– Принеси мои вещи из сундука.
Инесс пожала плечами, но всё же через минуту вернулась из соседней комнаты, держа в руках дорожную сумку Ижена. Дженни порылась в уже ненужных рубашках и явила свету то, от чего челюсть служанки опустилась, а глаза стали круглыми.
– Что это, миледи?
Дженни проворно натянула на себя трусы с рюшечками, сшитые для неё Мартой.
– Это величайший дар для всех женщин, наше спасение и наше тайное оружие. Сия вещица называется трусы.
– Но зачем?
Дженни хмыкнула.
– Скажем так, гигиенично, дёшево, надёжно и практично.
Инесс всё равно ничего не поняла.
Девушка села на кровать и с тоской посмотрела на служанку.
– Скажи мне, ты с кем-нибудь встречаешься?
Женщина кивнула.
– С Лудди, старшим сынам кузнеца.
– Как близко ты с ним встречаешься?
Инесс покраснела.
– Очень близко.
Дженнифер даже не сомневалась.
– А теперь представь, какое удовольствие получит твой Лудди, стягивая с тебя эту милую вещицу, да и ты себя сможешь защитить от многих неприятных мелочей.
Служанка задумалась.
– Если миледи будет не против, я бы хотела получше рассмотреть эту вещь, возможно, нашим женщинам в замке она придётся по вкусу, да и мужчинам тоже.
– Миледи не против. Ты сможешь обшить всех желающих. Но мужчины ничего не должны заподозрить. Помни! Это наше тайное оружие!
Одевшись и причесав свои чудесные волосы, Дженни спустилась в Большой зал. При виде её воины поднялись из-за стола, приветствуя молодую госпожу радостными криками, а слуги столпились в зале, пытаясь в деталях рассмотреть, в кого же превратился их любимец, худой невзрачный подросток. На их лицах было написано восхищение и уважение к уму и хитрости миледи. Лорд подошёл к девушке и помог подняться на помост. Дженни заняла своё обычное место за столом по его левую руку.
– Ты не поторопилась встать? После вчерашней ночи я думал, ты проспишь до вечера. ― Прошептал Ройс в самое ухо.
– Вовсе нет. Я почувствовала прилив сил и желание чем-то себя занять.
– Думаю, я найду, чем тебя занять, и это будет очень приятно.
– О чём вы там шепчетесь? ― граф подозрительно уставился на дочь.
– Ничего такого, папа! Милорд пытается распланировать мой день.
– Никаких планов, девочка! Ты должна лежать в постели и набираться сил.
– Как будет угодно. Слово отца для меня закон! ― Дженни кротко опустила глаза, а лорд чуть не рассмеялся, поняв, что хитрая девчонка получила карт-бланш.
Граф пристально смотрел на дочь. Он уже заметил, что губы её были немного припухшими, глаза блестели, как в лихорадке, а шею покрывали красные пятна и царапины. Монтгомери зло сверкнул глазами в сторону лорда.
– Может Вы, милорд, объясните, чем занимались сегодня ночью в спальне моей дочери? Я знаю, что все девушки, которые могли дежурить у её постели, были отправлены вниз.
Николас побледнел и взял Дженни за руку. Девушка невинно улыбнулась.
– Ничего такого там не было, отец. Мы просто целовались, но поверь, милорд не причинил мне никакого вреда.
Граф чуть не подавился.
– Истинная леди не может говорить отцу такие вещи!
– Какие такие, папа? Ты спросил, а я ответила правду.
Николас улыбнулся, зато Монтгомери пришёл в ярость.
– Я не потерплю, чтобы моя дочь вела себя, как невежественная простолюдинка и, если ты не покинешь со мной этот замок…
– Не кипятитесь, граф. ― Отец Бертран оторвался от своей трапезы. ― Я знаю выход из этой ситуации и, уверяю Вас, все останутся довольны.
Дженни была рада, что стол, где завтракали воины и прислуга, находился довольно далеко, и рыцари не слышали их разговор.
– Ну, говорите уже, Святой Отец, не томите нас!
Священник разглядывал свои руки, испытывая неловкость.
– Вчера я случайно услышал, граф, Ваш разговор с милордом и случайно, клянусь, случайно узнал Вашу тайну.
– Ты нас подслушивал?
Святой Отец покраснел.
