— Ло, а какому народу принадлежит Реми? — так представилась подруга Волнаи.
— Да ни к какому. Полукровка она, — в который раз удивила меня Лорика. — Такие рождаются у наложниц оборотней, если вдруг природа создательница того пожелала, и оборотень пренебрёг контрацепцией. Полукровок у нас совсем мало и все они общественницы. Мужчины совсем не хотят с бедняжками иметь дел…
Ну и дураки! Реми обещала стать настоящей красавицей после депиляции и кое-каких других манипуляций с внешностью. Мы им ещё покажем! Они ещё в очередь к ней выстроятся! Да и к Волнае тоже.
Ближе к ночи Лорика уехала домой и опять на такси. Можно было бы разложить их с Бутей по диванам, теперь у меня их два — на ресепшне и в гостиной второго этажа, — да вот ни белья, ни одеял с подушками лишних не было. Утром нужно обязательно этим озаботиться вот на такие случаи.
Ох! Сколько же мне предстоит всего сделать завтра!
Как подумаю, сразу хочется получить маховик времени, как был у Гарри Поттера.
Глава 21
Я проснулась без будильника. Кому и когда проблемы давали поспать? Вот и я исключением не стала. Всю ночь мне снились всякие бредни: то я силой укладываю на кушетку клиенток и выщипываю им брови, а они орут как резанные, отбиваются… то бегу куда-то от толпы девушек, требующих сделать их красивыми.
Кошмары, в общем, мне снились. Это всё игры подсознания виноваты. Днём я изо всех сил бодрилась, отгоняя пессимистичные мысли, но страхи проникли во сны. Только подаваться им я не планировала. Поэтому бодро подскочила с кровати, привела себя в порядок, разбудила мелкого, приняла доставку завтрака — сегодня курьером была дриада, но я пока не очень понимала, как смогу ей помочь, поэтому на фотосессию не позвала.
А она ждала, между прочим — я по глазам видела… Ничего, потерпи, милая, и тебя сделаем красоткой.
Только мы с Бутей поели, как пришла Лорика. Лесовина вызвала для нас наемную повозку, и мы с волчонком отправились в ведомство альфы Тераса. Сама же помощница осталась в салоне за главную принимать доставку. Вдруг в наше отсутствие что-то привезут?
Я ещё по посещению первого собрания помнила, что центральное управление общественным порядком располагается на главной площади столицы и, в принципе, до него идти было минут пять, но Бутя-то у меня нелегал, поэтому рисковать мы не стали.
— Назначено? — рявкнул на нас суровый оборотень, едва мы вошли в огромный тёмный холл вотчины силовиков.
Я огляделась. Мрачненько, негостеприимно и неуютно. Наверное, так и должно быть в подобном месте, но мне совсем не понравилось. Особенно встречающий.
Дежурил на вахте, само собой, волк. И больше чем уверена: кто я такая и что нас ждут — знал, а рычал для острастки. На Бутистана, к слову, подействовало — он вздрогнул, а на меня нет — пуганая.
— Назначено. Мадам Дарина с сопровождающим, — холодно представилась я, и дежурный сделал вид, что проверяет списки. — Проводи нас к альфе Терасу.
Было заметно, что моя реакция оборотня удивила, но он старался не показывать вида и поэтому остался подчёркнуто нелюбезным.
— Третий этаж, приёмную не пропустите.
Эх. Чувствовала, беседа будет сложной, раз Терас дал подчинённому указание запугать меня с порога.
В приёмной нас тоже с объятьями не встречали.
Секретарь альфы усадил Бутистана на стул, а в кабинет позволил войти только мне. Хоть бы не расклеился без меня мальчонка! Уходя, потрепала его по лохматой голове, чмокнула в затылок и пообещала, что всё будет хорошо.
— Доброе утро, альфа Терас. Спасибо, что согласились меня принять, — в кабинет вошла решительно и поздоровалась, будто холодного приёма вовсе не заметила. Ни к чему нагнетать.
Главный волчище сидел за столом и читал бумаги, но, услышав моё приветствие, оторвался, подняв ярко-жёлтые глаза, опушённые тёмными ресницами. К великому сожалению, я в очередной раз отметила животный, хищный магнетизм этого альфы и невольно поежилась. Вот совсем не вовремя эти мурашки взялись бегать!
