том, что ей говорил человек в чёрном.
— И он всё время молчал? — в его вопросе прозвучал намёк на заинтересованность.
— Ага, — она соврала, глазом не моргнув. Хотя сердце забилось быстрее.
И тут Лене в голову пришла неожиданная мысль.
— Ромашки, — выпалила она. — Там всё было в точности, как в нашу первую встречу. Но букет другой. Это ты? Ты что-то сделал?
— Да, — не стал отрицать Каин. — «Бейкер Стрит», как договаривались. Через час.
— Хорошо, — она отхлебнула кофе и хотела спросить насчёт планов на день, но Каин отключился.
«Сукин сын, — беззлобно подумала она. — И так всегда».
Лена не особенно тревожилась насчёт сна. Потому что давно привыкла к кошмарам. А ещё ей стало тепло от мысли, что Каин каким-то образом сумел её защитить. Но не полностью, так ведь? Чёрный человек всё-таки пришёл к ней. Или как это вообще работает?
Очередная мысленная пометка в список мысленных пометок.
Через полчаса она уже застёгивала сапоги в прихожей. До кафе «Бейкер Стрит» от неё минут десять. Лена не видела смысла приходить раньше, но внезапно осознала, что одиночество стало её тяготить. Хотя ещё три дня назад она только об этом и мечтала — безвылазно сидеть дома и чтоб никто не трогал.
Свежий воздух выветрил из головы смурные мысли. Она вспомнила, как вчера по приезду пригласила Каина на чай. Он пробыл у неё меньше часа, что вполне устроило обоих. Зато он успел ей кое-что рассказать.
— И как вы себя называете? — спросила тогда Лена. — Колдуны, ведуны?
— Мы себя никак не называем, — Каин пожал плечами. — В этом нет необходимости.
— Ну, а как сказать про такого как ты, чтобы стало ясно другому… такому как ты? — не отставала она.
— В этом нет необходимости, — устало повторил Каин. — Мы чувствуем друг друга, — он на мгновение задумался. — Но если тебе нужен термин, используй «маг». Магами в древности называли иранские племена, которые первыми систематизировали знания о том, что для большинства людей тогда казалось сверхъестественным.
— А сейчас это людям кажется вполне нормальным? — Лена сдвинула брови.
— Сейчас это кажется выдумкой, — полу-улыбка Каина не коснулась его глаз. — Поэтому нам проще. Но это палка о двух концах.
— Хорошо, — Лена прикусила губу. — А вот авгур, мистик, каб… каббалист — это кто?
— Архетипы, — Каин уставился в стену. — Мы определили четыре — авгур, тантрист, мистик и каббалист. Маги одарены по-разному. Есть те, кто родился с этим. А есть те, кто научился.
— А ты к какой категории относишься? — спросила Лена, пытаясь понять, куда он смотрит.
— Я посредине, — едва слышно сказал мужчина. — Часы стоят.
— Что? — Лена не сразу поняла, потом обернулась. — И правда. Это странно, я меняла батарейку пару недель назад.
Около минуты они молча смотрели на настенные часы. Обе стрелки замерли на цифре двенадцать.
— Я не буду спрашивать, знак ли это, — усмехнулась Лена. — Эй, ты куда?
Каин поднялся, явно собираясь уходить.
— Мне нужно многое сделать до завтрашнего дня, — ответил он, продолжая смотреть на часы. — А это конечно знак. В пифагорейской нумерологии…
— Знаю, знаю! — перебила его девушка. — Числа нужно разделять по цифрам и складывать их. Тут получается тройка.
— Число духа, стремления и силы, — Каин направился в коридор. — Но одновременно и число уязвимости.
— Так, — Лена пошла следом. — И что это значит? Кто из нас уязвим?
— Думаю, мы все, — он обулся и бросил на неё короткий взгляд. — Не забивай голову. Отдохни.
И ушёл, не попрощавшись.
Лена вспоминала этот разговор, глядя себе под ноги. Человек, идущий ей навстречу, тоже пребывал в своих мыслях. Они столкнулись и мужчина выронил книгу из рук.
— Ой, прошу прощения! — Лена нагнулась за книгой, отряхнула её от налипшего снега. В ответ из-под полей простой серой шляпы на неё посмотрели бледно-синие глаза. Мужчина оказался стариком лет семидесяти пяти. Сухим, седовласым, улыбчивым.
— Ничего страшного, дитя, — сказал старик, принимая книгу. — Сам виноват, замечтался.
Он кивнул ей, коснувшись полей шляпы, и зашагал прочь. И вроде бы ничего необычного, но девушка некоторое время смотрела ему в спину. Не само это столкновение заставило её задуматься. Каин предупреждал, что не нужно во всём искать подтекст, так и до паранойи недалеко. Вот только старик держал в руках «Преступление и наказание» Достоевского.
— Раньше пришла, — голос Каина заставил Лену подскочить на месте, настолько близко и неожиданно он прозвучал. Она развернулась — Каин стоял возле входа в кафе и придерживал для нее распахнутую дверь.
Пока они ждали свой кофе, Лена рассказала о старике с книгой. Каин выслушал, покивал, но никак это не прокомментировал. Казалось, его мало волнуют её слова. Он внимательно осматривался исподлобья. Лена тоже решила изучить обстановку.
Разумеется, кафе пустовало. Рабочий день, девять утра, а рядом даже офисных зданий и торговиков нет. «Как этот „Бейкер Стрит“ выживает? — подумала Лена. — Тем более, с такими то ценами?»
— Слушай! — вдруг спохватилась девушка. — А есть же хорошие и плохие маги, да?
Каин посмотрел на неё так, будто в десятый раз объяснял ребенку, почему дует ветер.
— Нет хороших и плохих магов, — он покачала головой. — Есть хорошие и плохие люди. Спасибо, — последнюю фразу Каин адресовал официантке, которая в столь ранний час была и кассиром, и менеджером, и уборщицей, скорее всего.
Девушка улыбнулась ему в ответ и хлопнула ресничками. Лену аж передёрнуло. Она за свой кофе спасибо не сказала.
— Кстати, у нас акция! — прощебетала тем временем официантка. — Скидка на кофе тридцать процентов!
— О, ну тогда мы обязательно закажем ещё, позже, — Каин расплылся в улыбке, фальшивость которой мало кто мог определить. Только тот, кто прожил с ним восемь лет. То есть только Лена.
— Вернёмся к магам, — прошептала девушка, когда они остались одни. — Ты как обычно, говоришь загадками!
— Коса может быть плохой или хорошей? — Каин отхлебнул кофе и посмотрел вслед официантке.
— Странный вопрос, — насупилась Лена. Она будто смотрела в свою чашку, но тоже косилась на официантку. «Только пересекитесь ещё раз взглядами…» — пронеслась в голове
