— зарычал Каин на самой границе слышимости. — Вспомни Ксенечку, подружку мою…
Кажется, он говорил что-то ещё, но Лена перестала слушать. Имя возродило в памяти ненавистный образ, который мгновенно наполнил девушку жидким пламенем.
— Сука! — вместе с этим словом она выплеснула из себя волну ярости, которая врезалась в чёрного человека с силой тарана.
Монстра отбросило на стену, он взревел, источая неестественное свечение. Его силуэт смазался, а сзади по стене провала разбежались кроваво-красные трещины, напоминавшие рваные раны. Из трещин взметнулись пульсирующие жгуты, которые тут же оплели вопящее существо и утянули прочь, в ничто.
— А теперь узоры, — голос Каина вернулся. — Сейчас же вспомни узоры.
— Я… их… помню, — выдохнула Лена. Мир вокруг раздробился, превращаясь в то, чего она не знала, но о чём всегда помнила.
Девушка открыла глаза. Пальто под ней дымилось, а вокруг в радиусе трёх метров весь снег испарился. Каин по-прежнему сидел напротив. Всего на миг она увидела в его глазах тревогу и что-то большее, но… мгновение минуло и он снова стал собой.
Лена долго не могла подняться, наконец сумела благодаря Каину. Он прислонил её спиной к вентиляционной колонне и дал подожжённую сигарету. Девушка с наслаждением затянулась и шумно выпустила дым.
— Что за дьявольщина, — выругалась она. Впрочем, сил на эмоции не осталось, поэтому фраза прозвучала блёкло.
— Прости, — проговорил Каин тихо. Он подобрал пальто и встряхнул его. — Не нужно было сразу переходить во второй сон. Это ослабило тебя.
— Вот почему этот урод снова пришёл? — Лену передёрнуло, когда она вспомнила чёрного человека.
— Да, — Каин надел пальто, которое уже перестало дымиться. — Поэтому ещё раз — прости.
Девушка не знала, что сказать, и просто кивнула. Раньше он никогда не признавал свои ошибки.
— Больше такого не повторится, — твёрдо пообещал Каин. — Но ты знай, он не может навредить в твоём сне или воспоминании. Только напугать.
Лена машинально кивнула, думая о том, как ему удалось её вернуть. Даже сейчас, едва не падая от усталости, она нашла в себе силы на несколько всполохов откровенной злобы.
— Ксенечка, — процедила она. — Подружка твоя…
— Гнев, — пояснил Каин. — Появление этого гада дестабилизировало тебя, он стал твоим фокусом. Ты не могла отстраниться, не могла просто выйти из сна. Поэтому я рискнул. Яркая эмоция порой помогает найти выход. Но она должна быть мгновенной и всепоглощающей, неожиданной для тебя самой.
— Яркая эмоция, — задумчиво повторила Лена. — То есть не обязательно что-то плохое? Можно же, например, пробудить любовь вместо гнева?
— Это сложнее и дольше, — Каин тоже закурил, достал салфетку. — Смотри.
Девушка взглянула на цифры. Под первой строчкой Каин написал ещё одну.
— В широте на три цифры больше, значит в долготе их не хватает? — девушка оторвалась от салфетки, выдохнув дым в сторону.
— Хватает, — Каин достал из кармана кусок фары, который они нашли на месте Жениной гибели. Он протянул осколок Лене, потом порылся в кармане и достал маленькую лупу. — Взгляни сюда.
Девушка подняла осколок к небу и стала разглядывать его через увеличительное стекло. Фару испещряли тысячи микротрещин и если бы Каин не указал точное место, она могла бы искать подсказку днями, неделями. Здесь трещины шли в три ряда, почти вертикальные. А вокруг них стекло оказалось целым. Лена сосчитала трещины в каждом ряду.
— Шесть, три, два, — она отстранилась от осколка фары. — Я никогда не перестану этому удивляться!
Каин демонстративно записал на салфетке недостающие цифры. Потом полез в смартфон. «Вбивает координаты», — догадалась девушка. Предвкушение так и грызло её. Она смотрела на Каина во все глаза и только поэтому заметила, как его веки слегка дёрнулись, а губы на мгновение приоткрылись. Он замер и это не сулило ничего хорошего.
— Что там? — осторожно спросила Лена. — Что по координатам?
— Это недалеко, — Каин перевёл взгляд со смартфона на девушку. — Тебе придётся пойти со мной.
— Конечно, я готова! — она улыбнулась. Каин нет.
— На сегодня с тебя хватит, — констатировал он безапелляционным тоном, спрятал смартфон в карман и направился к люку.
Лена не нашлась, чем парировать, и просто пошла за ним.
— Завтра со мной будут ещё два человека, — Каин открыл ей люк. — Им можно верить.
— Они… тоже? — девушка начала спускаться по ржавой лестнице.
— Тоже, — Каин вроде бы даже усмехнулся.
Когда они выходили из подъезда, Лена обратила внимание, что домофон уже починили. На улице потемнело, солнце скрылось. И ветер поднялся, так что ей пришлось накинуть капюшон.
Они шли молча почти до Лениного дома. Остановились на повороте, где ему нужно было прямо, а ей налево. Каин посмотрел на девушку и коротко кивнул.
— Я позвоню утром, — это у него так звучало «пока».
— Ну, до встречи, — насупилась Лена. Сил злиться у неё не было. Она побрела к дому, думая только о том, чтобы снять ботинки и, не раздеваясь, бухнуться на диван. А потом проспать до утра, желательно — без снов.
Глава 7
Как по заказу, снов не было. Но Лена совсем не выспалась, хотя легла в двенадцать, а Каин разбудил её в девять.
— Через час на больнице, успеешь? — сходу спросил он.
— И тебе доброе утро, — вздохнула девушка. — Думаю, успею. Мне нужно подготовиться?
— Нет, и машину не бери, — он повесил трубку.
Лена зашла в ванную, потом на кухню. Пока ждала закипающий чайник, обратила внимание на часы — они стояли, хотя вчера вечером она снова заменила батарейку. «Ровно четыре, — девушка задумчиво сняла часы и ещё раз поменяла в них источник питания. — К чему бы это?» После нехитрых манипуляций часы пошли.
«На больнице» означало троллейбусную остановку «Больница №4». До неё было около километра, поэтому Лена решила пройтись пешком. На улице заметно потеплело, хотя солнце пряталось где-то за низкими тучами.
Стоя на светофоре, девушка вспомнила, что ей говорил Каин. Мол, если сразу зелёный, значит всё хорошо. «Ну а если пришёл, как только красный загорелся? Беда?»
Она криво усмехнулась, наблюдая за светофором. Он сбоил. Красный человечек то исчезал, то появлялся. Причём как-то фрагментарно, и складывалось впечатление,
