оденусь.
— Да, конечно! Я подожду.
— Я быстро.
Оставив открытой входную дверь, я вернулся в комнату, зажег свет и принялся одеваться. Пока я это делал, голова окончательно проснулась и принялась генерить мысли.
Так, думал я, пропихивая руки в рукава рубахи, и что же это у нас получается? Ночные разговоры. О чем? О чем может посреди ночи юноша разговаривать с девушкой? На ум приходит только одно. То, что в приличном обществе называется неприличным… У-у-у! А принц-то какой шустрый! Стефи же вроде его послала? Мириться пришел? Похоже. Итак, значит, она его впускает, он кается, она тает (это нетрудно представить, помня, сколько золота в ней светится!), прощает… А потом? А потом эта ромашка берет и дает себя сорвать! Да запросто! Ума хватит. Точнее, не хватит. Последний при виде принца отвалится. Как говорится, это к бабке не ходи! Диний, значит, затем сваливает, а мы, месяца эдак через два или три, узнаем, что у Стефании будет ребенок… Феерия! В общем-то это дело ее и его… Но! Принц тут, похоже, тайком. Думаю, что никто его не видел, кроме меня. И если Стефи начнет потом что-то блеять на эту тему, то вряд ли кто ей поверит. Особенно если Диний уйдет в отказ… Зачем, спрашивается, его маме такая невестка? Наверняка у нее уже получше на примете есть, для сыночка-то! Меня выступать свидетелем тоже как-то не тянет… Против императорской семьи? Ха! Еще в сговоре обвинят. А могут и ее беби на меня повесить! Да запросто! Сразу вспомнят, кто ее в фургоне катал. Сроки с тех пор, конечно, прошли, но если они и раньше вдвоем «катались», то почему бы им не «прокатиться» еще разок? Так и подумают. Сихота с два потом докажешь, что ты не верблюд. Еще и предложение сделают, от которого сложно будет отказаться: мол, бери все на себя, а мы тебе… а если нет, то мы тебя… И эта будет — с расширенными глазами и с ребенком на руках. Нагуляла! Здесь не Земля. Просто так такое тут не прокатит. И что потом делать? Проще всего просто не иметь этих проблем. И все! Поэтому… поэтому принц сегодня к Стефи не попадает! А попадает… попадает в неприятную ситуацию! Какую? Ща придумаем! Будь спок!
Одевшись во все черное, вышел к принцу.
— Пойдемте, — пригласил его за собой и начал спускаться по лестнице. Я тоже, как и Стефи, живу на втором этаже.
Небрежно поинтересовался:
— А как же вы нашли меня?
— У вашего дома растет приметное дерево. С развилкой.
А, да! Есть такой баобаб! Заметный. Что-то в принце меня напрягает… Что? Руки! Его пустые руки!
Улица встретила нас бархатной августовской темнотой, наполненной звуками цикад или сверчков. За дверью обнаружился еще один охранник. Первый нашелся под лестницей, на первом этаже. Оба мужика в черном, с черными масками на лицах. Мы с принцем вышли на дорожку, и охрана разделилась: один исчез в темноте впереди, второй где-то сзади, оставив нас вдвоем.
— Принц! Ваши пустые руки вызывают у меня когнитивный диссонанс! — поняв, что я могу с ним сделать, начал я загонять его на рельсы, под неизбежный трамвай.
— Что? — растерялся тот. — Какой диссонанс?
— Страшный. Вы идете к девушке, и в ваших руках нет цветов! Это против всех правил этикета! Это же кошмар!
— Ну… — замялся тот, — я хотел… но не знаю, захочет ли она вообще говорить… потом… из дворца… с букетом… было бы невозможно выйти незаметно… А где теперь их взять?
Опс! Его высочество не уверен, пустят ли его вообще на порог? Забавно. А что, разве нельзя было заранее позаботиться о цветах в оговоренном месте? Сплоховал принц, сплоховал… Ладно, продолжаем разговор! Это сейчас мне только на руку.
— Цветы? Это же просто! Тут недалеко есть клумба с отличными розами! Сейчас накосим на ней вам охапочку… — (Главного агронома с утра удар хватит, как пить дать, но это его проблемы!) — Не с пустыми же руками вам идти?
— Правда? — искренне обрадовался принц. — Ой, я буду вам очень признателен!
— Пустяки, ваше высочество, пустяки! А какая будет ваша тактика, вы уже думали?
— Тактика? В смысле? — озаботился принц.
— Ну как вы будете действовать? Чего вы хотите добиться от этой встречи?
— Добиться? Я хотел… просто поговорить. Видите ли, всплыли некоторые обстоятельства… точнее, я узнал… В общем, я был несправедлив к Стефании. И хотел бы извиниться.
— Все понятно. Рискну дать совет: в данной ситуации разговоры — вещь совершенно лишняя!
— Да? А… что?
— Действие, принц, действие! Смелость города берет! Никаких унылых бесед!
— А как?
Диний смотрел на меня, как на вещающего пророка.
— Просто. Ночь, лестница, окно, букет, поцелуй!
— Э-э-э?
— Только представьте: тихий стук в окно, она открывает, перегнувшись через подоконник, смотрит, тревожно вглядываясь во тьму… а там, с огромным букетом одуряюще пахнущих роз, вы, принц! И вы ее, всю такую изумленную, теплую и сонную, притягиваете к себе и целуете долгим и страстным поцелуем в нежные губы! Все! Вуаля! Она вас тут же прощает и вся ваша навеки! Разговоры только все испортят. Одно движение, один поцелуй! Он скажет и расскажет лучше тысячи слов!
— Да-а-а… — ошеломленно выдал принц, видно представляя сцену, и забавно округлил глаза. — Вы думаете…
— Че тут думать? Че думать? Действовать надо, а не думать!
— Да, действовать! Действовать! А она… не обидится?
— Ха! Сотни тысяч девушек только могут мечтать о такой романтической сцене! А у нее она случится! Да Стефи потом всю жизнь об этом вспоминать будет! Пошли за розами и лестницей!
— Пошли!
Мы накосили роз кинжалом, взяв его у одного из охранников. Принц исколол шипами все пальцы, пытаясь организовать букет-охапку. Я посоветовал использовать для их заворачивания его плащ (чем больше следов физического пребывания принца здесь останется, тем лучше).
— Она же исколет руки до крови! — аргументировал я.
Принц без звука расстегнул застежку плаща и стянул его с себя.
Хм. Похоже, он ведь сам… влюблен, хмыкнул я, присмотревшись к его ауре. Как есть, весь