– Совсем немножко. Но теперь я тоже смогу оберегать молодую госпожу. Я давно изучаю тайные книги Друидов и…
– Об этом потом. Сначала о деле. ― Монтгомери начал выходить из себя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Ладно. У шотландцев есть старинный обычай, помолвка, когда семьи жениха и невесты заключают союз между парой на один год и один день. Если по прошествии года молодые люди желают вступить в брак ― хорошо, а если нет ― помолвка расторгается. Но, если в этом союзе рождается ребёнок, он считается законным.
Граф пожал плечами.
– И как этот обычай поможет нам?
Бертран скромно улыбнулся.
– Ваша дочь ― наполовину шотландка, как я имел честь вчера подслушать. Так что помолвка может произойти, как дань памяти её предкам. Для этого в замке всё есть: чернила, бумага и я, Ваш покорный слуга.
Граф задумался. Пожалуй, это лучше, чем ничего. Пока он будет ждать аудиенции короля, эта влюблённая парочка, уж точно, наломает дров. Да и не может сейчас он всё бросить и поскакать в Лондон. Эдуард дал понять, что граф должен быть наготове, чтобы помочь приграничным лордам.
– Ладно. Сколько нужно времени, чтобы подготовиться?
– Думаю, дня будет достаточно. Я составлю все бумаги, мужчины настреляют побольше дичи для праздника, а вот Инесс… ― Он подозвал служанку ближе. ― Скажи, Инесс, успеешь ли ты за сутки сшить свадебное платье для миледи?
Женщина захлопала длинными ресницами.
– Миледи выходит замуж? Это такое счастливое событие! Я буду шить день и ночь, но всё успею.
– Возьми несколько женщин в помощь. ― Посоветовал Николас.
Служанка сделала реверанс и помчалась на кухню, чтобы первой донести радостную весть.
Альберт тепло улыбнулся Дженни.
– Скоро ты станешь частью нашей семьи. Я всегда хотел иметь сестрёнку. Если что, помни! Я не дам тебя в обиду этому неуклюжему великану. Ты всегда сможешь рассчитывать на меня.
Дженни с благодарностью улыбнулась.
– Тогда пора приниматься за дела. ― Лорд вскочил из-за стола, увлекая за собой девушку.
– Стой! ― Монтгомери сурово уставился на будущего зятя. ― Эту ночь ты проведёшь со мной, сынок, за приятными разговорами, в обнимку с бутылкой доброго вина.
Лорд кивнул и практически побежал. Дженни едва поспевала следом.
– Куда это они? ― ухмыльнулся Альберт.
– Им надо поговорить. ― Махнул рукой Святой Отец. ― Не стоит им мешать.
Граф наблюдал из окна, как пара пересекла двор и направилась к южной башне. Монтгомери сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели. Будь его воля, он бы обвенчал их уже сегодня, слишком хлопотно становилось для него держать лорда подальше от своей дочери. Впрочем, в этом был и положительный момент. Возможно, скоро на свет появится маленький граф, и его жизнь заиграет новыми красками. Леонард вернулся к столу и поднял кубок.
– За здоровье жениха и невесты!
Воины одобрительно загудели.
― Нико! Куда ты меня тащишь?
– Ещё минуту, и мы будем на месте.
Лорд достал ключи и отпер кованые двери. Повеяло холодом.
– Когда-то это башня соединялась со всеми помещениями через галерею. Это была женская половина замка. Тут царствовала моя матушка. С верхушки этой башни она смотрела на необъятные просторы, ожидая отца из очередного похода. Тут были наши с братом детские, и в этой башне родился мой сын.
Дженни видела, как гримаса боли исказило благородное лицо.
– Я приказал замуровать ход, а башню запереть, слишком много болезненных воспоминаний с ней связано. Но вчера решил, что должен возродить её, ради тебя, ради нас, ради наших будущих детей.
Дженни поднялась по лестнице и оказалась в довольно просторном светлом помещении. Несмотря на тёплый день, в камине весело потрескивали поленья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Эта комната принадлежала моей матушке. Тут до сих пор лежат её вещи и украшения. ― Он открыл деревянный ларец неимоверной красоты. ― Теперь это всё твоё, любовь моя.
Девушка никогда не видела такого обилия рубинов и изумрудов. Огромные драгоценные камни были оправлены в золото и серебро. Дженни закрыла ларец.
