нем. Волосы собраны, глаза словно светятся, плечи расправлены. Взгляд сильный и острый.
– Эстееер, – говорит она мне пронзительно и протяжно. И повторяет свое имя: – Эстееера.
– Эстера? – переспрашиваю.
Она что-то шепчет губами, глядит строго и требовательно. Но я не понимаю – не слышу.
Вздрагиваю, подскочив в постели.
– Госпожа, – тут же подбегает Лилит, – вы вновь бледны. Вам нехорошо?
– Эстер, – шепчу, – Эстера…
– Что? – удивленно моргает служанка. – У нас нет такой.
– Лилит, дай воды.
Она тут же подает стакан. И я выпиваю всю воду.
– Благодарю, – киваю.
Лилит внимательно меня осматривает, после чего спешит выйти. Я же спускаю ноги на пол, но понимаю, что перед глазами все кружится.
– Роза, – подхватывает меня Гровт, – что с вами?
Что-то говорит служанке, их голоса смешиваются.
Сколько времени проходит, не знаю, но чувствую, что меня поднимают на руки. И грозный голос Олмана, требующий, чтобы все вышли. Кто все? Его шепот о чем-то, что так не должно было воздействовать. Руки, касающиеся моего лба. От его пальцев тепло, и я отчетливо вижу силуэт мужчины. Он лежит рядом, а от его рук ко мне идут искры. Магичить со мной, вообще-то, тоже рискованно, но от пальцев Олмана явно становится лучше, и я облегченно выдыхаю, а мужчина ласково поглаживает мое лицо.
– Прости, – шепчет.
– За что? – удивляюсь.
– Не стоило давать тебе тот отвар. Ты же говорила, что тебе от него может стать хуже.
– Ты ведь не знал, – улыбаюсь. – Скажи, ты принес книги по истории?
Слышу тихий смех:
– Принес.
– Благодарю. Это важно, – шепчу, еще не до конца осознавая, что произношу.
– Ты прекрасна, – продолжает он гладить мое лицо, а после волосы.
– Уж точно не сейчас, – смеюсь.
– Всегда, моя королева, – чувствую легкий поцелуй в щеку, и даже сил нет сопротивляться. Точнее, все настолько естественно происходит, словно так и должно быть.
Уже минут через десять я чувствую себя прекрасно: сознание прозрачное, настроение приподнятое и физическое состояние отличное.
Понимаю, что лежу рядом с мужчиной в одной сорочке. Его близость вызывает трепет, а запах приятно щекочет нос.
– Что тебе снилось? – решил прояснить Олман, лежа рядом и поглаживая мои волосы.
– В основном детство, – я поспешила сесть и укрыться одеялом по шею.
– Детство… Наверняка ты была милой, забавной девочкой с россыпью кудрявых черных волос, – я лишь улыбнулась в ответ. – Скучаешь по семье?
– Да, – отвечаю спокойно, – но не могу вернуться.
– Знаю, – подтверждает мои слова Олман, и я тут же перевожу взгляд ему прямо в глаза.
– Что вы знаете? – пытаюсь встать, но мне не дают. Более того, одна рука Олмана ложится мне на талию.
– Ты… – поправляет он обращение. – Знаю, что ты сбежала от принуждения к браку. Обрадовался этому как никогда.
– Что же еще вы соизволили узнать? – становлюсь более суровой. – К чему эти ваши допросы?!
– Разве не ясно?
– Нет, – шепчу в ответ.
– Во-первых, это не нормально, что в нашем королевстве происходят такие вещи. А во-вторых, ты, Роза… Я хочу на тебе жениться.
Тут уж я встала, даже подскочила, быстро.
– Прошу вас. Вы явно торопите события. К тому же я не собиралась замуж в ближайшие… много лет. Да и знакомы мы с вами, едва ли месяц прошел.
– Я не тороплю тебя. Мне тоже нужно решить некоторые вопросы. Я лишь надеюсь, что ты расположишься ко мне и полюбишь. Захочешь выйти за меня. Принуждать никого не собираюсь.
Облегченно выдохнула. Еще не хватало, чтобы он насел. А так… Ну, поймет через какое-то время, что между нами кроме симпатии ничего нет, и я смогу спокойно уехать. Без стеснения и чувства вины. Ведь Олман показался мне благородным человеком. Но определенно я его недооценила – у него явно очень сильный характер, если учесть то, с каким важным видом он заявил мне, что влезет в наши семейные проблемы. И ведь уже успел кое-что узнать. Вот про вид его ничего не могу сказать… Только сейчас осознала, что рассматриваю тень, пытаясь хоть что-то разглядеть. С чего вдруг, интерес возрос?
– Сегодня приезжает мой приятель, – решил напомнить Олман. – Тот самый господин, о котором я говорил.
– Я поняла вас. Покои уже готовы.
– Он не один. Будь осторожна, – Олман встает. – Я постараюсь навещать тебя как можно чаще. Решу пару срочных дел и явлюсь в замок.
Повторяется. Я лишь коротко киваю, а потом поднимаю глаза. «Явится»?
– Нет, в облике человека не смогу, – прочел он в моем взгляде вопрос, и в голосе его прозвучала какая-то напряженность.
Я вновь лишь киваю в ответ, после чего слышу стук в дверь, на пороге появляется Лилит.
– Сегодня госпожа весь день будет в покоях, – отдал приказ Олман. – У нее постельный режим, и лишний раз лучше не беспокоить. Ей нужно хорошо отдохнуть. Ничего тяжелого в пищу не давать. Передай кухарке, на обед пусть сварит бульон.
В удивлении я уже хотела приоткрыть рот, но вспомнила, что это неприлично, поэтому сдержалась. Лилит сделала реверанс и сразу удалилась на кухню.
– Возможно, еще сегодня будет действовать побочный эффект от отвара, и ты не выспишься, но это точно последняя ночь. Я приду утром, проведаю тебя.
Фигура мужчины развернулась ко мне, он поклонился и, пожелав хорошего дня, растворился. Я не успела что-либо ему ответить. А в следующее мгновение ко мне буквально залетела Стела.
– Госпожа, – выдохнула удивленно и обеспокоенно, – слышала, вы заболели?
– Вовсе нет, – поспешила успокоить экономку. – Небольшое недомогание после тяжелого сна. Такое бывает.
– Разве? – не поверила Стела, но я махнула рукой. – Гровт сказал не беспокоить вас, но он сообщил, что нашел учителя для занятий на фортепиано.
– Правда? – обрадовалась. – Пусть приводит.
– Сказал, что договорился о встрече на завтра. Сегодня якобы гости прибудут, и вам еще нездоровится.
– Подготовьте мне большую ванную и закиньте в нее мелису.
– Насколько я поняла, вам от трав плохо, – уточнила экономка.
– Не от трав, от отваров – в них примесь зелья. А во все зелья, что добавляют? – намекнула я на определенное средство. Стела моргнула два раза. – Ну, то, без чего отвар не имел бы примесь зелья, а зелья не были бы зельями…
Я вновь с ожиданием посмотрела на экономку.
– А… – просияла она. – Вы о… о заклинании?
– Не просто о заклинании, – киваю, – а об определенном его компоненте, который влияет на мой организм, и поэтому мне после дурно.
Стела, кажется, поняла. По крайней мере, понимающе кивнула и нехорошо так цокнула языком. Вновь осмотрела меня с ног до головы.
– Давайте быстро в постель. У вас режим.
– О, прошу вас, Стела, – отмахнулась, – Олман преувеличивает.