— Что тебе понадобилось от меня, человечка? — рыкнул глава ведомства.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Жаль что я, похоже, на него вообще никакого впечатления не производила. Это неожиданно ранило самолюбие. А я ведь специально заплела сегодня волосы в колосок, который мне всегда шёл, и надела серое платье — этот цвет мне к лицу.
Ну да ладно, я не кокетничать пришла.
— Сейчас в приёмной дожидается половинчатый ребёнок, — перешла я к делу, отринув глупые переживания, — и я хочу получить для него разрешение на проживание…
Альфа с шумом захлопнул толстый журнал, который до этого читал, и, облокотившись на стол, зло на меня прищурился. Спасибо, что не зарычал, обнажив клыки.
— Мне не нравится, что ты пытаешься проворачивать в моем городе, — тихо, а от этого ещё более зловеще проговорил он. — Не нравится, что ты вводишь свои правила, не нравится, что ломаешь наши традиции, не нравится, что ставишь с ног на голову мысли жителей столицы…
Он, наверное, мог перечислять свои претензии до вечера, но у меня на сегодня запланирована ещё куча дел, поэтому я преодолела страх:
— Спасибо, что поделились своими личными переживаниями, альфа, но я бы хотела получить конкретный ответ на конкретный вопрос от вас как официального лица, а не вот это вот всё, — прервала я волчьи душеизлияния.
Пусть переходит к сути.
— Нет!
Я и не ожидала, что волчара прямо сразу согласится, поэтому была готова у отказу.
— На каком основании?
— А какие у меня основания давать необученному половинчатому разрешение, тем самым позволяя и другим на него надеяться?
— А что в этом плохого? Я даю ребёнку работу за питание и жильё, он учится самостоятельности под моей опекой. Что ещё нужно?
— У нас так не принято! — Терас хлопнул журналом по столешнице, и я вздрогнула. — Завтра к тебе приведут следующего половинчатого, его тоже примешь на работу?
Он поднялся с кресла, а потом сел обратно. Я собралась в готовую выстрелить пружину.
— Придумаю что-нибудь. Мне будут нужны ещё сотрудники! Всех приму, если придут!
Признаюсь, вошла в раж, не желая сдаваться, и уже прикидывала, смогу ли обучить мальчишек парикмахерскому делу, к примеру. А что мне оставалось делать?
— Ты прогоришь, и что тогда будет с ними? С этим половинчатым что будет?
Тьфу! Ворона он, а не волк! Я подошла к столу, поставила ладони на столешницу и, наклонившись, уставилась в жёлтые глаза без всякого страха. На адреналине он просто исчез.
— Дайте временное разрешение, — с жаром зашептала, пытаясь проникнуть волку в душу. — На три месяца дайте. Если прогорю, Бутистан отправится в резервацию, а я туда, куда отправит совет альф.
Терас хмыкнул и откинулся на спинку кресла. Не проникся, зараза.
— А если не дам, то что?
— Я подам в суд. Пусть альфа Армин решает, правомерно ли вы нам отказали.
Я не имела понятия, возможен ли такой вариант развития событий. Действовала по наитию и аналогии с земными законами, но вроде бы не ошиблась. Правда, это мне не очень помогло.
— Подай. Тяжба будет длиться примерно три месяца. В это время половинчатый отправится ждать решение суда в поселение Омега.
Козёл даже, а не ворона он! Я скрипнула зубами.
— Неужели вам не жаль ребёнка? — зашла я с другой стороны. — Ведь это в вашей власти — позволить ему жить в нормальных условиях и честно работать. Уверена, жители столицы станут уважать вас за милосердный поступок ещё сильнее…
— В моей, ты права… Но в чем мой интерес? Зачем мне это делать? Мне вполне хватает того уважения, которое я имею за правление твёрдой рукой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Зря я пыталась призвать волка показать свою человечность, он не ведь не человек. Вздохнула тяжко и оторвалась от стола с намерением покинуть кабинет и направиться в суд — может, филин что-то подскажет? Но Терас, разгадав это намерение, меня остановил:
— Поклянешься мне, что не будешь иметь никаких отношений с альфой Доминусом, кроме деловых. Так же поклянись, что встретишься с моей сестрой и обработаешь её своей магией красоты. А самое главное — поклянись в том, что пойдёшь со мной через месяц на городской праздник чествования Матери природы создательницы. Если согласна на мои условия, я дам разрешение на проживание твоему половинчатому.
