сестра Антона, — услышал я голос Натальи, доносящийся словно сквозь вату. — Ей... скоро должно исполниться шестнадцать. В младенчестве ей поставили диагноз — детский церебральный паралич. Болезнь сложная и неизлечимая, но... при помощи медицины, правильного ухода и дорогих лекарств можно жить... почти нормально. Наша семья никогда не была богатой, но Игорь неплохо зарабатывал, я тоже работала и Антон рано начал помогать нам... Мы как-то справлялись. Какая никакая, была помощь и от государства — субсидии, программы... А потом, полтора года назад, ей начало становиться хуже. Врачи не могли определить причину, все анализы в норме, но наша девочка начала буквально угасать...
Она прервалась, пытаясь сдержать рыдания, а я шагнул вперёд и встал над кроватью. Коснулся руки, которая оказалась холодной, несмотря на то, что в комнате было тепло. Не сразу понял, зачем я это сделал. Осознание сухим льдом прошлось по позвоночнику. — Я не почувствовал ни одной эмоции от неё. Эмпатия позволяла ощущать отголоски переживаний даже спящих, при тактильном контакте. Сейчас же, передо мной лежал живой труп. Ужас, щемящая боль, злость на Антона, но больше на себя — хлынули в мой разум, превращаясь в белый шум, как в критические моменты самых трудных схваток. В реальность меня вернул голос Натальи, которая смогла собраться с силами и продолжить рассказ:
— Антон тогда сразу понял, что болезнь осложнилась из-за... Дыхания? Правильно?
— Да, — слова давались мне с трудом. — Дыхание пришло в Мир.
— В первое время, обычная медицина ещё помогала. Мы кое-что продали, были кое-какие сбережения, а потом вы с Антоном начали зарабатывать большие деньги... Мы были уверены, что всё наладится, даже свозили Нику в Германию и Россию на обследование. В Москве, врачи смогли добиться положительной динамики, а потом... Антон сказал, что теперь ей может помочь только... новая медицина. Он всё время сетовал, что ему досталась не та...
— Стезя.
— Да. Но он не сдавался. Наоборот, был уверен, что теперь вылечить сестру будет легче и она даже сможет... сможет стать нормальной, как все. Антон стал искать знакомства с лекарями и знахарями. Нашёл одну... ну, как он...
— Ведунью.
— Да. Только у неё была другая специализация... что-то про воду...
— Шепчущая на воды.
— Точно. Илья... а ты так легко залечил порез Игорю, ты не целитель? Хотя, нет, голова совсем не соображает... Тогда, Антон бы давно к тебе обратился... Он на всё был готов ради сестры. С той ведуньей они составили рецепт... зелья. Вылечить оно не могло, но останавливало разрушительный процесс. Правда Ника впала в такой вот сон, похожий на летаргию, но это... Да. Это лучше, чем смерть. Она не просыпается, зато живая. Там в тумбочке, зелье.
Я открыл дверцу и увидел несколько бутыльков, миллилитров по двести каждый, с бордовой жидкостью. Видимо, Антон решил сберечь родителям нервы, итак расшатанные, и назвал ведуньей черную ведьму. — Все оттенки красного — это цвета тех, чья Доля — Познание, со стороны Пекла. Как видно, и от них случается польза добрым людям. Хотя, скорее, ту пользу Антон хорошенько оплатил.
— Ингредиенты для этого зелья очень дорогие, но, как раз тогда, ты подарил Антону какую-то ценность. С тех пор я каждый день молюсь Богу за тебя, Илья. Тех денег и того, что Антон успел скопить, хватило, чтобы приготовить двадцать таких бытылочек. Одной хватает на две недели, примерно. Но, Антон говорил, что это с запасом, что он найдёт настоящего сильного лекаря или даже целителя... Я так и не поняла разницы... И тогда, Ника поправится окончательно. Когда начали появляться эти подростки... ну, которые не видят Снов... Антон сказал, что, возможно, Вероника тоже получила какой-то Дар, но его развитие наложилось на её врождённую болезнь и поэтому тогда, больше года назад... получилось, как получилось. Два месяца назад, он заговорил о клане... м-м-м... голова дырявая...
— «Шаш».
— А откуда ты знаешь? Хотя, неважно... о чём я? Ах да, Антон сказал, что должен попасть в клан, заработать авторитет и тогда Нике поможет очень сильная лекарка или знахарка, не помню... Ещё, он говорил, что скоро ты вернёшься и тогда вас точно возьмут в клан... Он сказал, что его не будет два дня... А на следующий день, пришли двое и принесли его вещи... оплавленный нож, смятые фляжки... Бутылочек с зельем осталось шесть. Потом Ника... уснёт... совсем. Та ведунья предупреждала, но тогда, у нас не было выбора... Остатки денег уходят на капельницы и те лекарства, что поддерживают в теле... жизнь.
Она, всё таки, не сдержалась и зарыдала, всхлипывая и подвывая. Я, на автомате, изобразил Вязь «Блаж» и приложил ладонь к её голове. Рыдания мгновенно стихли, Наталья подняла лицо, глядя на меня с испугом и удивлением, но, уже через секунду, её глаза наполнились абсолютным умиротворением, даже морщины ненадолго разгладились и, сквозь "маску" обречённости, показалось лицо молодой ещё женщины.
Я снова встал над кроватью. Пальцы машинально сомкнулись на одном из кристаллов в браслете. Я опустил взгляд. Печать «Цельба» — более полная версия «Лекаря» — комплексное восстановление основных функций организма. Она способна вытащить с того света, если ты умираешь от ран или травм. Приятный бонус — привязка к моему текущему состоянию — Печать активируется даже если я не смогу дать команду. Невероятных усилий стоило мне создание этой Печати, а уж сколько пришлось клянчить различных ингредиентов у горного Хозяина... Из восьми кристаллов, этот перезаряжается дольше всех — шестнадцать дней, поэтому это — буквально Печать последнего шанса. Но, я бы не задумываясь раскрыл её на Веронике, будь у меня уверенность в том, что это поможет, а не навредит девчонке.
Антон, также как и я, не был лекарем, но, несомненно, понимал в этом деле больше меня. Он неспроста искал... узких специалистов, значит, этот недуг крайне специфический и топорными методами точно не лечится.
— Спасибо, Илья, — тихий голос Натальи вновь вырвал меня из омута тяжёлых раздумий. — Давно я не чувствовала такого... покоя.
— Вот возьми, — я протянул ей все деньги, что были у меня с собой, несколько сотен "первых президентов".
— Илья, — она грустно улыбнулась, всё ещё находясь под действием «Блажи». — Деньги уже не помогут...
— Ты не поняла, Наталья Фёдоровна, это вам с Игорем. У вас холодильник пустой, наверняка долги по коммуналке... У меня больше нет с собой, но позже я дам ещё. Вы должны снова вспомнить,
