет цену слишком высокую ставить.
— Да? — растерялась я.
В моем мире цены все время поднимали. Покупатели жаловались, но деваться некуда было. Приятно, что здесь не так.
— Потому как все друг друга знают и обдирать не хотят, — пояснил плотник.
А заглянувший как раз молочник добавил:
— Как же я втридорога сапожнику крынку масла продам. А он потом мне сапоги втридорога делать будет? Э, нет!
Да, слишком высокая цена — это проблема. Но и отказываться от витрин я не могла — уличная пыль и мухи не давали мне покоя. Нужно было что-то придумать.
Погруженная в эти мысли я отправилась домой. Городская сутолока, смешение ароматов: свежая выпечка у булочника, кожа от сапожной мастерской, пряности из магазинчика пряностей — стали привычными. Уличная пыль, гомон и шум болтовни горожан, жар полуденного солнца, иногда разбавляемый долетавшим морским ветром — все это больше не мешало. И я почти не замечая этого спешила к дому.
Пока не остановилась как вкопанная.
Что-то было не так.
Что-то на привычных городских улочках было лишнее.
Я оглянулась. Поискала. И тут столкнулась взглядом с… Эстер!
Сестра Анабель сидела за столиком одной из небольших городских кофеен. И мрачно смотрела на меня.
Как только я заметила девушку, та резко встала. Я не успела подойти, как она резво выскочила из заведения и свернула за угол, исчезая в лабиринте улиц.
Глава 39
— Эстер нас прокляла, — мрачно заявил господин Мяу, глядя на сад.
Я горестно обозревала окрестности. Цветы, которые я любовно пропалывала, а фамильяр заколдовал — завяли. Плоды, уже намеченные в пироги, — сгнили. Они прямо так и висели на ветках, с коричневыми мятыми бочками. А вокруг роились мухи.
— Тьфу, ну и сестра у тебя, конечно, — буркнул господин Мяу.
— Что делать будем? — поинтересовалась я. — Восстановить сможешь?
— Нет, конечно, — завилял хвостом фамильяр, — это же проклятие.
Самым логичным было бы обрезать испорченные цветы и фрукты и растить сад заново. Смириться, сдаться и… и этого мне не хотелось.
К тому же мы тут и сами в магии разбираемся, так что…
Кот сказал то, о чем
