Неожиданно Бадди стал падать вперед, и Олли чуть не рухнул на колени.
- Он потерял сознание, Дэвид. Помоги...
Я обхватил Бадди за пояс, и мы поволокли его дальше. Даже потеряв сознание, Бадди не выпустил из рук стальной ломик.
Нога, которую зацепило паутиной, торчала в сторону под каким-то неестественным углом,
- Осторожнее! - крикнула миссис Репплер. - Сзади!
Я начал оборачиваться, и в этот момент белая "веревка"
опустилась на голову Дена Миллера. Он принялся рвать её и отбивать руками.
И тут, позади нас, из тумана появился паук вечичиной с крупную собаку. Черный с желтыми полосками. ("Как гоночная автомашина", - пронеслась у меня в голове сумасшедшая мысль). Глаза его блестели красно-фиолетовым гранатовым огнем. Он деловито приближался к нам, переступая двенадцатью или четырнадцатью нога ми с множеством сочленений, - не обычный земной паук, увеличенный, словно для съемок фильма ужасов, а что-то совершенно другое, может быть, и вовсе не паук. Он приближался к нам, выдавливая паутину из отверстия на брюхе. "Веревки" плыли к нам почти правильным веером. Глядя на этот кошмар, так похожий на черных пауков, раздумывающих над мертвыми мухами и жуками в полутьме нашего лодочного сарая, я чувствовал, что вот-вот сойду с ума.
Наверно, только мысль о Билли позволила мне сохранить какое-то подобие способности рассуждать.
Олли, однако, держался совершенно хладнокровно. Он плавно поднял револьвер, словно в стрелковом тире, и в упор с равномерными промежутками всадил весь барабан в отвратительное существо. Из какой бы преисподней оно ни появилось, неуязвимым оно не было. Черная кровь брызнула из его ран.
Паук издал мерзкий мяукающий звук, такой низкий, что он скорее чувствовался, чем слышался, как басовая нота на синтезаторе, и, метнувшись в туман, исчез. Можно было бы подумать, что это плод воображ-ения, чудовищный наркотический бред, если бы не лужа липкой черной жидкости, которую он оставил после себя.
Звякнул об асфальт ломик, который Бадди наконец выпустил из рук.
- Он мертв, - произнес Олли. - Отпусти его, Дэвид. Эта чертовщина зацепила бедренную артерию, и он умер. Давай, к черту, отваливать отсюда. Его большое круглое лицо покрылось потом, глаза, казалось, вот-вот вылезут из орбит. Тут одна из "веревок" коснулась, опускаясь, тыльной стороны его ладони, и он одним резким движением отдернул руку. На коже осталась кровавая полоска.
Миссис Репплер снова закричала: "Берегись!", и мы обернулись в её сторону. Еще один паук выбежал из тумана и обхватил своими ногами Дена Миллера, Ден отбивался кулаками. Я успел лишь наклониться и подхватить ломик Бадди, а паук уже принялся опутывать Миллера своей смертоносной паутиной, превратив его попытки освободиться в мрачный танец смерти.
Миссис Репплер приблизилась к пауку, держа в вытянутой руке баллон инсектицида. Когда несколько паучьих ног потянулись в её сторону, она нажала кнопку и выпустила струю яда прямо в сверкающие, словно рубины, глаза. Я снова услышал тот же мяукающий звук. Паук задрожал всем телом и стал, пошатываясь, пятиться, царапая волосатыми ногами по асфальту и волоча за собой тело Дена. Миссис Репплер швырнула в него баллон. Банка отскочила от паука и покатилась по асфальту. Паук врезался в дверцу маленькой спортивной машины с такой силой, что та закачалась на рессорах, потом скрылся во мгле.
Я подбежал к едва державшейся на ногах, бледной миссис Репплер и подхватил её рукой.
- Благодарю вас, молодой человек, - сказала она. - Мне вдруг стало плохо.
- Ничего, - хрипло ответил я.
- Я спасла бы его, если бы могла.
- Я знаю.
Олли присоединился к нам, и мы бросились к дверям магазина, уворачиваясь от падающих "веревок". Одна из них опустилась на сумку миссис Репплер и тут же продырявила полотняный бок. Миссис Репплер обеими руками пыталась удержать свою сумку, но проиграла, и сумка покатилась вслед за "веревкой" в туман. Когда мы были уже у самого входа в магазин, из тумана вдоль стены здания выбежал маленький паук, не больше щенка коккер-спаниеля. Паутину он не выбрасывал; видимо, ещё не дорос.
Олли надавил плечом на дверь, пропуская вперед миссис Репплер, а я в этот момент с размаху всадил в паука стальной прут, наколов его словно на дротик. Паук бешено задергался, заскреб ногами воздух; его красные глаза нашли мои глаза и уставились, будто запоминая...
- Дэвид! - Олли ещё держал дверь.
Я бросился внутрь, он - сразу за мной.
Мы уходили всемером, а вернулись втроем. Олли, тяжело дыша, прислонился к стеклянной двери и принялся перезаряжать револьвер.
- Что там? - спросил кто-то низким хриплым голосом.
- Пауки, - мрачно ответила миссис Репплер. - Мерзкие твари утащили мою сумку.
Тут Билли, просочившись ко мне сквозь толпу, бросился ко мне, вытянув вперед руки, и я крепко обнял его.
Пришла моя очередь спать, и про эти четыре часа я ничего не помню. Проснулся я уже во второй половине дня, испытывая ужасную жажду. Молоко начало скисать, но я все же выпил целую кварту.
Вскоре к нам с Билли и миссис Терман присоединилась Аманда. С ней подошел старик, предлагавший сходить за ружьем. Корнелл, вспомнил я. Эмброуз Корнелл.
- Как ты, сынок? - спросил он.
- Все в порядке. - Но я ещё хотел пить, и у меня болела голова. И самое главное, я боялся. Обняв Билли, я посмотрел на Корнелла и Аманду, потом спросил:
- Что нового?
- Мистер Корнелл беспокоится насчет этой миссис Кармоди. Я тоже.
- Билли, почему бы тебе со мной не прогуляться? - спросила Хэтти.
- Не хочу, - ответил Билли.
- Прогуляйся немного, Билли, - повысил я голос, и он с неохотой ушел.
- Миссис Кармоди продолжает мутить воду, - сказал Корнелл и посмотрел на меня с какой-то особой старческой удрученностью. - Я думаю, что должны прекратить это. Любым доступным способом.
- С ней уже больше десяти человек, - добавила Аманда. - Это какая-то дикая религиозная служба.
- В самом деле? - спросил я.
- Только восемь, - поправил Корнелл. - Но она говорит непрерывно. Это черт знает что.
Восемь человек. Не так много. Но я понимал беспокойство, отразившееся на их лицах. Восьмерых было вполне достаточно, чтобы сделать их самой большой моральной силой в супермаркете, особенно теперь, когда не стало Дена и Майка.
И мысль о том, что самая большая моральная сила в нашей замкнутой системе внимает каждому слову миссис Кармоди об ужасах ада и чашах гнева Господня, вызывала у меня чертовски сильную клаустрофобию.
- Она опять начала болтать о человеческих жертвоприношениях, - сказала Аманда. - Бад Браун подошел к ней и велел прекратить эти мерзкие разговоры в его магазине. Двое мужчин, что теперь с ней - один из них, кстати, Майрон Ляфлер, - сказали, чтобы он сам заткнулся, потому что, мол, это ещё свободная страна. Он не заткнулся, и произошла... Ну, в общем, немного помахали руками, я бы сказала...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
