В какой-то момент пришла Лорика и модельки с завтраком. Девушки расселись кто куда и неотрывно наблюдали за тем, как я орудую ножницами и периодически отплёвываюсь от волос. Всё потому, что мне не хватало рук, и я, забываясь, зажимала расчёску губами. Но я на них даже не отвлекалась — не до того было.
А вот когда я вымыла Бутистану голову в финальный раз и высушила при помощи артефакта-ветерка, укладывая пряди руками — на полноценную укладку расчёской я пока была не способна, — и предъявила зрителям результат, девушки повскакивали с мест, громко выражая восторги. Я им поклонилась.
Ну да. Бутистан выглядел клёво! Стильно, ухоженно, красиво! Не беда, что стрижка была кое-где кривовата. По сравнению с тем, что творилось у волчонка на голове до этого, моя работа выглядела шедеврально. Бутя и сам минут десять не мог оторваться от зеркала: всё поворачивался то одним, то другим боком, трогал волосы и присвистывал — так сильно ему понравился результат. У меня сердце заполнялось теплом и счастьем от того, что первому клиенту моя работа понравилась.
После мы прервались на недолгий завтрак, а перекусив, я засучила рукава, пытаясь оптимизировать работу и успеть всех окультурить до прихода искусников.
Превращать моделей в красоток я начала с Волнаи. Первым делом решила протестировать, как возьмётся на её блёклых волосах краска. Для нового образа нимфы я выбрала синий цвет. Нужный мне состав лесовины делали из диких бутонов какой-то лианы для придания оттенка тканевым волокнам, но вот как он возьмётся на волосах живого существа, я не имела понятия.
Но кто не рискует, тот не пьёт шампанского, правда же? Поэтому, решительно нанеся кисточкой мелкую кашицу почти чёрного цвета на пару прядей Волнаи, я завернула их в подобие нашей пергаментной бумаги для жарки — вчера в трактире у феюна выпросила
— подколола зажимами и оставила выдерживать время. Сама же подхватила под руку Реми и повела в косметологический кабинет.
Депиляция — процедура неприятная, но! У Лорики в волшебном чемоданчике — в том, в котором она принесла все образцы представленных в каталоге товаров — нашёлся анестетик. Оказывается, на Элмезе умели обезболивать травмированное место. Аллилуйя!
— Ох, мадам Дарина, как же мне страшно! — уложить полукровку на кушетку удалось не сразу. — Ущерб точно будет поправимым?
Она хваталась за меня руками, заглядывала жалобно в глаза и совсем не торопилась откидываться на спинку, чтобы отдаться в мои руки.
— Даю слово! — клялась я, пытаясь справиться с более крупной и сильной девушкой. — Но мне думается, что результат тебе так понравится, что ты решишь повторить процедуру, когда эффект пропадёт…
Я сулила клиентке всё новые и новые блага, пока мазь делала нечувствительными к боли нужные мне участки лица Реми. Минут через пять она более или менее расслабилась, а я, перед тем как приступить к неприятной процедуре, сбегала в парикмахерский зал, проверить окрашивание Волнаи.
Развернув один кусок пергамента, я от души порадовалась результату. Прядка получила нежно-голубой оттенок, именно такой тон я и хотела увидеть. Поэтому сейчас нужно избавить волосы от красителя, чтобы не передержать.
— Ло, смой, пожалуйста, с этой прядки краску и закрепи результат тем кислым раствором из порошка жёлтого плода. Ну того, что я брала для варки сахара, а со второй пусть пока сидит, — распорядилась я, точно зная, что лисовина меня поняла, и помчалась выпалывать сорняки с лица Реми.
Что ж, надо признаться, повозиться с ними пришлось минут сорок. Во-первых: я уже сто лет как не делала депиляций. Во-вторых: таки самостоятельно сваренный из иномирных ингредиентов материал — это вам не дорогая паста от известного производителя. Пока наловчилась, пока уловила руками нужное движение… Но, главное, в конце концов, растительность я победила, доработав брови пинцетом. Положила на пострадавшие участки успокаивающую мазь из запасов лесовины и велела клиентке лежать, не двигаясь, пока я за ней не вернусь. А сама метнулась в парикмахерский зал, где занялась Волнаей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
За сорок минут первая прядка высохла и ещё немного посветлела. Я бы назвала получившийся цвет льдистый блонд. А вторая прядь, которую продержали под краской час, стала темно-синей. Не иссини-чёрной, а именно благородного густого синего цвета. У меня руки зачесались от предвкушения, как только я представила результат, который получу.
