бесчувственные чурбаны, но чтобы такое! Слёзы потекли из глаз Рицпы, и, чтобы скрыть их, она бросилась Рэйшену в объятия, спрятав лицо у него на груди. Дроу совсем растерялся. Он слёз не любил, дроу вообще презирали любые проявления слабости. Хотя, наверное, женщине можно немного поплакать. Если, как говорит сама Рицпа, она не собирается отбить его у Элины, несчастную баронессу нужно просто немного пожалеть. От него не убудет, а потом, вечером, он тихонько расспросит Элину, что это могло означать. Рэйшен обнял Рицпу и нерешительно погладил её по тонким, местами поседевшим волосам:
— Ну, хватит, хватит, не плачь, всё хорошо, тебя никто ни в чём не винит…
— Но все думают, что я готова предать в любой момент! — всхлипывала баронесса.
— Никто так не думает, все к тебе нормально относятся, — немного покривил душой дроу. Его широкие ладони тем временем спустились с волос на плечи, на спину и как-то незаметно для самого Рэйшена ещё ниже.
Рицпа перестала рыдать, затихла в руках Рэйшена. Никогда её муж не прикасался к ней с любовью и нежностью. От него невозможно было дождаться даже простого сочувствия, поэтому Рицпа прислушивалась к своим ощущениям и наслаждалась ими. Неужели этой Элине достаётся ещё больше, причём каждый вечер и без всяких усилий с Элининой стороны? Она просто не ценит этого необычного мужчину… И Рицпа, сама того не замечая, ластилась к Рэйшену, как кошка, выгибая спину.
Глава 54
Сегодня Элинины мучения закончились. Ей было не жаль денег, уплаченных за вставленный зуб, — результат и впрямь того стоил. Зловредный гном вживил ей зуб, до малейших деталей похожий на натуральный, и зуб прекрасно вписался в челюсть новой хозяйки. Улыбаясь во весь рот (теперь-то можно!), Элина возвращалась на постоялый двор. Вечером следовало сообщить всем, что они могут двигаться в Глорк. Ей казалось, что, едва попав в столицу, она сразу же найдет непутёвого сына Рицпы, а потом придумает способ, как попасть в королевский дворец и — уж как пить дать! — заслужить королевское прощение и помилование. Сердце её пело.
Уже во дворе Элина наткнулась на Эри. Мальчик выглядел огорчённым.
— Что случилось, герой? — весело спросила Элина. — Давай поможем исправить!
Эри покачал головой.
— Нет, ничем ты мне не поможешь. И себе, наверное, тоже…
Элина несколько растерялась, хотела расспросить мальчугана поподробнее, но он уже убежал. Её радужное настроение несколько испортилось, но, в конце концов, выспросить у ребенка, что произошло в его нелёгкой мальчишечьей жизни, можно и чуть позже. А сейчас стоило бы найти Рэйшена, похвастаться, что не удалось Имраину испортить её лицо!
И Рэйшен нашёлся. Вначале Элина не поверила своим глазам: он обнимал Рицпу, а та прильнула к его груди. Нет, такого просто не могло быть, наверное, мастер-гном использовал какое-то наркотическое средство, и теперь ей просто мерещится всякая чушь. Элина поморгала, а потом протёрла глаза. Дикая сцена не исчезла, только почему-то стало темнее и холоднее. Погода, что ли, портится?
Рэйшен всегда чуял неприятности. А вот сейчас прозевал. То ли спокойная, мирная жизнь расслабила его, то ли ещё что… Он поднял глаза и увидел Элину. Откуда она тут взялась, он не понял, но ясно было, что сейчас случится что-то ужасное. Такое лицо у неё было дважды — когда она увидела сгоревшее Примежье и когда она всадила арбалетный болт в лицо барону… Рэйшен даже стрельнул в сторону глазами, высматривая арбалет, но, к счастью, оружия при Элине не было.
— Вы не смущайтесь, продолжайте, — проговорила Элина, и голос её был холоднее зимней ночи в горах.
Только тут Рэйшен сообразил, что всё ещё обнимает Рицпу. Он попытался оттолкнуть её от себя, но не тут-то было. Баронесса тряслась от страха, однако вцепилась Рэйшену в рубаху с неимоверной силой. Дроу поднял руки, будто сдавался на милость победительницы.
— Эли, ну вот правда, ничего не было! Это не то, о чем ты подумала!
Элина молча повернулась и ушла. Рэйшен подумал, что лучше бы она кричала и ругалась, это было бы понятно. Или даже язвила, только бы не молчала так, будто он, Рэйшен, — пустое место. Наконец ему удалось отодрать от себя Рицпу.
— Какого демона ты так вцепилась в меня, курва?! — прорычал дроу.
Рицпа подняла руки, словно он собирался её ударить. Откуда-то сбоку раздались медленные, отчётливые хлопки.
Глава 55
— Великолепно! Изумительно! — насмешливо выдал Ингерам. — Я даже не смел мечтать о такой сцене!
— Это ты подстроил?! — нехорошо удивился Рэйшен.
— Нет, честно говоря, мне это и в голову бы не пришло, — глумливо продолжил бывший лейтенант. — Рицпа молодец, подловила самый лучший момент, настоящая правительница и стратег!
Судя по тону, Ингерам не простил Рицпе того, что она публично отказалась от своего титула и знакомства с самим Ингерамом.
Рэйшен грубо выругался.
— Да-да, надеюсь, тебе больно! И твоей лахудре тоже!
— Ингерам, не надо так! — почти простонала Рицпа. — Рэйшен, прости меня, я не хотела, чтобы так вышло! В конце концов, мы ничего плохого не сделали! Ничего не было! Ты же сам сказал, что никогда не любил и не полюбишь меня!
— Ну да, сказал, — охотно согласился дроу. — И, в самом деле, ничего же не было…
Ингерам всё ещё насмешливо кривил губы:
— Да-да, конечно! Ничего не было! Кто из вас догонит её и скажет это? Кому она поверит?
Рэйшен понимал, что проклятый дезертир прав. Элина никого не будет слушать, а сделает по-своему, на то она и Элина. Да, между Рицпой и Рэйшеном никогда ничего не было и быть не могло, но на душе от этого легче не становилось. Рэйшен припомнил, как Элина предупредила его о флирте с другими женщинами и о том, что она терпеть этого не станет. Как же исправить ситуацию? Для поднятия настроения Рэйшен двинул бывшему лейтенанту в зубы, да так, что не только стёр глумливую ухмылку с его лица, но и опрокинул Ингерама наземь. Рицпа придушенно пискнула, но её трогать Рэйшен не стал, просто оттолкнул и зашагал к дому. Костяшки на правой руке привычно заныли. Дроу решил, Элина выслушает его, и недоразумение разрешится само собой.
Глава 56
Клодия с утра готовилась к вечернему наплыву посетителей. Она натирала посуду, расставляла и раскладывала всё в порядке, известном только ей. Эта нудная работа отнимала много времени, сил и внимания, но Клодия невольно отвлеклась, увидев, как Элина с отчуждённым лицом проходит к лестнице на второй этаж.
— Чего с тобой? Зуб, что ль, не поставился?
— Поставился.
— Больно?
Элина остановилась и странно посмотрела на хозяйку постоялого
