— Легенда гласит, что этот коридор строили ровно на ширину щита, — сказал Фархи. — Один воин мог защитить его от целой вражеской армии. Мы пойдем направо.
По мере нашего продвижения воздух становился все более спертым, а свет фонарей слабел. Я потерял ощущение времени и не представлял, сколь далеко мы зашли. Меня бы не удивило, если бы мне сказали, что, бродя и ползая по этим туннелям, мы умудрились достичь Парижа. Но пока мы миновали лишь пещерные своды и добрались до каменной кладки из обтесанных камней.
— Стены Ирода, — пробормотал Иерихон. — Значит, мы уже под Храмовой горой, правда, значительно ниже ее основания.
Мы ускорили шаги, и вновь я услышал журчание воды. Коридор вывел нас в большую пещеру, очертания которой едва проступали в слабом фонарном свете. Иерихон дал мне подержать его фонарь, а сам осторожно спустился в водоем.
— С глубиной все в порядке, — заявил он, — самое большее по грудь, и вода чистая. Мы уже дошли до подземных резервуаров. Теперь надо вести себя как можно тише.
Первый резервуар вывел нас к следующему коридору. Точно так же мы прошли еще два резервуара, каждый примерно по десять ярдов от края до края.
— В более влажные сезоны, — сказал Иерихон, — все эти каналы заполняются водой.
Вскоре поднимающийся туннель привел нас в сухую пещеру, и наконец наш путь резко оборвался. Потолок казался выше из-за обвалившихся камней, которые наполовину заполнили пространство зала, соответственно подняв и уровень пола. В дальнем конце виднелась верхняя часть каменного арочного свода. Проблема заключалась в том, что проход был полностью заложен обломками строительного мусора и кирпичами.
— Гром и молния, значит, мы зря тут корячились, — прохрипел Нед.
— Интересно! — удивленно бросил Иерихон. — Похоже, те, кто забил этот проход, не желали, чтобы мы увидели то что спрятано за ним.
— Или не хотели, чтобы мы выбрались отсюда, — добавила Мириам.
— Лучше бы мы захватили бочонок пороха, — с досадой произнес матрос, сбросив с плеча тяжелый мешок с раствором.
— Нет, главное сохранить тишину, — сказал Фархи. — Нам надо расчистить этот проход до утреннего богослужения.
— И заложить его вновь, — вставила Мириам.
— Полный бред, — презрительно буркнул Нед.
— Старина Бен сказал бы: «Утраченного времени не воротишь», — попытался я воззвать к разуму этого дубоватого верзилы.
— А Большой Нед сказал бы, что настало время воротить деньжата, нечестно заграбастанные карточным мошенником, — заявил он, скосив на меня взгляд. — Лучше бы, мистер, за этим завалом оказалось что-нибудь ценное, иначе я вытрясу из тебя не только содержимое твоих дырявых карманов, но и твою жалкую душонку.
Но, несмотря на угрозы, они с Малышом Томом все-таки энергично взялись за дело, мы образовали цепочку из восьми человек и передавали друг другу камни, чтобы быстрее освободить проход к основанию заложенного арочного пролета. Через два часа каторжного труда нам удалось расчистить завал. Широкий подземный проход был закупорен, как бутылка, разномастными известняковыми блоками.
— Вполне понятно, почему его заложили, — задумчиво произнес Тентуистл. — Чтобы в город не могла проникнуть вражеская армия.
— Этот арочный проход соорудили древние евреи, — уверенно заявил Фархи, — но арабы, крестоносцы или тамплиеры замуровали его. Землетрясения обрушили часть сводчатого потолка, и с тех пор про него забыли, он упоминается разве что в легендах.
— Так давайте размуруем его, — устало сказал Иерихон, поднимая железный прут.
Первый камень обычно труднее всего высвободить. Мы боялись стучать и грохотать, поэтому осторожно вычистили раствор, а потом наши силачи, Нед и Иерихон, попытались извлечь массивный камень. Их мускулы вздулись, известняковый блок еле двигался, скрежеща, как тяжеленный сундук, но в итоге они выдрали его из кладки и, подхватив на руки, тихо, точно домашние тапочки, опустили на пол. Фархи упорно поглядывал в потолок, словно мог как-то увидеть реакцию мусульманской стражи, дежурившей за каменной толщей.
Нагнувшись к отверстию, я вдохнул выходящий из него спертый воздух. Темнота. Выскребая раствор, скрепляющий соседние блоки, мы по очереди извлекли их и сложили у стены. Наконец отверстие стало достаточно большим, чтобы в него мог пролезть человек.
— Мы с Иерихоном пойдем на разведку, — сказал я. — А вы, моряки, оставайтесь на страже. Если там обнаружатся сокровища, то мы передадим их вам сюда.
— Вот еще, дьявол тебя разрази! — запротестовал Большой Нед.
— Я согласен, — решительно сказал Тентуистл. — Мы выполняем задание нашего морского командования, господа, и, нравится вам это или нет, все мы служим Британской короне. Кроме того, все изъятое достояние принадлежит государству и будет распределено позднее согласно призовым правам. Ваш вклад несомненно будет принят во внимание.
— А нам ваше морское командование не указ, — возразил Иерихон.
— Но вы же получаете жалованье от сэра Сиднея Смита, — заметил Тентуистл. — И Гейдж также работает на него. А значит, во имя короля и Британии, мы проникнем в эту дыру все вместе.
Я положил руку на ствол винтовки, оставленной у стены пещеры.
— Вас послали сюда не как кладоискателей, а как рабочую и охранную команду, — попытался возразить я.
— А вас, Гейдж, послали в Иерусалим как разведчика короны, а не как частного искателя сокровищ.
Рука лейтенанта потянулась к пистолету, его примеру последовал и энсин Поттс. Нед и Том схватились за рукоятки сабель. Иерихон с угрожающим видом взял наперевес лом.
Мы все дрожали от возбуждения, точно соперничающие псы в мясной лавке.
— Прекратите! — прошипел Фархи. — Вы что, окончательно сдурели? Начнете драку, и сюда сбегутся все мусульмане Иерусалима! Ссоры сейчас просто недопустимы.
Немного поколебавшись, мы опустили руки. Он был прав, со вздохом признал я.
— Ладно, и кто из вас хочет идти первым? В Египте дой стеной прятались змеи и крокодилы.
Ответом мне было встревоженное молчание.
— Похоже, ты, мистер, у нас самый опытный, — наконец буркнул Нед.
В общем, я пролез в дырку, помедлил чуток, убедившись, что никто на меня не нападает, вытянул из отверстия фонарь и осветил темный проход.
От неожиданности я едва не выронил светильник. Из рассеявшейся темноты на меня уставились зловеще оскалившиеся черепа.
При ближайшем рассмотрении черепа оказались ненастоящими, их изваяли из камня. И все-таки этот своеобразный фриз из высеченных в камне черепов со скрещенными костями, отделявший стены от сводчатого потолка, производил жутковатое впечатление. В Египте мне не встречалось ничего подобного. Остальные пролезли за мной, и когда они разглядели этот отвратительный бордюр, у моряков вырвались самые разные восклицания — от испуганного «Господи Иисусе!» до более радостного, но преждевременного заявления: «Пиратский клад!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
