– Даже если и так, – упорствовала Дизайр, – не могу представить, как Морган мог отказаться от своего состояния без борьбы.
Енох снова покачал головой.
– Мужчина не может прокладывать себе путь в приемную короля с помощью шпаги или пистолета. Такие вещи делаются с помощью золота. Нужно очень много денег, чтобы дать на лапу всем придворным.
– Разве Морган вернулся из Индии без денег?
– Мы высадились в Фалмуте с несколькими грошами в карманах, хватило только, чтобы заплатить за ночлег. Хозяин гостиницы предупредил Моргана, чтобы он держался подальше от Пендаррена, и пожелал ему удачи.
– Но почему? – спросила Дизайр.
– Тот самый лорд Уиндхэм уже владел поместьем в течение нескольких месяцев. Он – член магистрата от этого графства. Это жестокий человек, который не останавливается ни перед какими средствами. Именно так сказал хозяин гостиницы. А он был дружен с отцом Моргана. Так вот, он посоветовал Моргану удалиться от Пендаррена как можно дальше, и так вести себя и впредь.
Жалость комом сдавила горло Дизайр, когда она представила себе Моргана, возвратившегося из Индии и столкнувшегося с такими невероятными препятствиями.
– Родерик сражался против Стюартов, – продолжал Енох.
– Зато Морган – нет.
– А вы думаете, Уиндхэм допустил бы, чтобы Морган смог доказать это? Это тогда, когда на карту поставлен Пендаррен! Он бы вздернул Моргана на виселице, как человека, предавшего честь короны, или выслал бы его из страны. Уиндхэм был судьей в этой части Корнуолла, и я не сомневаюсь, что и сейчас им является.
«Как тяжело, – подумала Дизайр, – быть в изгнании все эти годы. А вернувшись в Англию, узнать, что Пендаррен потерян для тебя навсегда. Как, должно быть, Морган разгневан этим. Какую горечь он должен чувствовать от несправедливости, разрушившей все его надежды».
– И это заставило его заняться разбоем на большой дороге, – медленно произнесла Дизайр.
В подтверждение Енох кивнул головой.
– Теперь уже слишком поздно отступать. Он не может рассчитывать на помилование, так же, как и на возвращение своей собственности.
Однако Дизайр все еще не могла смириться с поражением Моргана. Она должна найти выход для себя и для него.
– Мы могли бы покинуть Англию, – сказала она. – Можно отправиться на один из островов в Индии или во Францию…
– Тише, мисс! – прервал ее Енох. – Там, в лощине…
Ухо уже могло уловить стук лошадиных копыт. Не веря себе, Дизайр приложила руку ко рту. Пренебрегая осторожностью, она чуть было не бросилась к лощине, но Енох тут же подскочил и схватил ее за руки.
– Стойте. Откуда вы знаете, кто это может быть.
Она застыла на месте. Сердце бешено стучало в груди. Мучительно тянулись секунды. Ногти до боли впились в ладони.
Но вот показался Морган, гнавший своего серого жеребца. Он дернул за узду и остановил коня. Дизайр сразу забыла тягостное прощание, резкие слова, которыми они обменялись перед его отъездом. Самое главное – он жив, свободен и стоит перед ней.
Она подбежала к нему, но в последний момент остановилась, не уверенная в том, как он встретит ее. Но Морган уже распахнул свои объятия и крепко прижал ее к себе. Она подняла голову, и он крепко и страстно поцеловал ее. «Он вернулся, он снова с ней, – думала она, – ничто никогда больше не разлучит их».
– Я решил появиться на бирже после полудня. В этот час там страшная суета, – рассказывал Морган, прохаживаясь возле очага. – В пассаже полно покупателей и бездельников. Все разряжены и напомнили мне ярких попугаев из Индии. Вся эта толпа создавала невообразимый шум.
– А твоя знакомая модистка оказалась на месте, в своем заведении? – спросил Енох, раскладывая седельный мешок Моргана, несколько больших свертков и чемоданчик, обтянутый парчой.
Морган кивнул головой.
– Она хорошо оценила драгоценности и тут же передала их опытному ювелиру. Он сможет так переделать камни, что Боудин никогда не сможет их опознать.
– Надо думать, она помогла тебе выбрать пышный наряд для мисс Дизайр тоже, – вставил Енох. Жеребец был нагружен не хуже вьючного мула.
– Да, к такой поклаже он не привык, – сказал Морган. – Но модистка уверяла, что вся эта мишура совершенно необходима, с учетом наших целей. – Он повернулся к Дизайр. – Ты можешь расстелить одеяло и развернуть свертки. Я думаю, ты одобришь свой дорожный костюм.
Эти слова сразу испортили ей настроение. В безудержной радости после его возвращения она не допускала мысли о том, что он по-прежнему будет упорствовать с ее отъездом.
– Нужно примерить все это, – сказал он. В его голосе слышалось нетерпение. – У нас не так много времени.
Не смея ослушаться, Дизайр механически развязывала аккуратно упакованные свертки. В это время ее глаза были устремлены в сторону Моргана, который разговаривал с Енохом.
– Я хочу, чтобы ты выехал как можно скорее. В шести милях отсюда есть постоялый двор, где останавливаются экипажи. Перед отъездом я тебе все подробно объясню. Ты выяснишь, где будет следующая остановка. Я сомневаюсь, что отсюда можно добраться до Корнуолла. Постарайся найти дорогу покороче и делать меньше остановок, – продолжал объяснять Морган. – Чем скорее ты отвезешь Дизайр, тем лучше.
Оторвавшись от свертков, Дизайр увидела, как лицо Моргана сразу стало напряженным. Енох, должно быть, тоже заметил это.
– Найл Форрет? – Енох произнес это имя с брезгливым выражением на лице.
– Я знал, что он не упустит возможности сделать гадость. И он действительно не терял времени даром.
– Он уже успел донести?
– Вполне возможно.
Дизайр вынула из свертка слегка помятое дорожное платье из темно-зеленого шелка и встряхнула его. В другое время она могла бы долго восхищаться такой элегантной одеждой. Сейчас ее мысли были заняты другим. Она по-прежнему не сводила глаз с Моргана и не пропускала ни одного его слова.
– Я бы мог вернуться раньше, но раз уж оказался в Лондоне, решил потратить время и объехать лучшие бордели Драри Лейн. Я получил то, что искал, у Кейт Клафли.
– Там есть все, что надо мужчине, – сказал Енох. – Шикарная женщина, эта Кейт, и девушки у нее, что надо, как цветочки из букета…
– Я этого не отрицаю. Но в этот раз у меня были другие дела.
В этот раз. Услышав недвусмысленный намек, Дизайр поджала полные красные губки.
– Кейт сказала, что Найл заглядывал к ней всего несколько дней назад. По ее словам, он сильно важничал, заказывал самое дорогое вино и попросил прислать ему девушку наверх. Когда Кейт спросила его обо мне, он засмеялся и сказал, что она скоро увидит меня, болтающимся в воздухе и с веревкой на шее.