Сначала нанесла краску на всю голову и оставила Волнаю с ней сидеть десять минут под самодельной шапочкой из хрустящей бумаги. А потом, смыв первый состав, набрала с макушки расческой пряди как на мелирование. Я заворачивала их в заменитель фольги и фиксировала зажимами, очень надеясь, что всё получится.
Как это делается — я прекрасно знала в теории. Миллион раз видела, а не далее чем две недели назад у меня в салоне вообще семинар по окрашиванию проходил… Я приглашала известного тренера. Эх. Знала бы, вообще бы не отвлекаясь смотрела за процессом!
Но что уж тут поделаешь, буду вспоминать то, что успела уловить. Закончив с волосами, я принялась за работу над глазами нимфы.
Краску на брови и ресницы нанесла прямо в парикмахерском кресле и побежала проверить Реми.
Лорика с Бутистаном смотрели на меня во все глаза. Ох, не знаю, что они, бедолаги, там про себя думали о безумной хозяйке, но вслух не осуждали, даже когда я заявляла:
— Смотрите и запоминайте, мои дорогие! Ты, Лори, должна будешь уметь меня подменить, если что. А ты, Бутя, просто должен разбираться во всех тонкостях предприятия, на котором работаешь.
Помощники кивали, модели безмолвно терпели, дело спорилось…
Шугаринг не подвёл и слишком травматичным не стал. Краснота с лишённых растительности мест у полукровки постепенно сходила. Напряжение начало меня понемногу отпускать. Я видела, что всё задуманное получается.
Оставив уже почти готовых к фотосессии моделей в покое, я усадила за маникюрный столик лесовину. Плечи ныли и ноги гудели, но вера в успех придавала сил.
Обработала кутикулы одной руки своей помощницы палочкой-лопаткой, подпилила ногти, придав им овальную форму, и взялась за лак. Тонким слоем покрыла один ноготь, а потом быстро, пока лак не высох, нанесла кисточкой каменную блестящую пыль, а сверху ещё тонкий слой лака. Что ж, получилось очень даже красиво! Удовлетворившись результатом, покрыла и остальные ногти.
Потом можно будет и французский маникюр попробовать сделать… Но это когда появится время. Сейчас же пришла пора глянуть на то, что вышло с бровями, ресницами и прядями Волнаи — она так и сидела у меня в кресле с закрытыми глазами.
Когда смыла краску, чуть не завизжала от восторга! Надо же! Вышло идеально! Немного доработать форму пинцетом— и нимфа станет изумительной фотомоделью.
Надеялась, что новый образ понравится и ей тоже, ведь Волная прямо на глазах из бледной моли превратилась в волшебную, завораживающую иной красотой сказочную бабочку. Я в жизни никого красивее не видела! Тёмно-синие брови и ресницы подчеркнули её бледно-голубые глаза, наполнив загадочной прозрачностью, заставили кожу излучать свет, а двухцветное мелирование придало волосам пикантную изюминку.
Ну, блин, я гений! Просто магически-бомбический фейерверк, а не результат! Мне хотелось прыгать и хлопать в ладоши. Добавляло радости ещё и то, что Ло и Бутя тоже смотрели на новую Волнаю разинув от восторга рты, что подтверждало — она потрясающая!
Правда, самой нимфе я пока полюбоваться результатом не позволила. Вот сделаю причёску, тогда и оценит все разом. Ну а пока попросила Лорику снять остатки мази и вывести из косметологического кабинета Реми.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
К сожалению, её я пока красиво покрасить не могла. Не было у меня средства для осветления, подобного земной супре. Надо сначала дождаться от бабушки Ло специальной доработки того состава, в котором я уловила запах аммиака — она обещала сделать это как можно скорее, — и вот тогда я примусь за брюнеток.
Сегодня же я могла подчеркнуть ухоженное лицо Реми лишь красивой причёской. Расчесала волосы до блеска и сколола их на висках доставленными от Скрула бабочками. Полюбовавшись результатом сама, развернула клиентку к зеркалу.
