из ладони клинок, куда тоньше, короче и слабее, чем у Рина, конечно, но тоже весьма впечатляющий. С каждым разом магия джинна по крупице, но подчинялась, хотя я даже не успела ничему поучиться. Просто призывала то, что в голову приходило, и по мере возможности резерва что-то да получалось. Дикс одобрительно покачал головой и даже немного поаплодировал.
— Браво, Мория. Растешь. Успокойся и убери ножичек, порежешься, я не намерен тебя трогать. Сама еще спасибо скажешь, за информацию, — нахально усмехаясь, он снова уселся на диване, насмешливо, но по-доброму глядя на меня теперь уже снизу вверх. Я закатила глаза, но убрала стилет. Если он дернется, я легко могу случайно убить его этой штукой, лучше уж жезл материализовать и просто побить наглеца.
— Что за информация? У меня совершенно нет времени, Дикси, на твои ужимки, — разворачивая рабочее кресло и садясь в него, я оперлась локтями на колени и сплела пальцы.
— Ты — истинная Ринсдея, — пожимая плечами, уверенно констатировал оборотень. Я дернула головой.
— Допустим, — нахмурилась, не понимая, откуда у него такая информация.
— Но ты ни хашры к нему не чувствуешь, — снова не нуждаясь в ответе, продолжил Дикс. Я не понимала, к чему он клонит, о чем тут же сообщила. Парень хохотнул. — Потому что Рин — не истинный тебе. Это чувствуется по запаху. На тебе нет его. А на нем твой есть, в избытке.
Я в шоке посмотрела на него. Что, хашра побери, он несет? Как можно быть кому-то истинной, когда он тебе не является таковым?
— Ла-адно, Мория, вижу, что до тебя не доходит, — сжалился Дикс, ухмыляясь. Судя по его счастливому виду, все еще было не так и плохо, но врезать по этой самодовольной физиономии все же хотелось, ибо веко уже дергалось. Ну сколько можно-то? Как же, к хашрам, все задолбало меня! — Давай по порядку. Кто такие Таены?
— Боги, покинувшие этот мир, — с сарказмом фыркнула я. В том, что они уж точно покинули меня, как минимум, сомнений не оставалось.
— Правильно, мы называем так богов. То есть могучие, всесильные существа, создающие и уничтожающие миры, управляющие сущим? — подсказал Дикс. Я сощурила глаза, но паззликов все еще было слишком мало. Начал оборотень все же слишком уж издалека.
— К чему это ты?
— Таены придумали души и пары. Ну, то есть им присваивается наделение людей и другие антропоморфные расы бессмертными составляющими, а также магией, которая проявляется только при встрече с конкретным человеком. Окей, а кто создал тогда людей? Миры, Нижний и Верхний?
Я долго молчала, соображая.
— Д'энии? — предположила наконец. Дикс щелкнул пальцами, указывая на меня, подтверждая догадку.
— Таены — это джинны. Последние из них, кто что-то вложил в человека. Дал ему душу и истинную пару.
— Все равно не понимаю, почему Рин не мой истинный.
— Потому что ты — и есть Таена Д'энии. Ты сама разрываешь эту связь, так же, как она когда-то была создана.
— Чего?
Я посмотрела на Дикса, как на умалишенного. Как есть спятил. Я что-то мельком слышала о его одержимости мифами и легендами, связанными с силой, происхождением джиннов и созданием миров, но чтоб все было настолько запущено…
— Только джинн, к тому же чистый и мощный, может противостоять магии истинных. Ты можешь, уже сколько? Лет с… начала обучения? Он ведь вертится возле тебя с момента зачисления в академию. Видела бы ты его лет в шестнадцать! Чтоб не тронуть тебя, он переспал с половиной академии и все равно не мог утолить… голод. Со временем стало легче, родители сдерживали его, помогали, учителя направляли его энергию в бои, тренировки и учебу.
Да, припоминаю что-то такое, он периодически избегал меня, будто его тошнило, я пожимала плечами и не обращала внимания, не представляя, насколько чудовищно ему от этого больно.
— А ведь вместе с его голодом тебя знаешь как должно было выворачивать? До крика сжигать от желания. До битья головой об стены… Я как-то уехал от Илавии на месяц. Чуть не сдох…
— Ты и… ИнАбиер? Серьезно? — я ушам своим не поверила, готовая истерично расхохотаться. Так вот как близняшки вчера на пробежке узнали про мою якобы императорскую кровь. Через истинного Илавии. Дикс поморщился и показал мне язык в ответ, с досадой цыкнув.
— Это сейчас неважно. А важно то, что ее тут тоже чуть тонким слоем по земле не раскатало, если бы не сестра. Пытка это знатная, скажу тебе. Зато когда вернулся…
— Так всё, хватит, — перебила я его, пока не пошли интимные подробности встречи двух влюбленных истинных. А вообще, не зря Илавия боевик. Мало кто другой справился бы с… зверскими инстинктами Дикса. Как в физическом, так и в ментальном плане.
— Попробуй не отталкивать, а притягивать. Хватит уже бояться, ты ведь не из пугливых, Мория. Не надо думать о том, что в Индаре он может откусить от нашего мира кусочек, как от спелого яблока, — парень слегка задумался. — Или не кусочек. Половину. Или целиком сожрать, ну ты поняла ход мыслей. Не стоит думать об ответственности, общем благе и спасении миров. Подумай хоть раз в жизни о себе. Об удовольствии. О любви. И майку эту сними, хашрину, смотреть больно. Фигура у тебя что надо, лицо, волосы, глаза, все такое, так иди и покажи их ему. А про чистого Д'энии, ни сы, никому не скажу.
— Откуда же я взялась такая? — уже без дерзости, устало, бесконечно устало спросила, будто он мог знать ответ.
В ответ полукровка только развел руками.
Я шумно выдохнула и с силой потерла глаза рукой. Дикс тихо усмехнулся, вставая, потрепал меня по голове ладонью и направился к двери.
— Дикси, — позвала я, когда он уже открыл дверь. Он обернулся, приподнимая брови и дурацки улыбаясь, до ямочек на щеках поджимая губы. — Ты сам до этого додумался?
— Ну, Рин — мой хороший друг, просто хороший человек и будет классный император. Мне не плевать на него. А ты, видимо, думала, я дурак безграмотный? — хохотнул он, уже закрывая дверь.
— Нет, я думала, ты балбес, — прокричала я ему вслед.
