на серебряную полку, взял тарелку с чуреком и мясом и опять принялся есть. Вдруг видит — из угла выбежала худая-худая мышь.
Встала мышь на задние лапки и говорит бедняку человечьим голосом:
— Вот уж скоро месяц, как я не брала в рот ни крошки чурека, ни кусочка сала, потому что боюсь я злого великана. Если ты меня накормишь, я всю жизнь тебя не забуду.
Удивился бедняк, что мышь говорит человечьим голосом, бросил ей на землю кусок чурека и кусок мяса и сказал:
— Вот тебе чурек, вот тебе мясо: ешь столько, сколько хочешь.
Набросилась мышка на чурек и мясо и стала есть, а когда наелась досыта, почистила лапкой зубы и усы и так говорит бедняку:
— За то, что ты спас меня от голодной смерти, я помогу тебе победить великана. Только слушай меня и делай так, как я тебе буду говорить.
Засмеялся бедняк и отвечает мышке:
— Как же ты, маленькая мышка, поможешь мне одолеть великана, когда сама ты так боишься его, что от страха не смеешь в пещере ни пить, ни есть!
Тут мышь вскочила бедняку на плечо и запищала ему в ухо:
— Ты не смейся, добрый человек. Сам увидишь скоро, как я тебе помогу.
— Хорошо, — отвечает бедняк доброй мышке, — если поможешь мне победить великана, я возьму тебя в свой хадзар и буду поить и кормить до самой смерти.
Когда солнце скрылось за высокой горой, великан повесил лук на плечо, спрятал стрелы в колчан и пошел по тропинке к своей пещере. Ступит великан одной ногой на тропинку — задрожат все горы, ступит великан другой ногой — и опять задрожат все горы.
От великановых шагов закачалась пещера, зазвенели серебряные кинжалы и булатные стрелы по стенам, закачался медный чан, — так закачался, что высокие волны пошли из стороны в сторону.
Испугался бедняк, думает: «Видно, не уйти мне живым отсюда».
А маленькая мышь говорит ему на ухо:
— Это злой великан идет с охоты. Скорей бери из угла турий рог и кричи великану: «Эй, трусливый великан, не хочешь ли ты со мной побороться?» А что будет дальше, увидишь сам.
Схватил бедняк турий рог из угла, приставил его к губам и закричал на все ущелье:
— Эй, трусливый великан, не хочешь ли ты со мной побороться?
Услыхал великан громкий голос и удивился, удивился и остановился. А когда увидел бедняка с турьим рогом, так громко рассмеялся великан, что от смеха его сильнее прежнего задрожали горы и пещеры.
— Где тебе, клопу, тягаться со мной, с великим великаном! — отвечает он бедняку. — Сначала посмотрю я, есть ли у тебя сила в руках и в ногах, есть ли у тебя мощь в груди, а потом уж решу, стоит ли с тобой бороться.
— Хорошо, пусть будет так, как ты хочешь! — закричал бедняк, а сам весь дрожит от страха и все смотрит на маленькую мышь и ждет, не научит ли она его, как уйти живым от злого великана.
Великан тем временем схватил гранитный камень, сжал его в ладони так, что из камня вода потекла.
— А ну-ка, попробуй и ты сжать гранитный камень, — кричит великан, — тогда я поверю, что ты не простой горный дзигло!
Растерялся бедняк, не знает, что ответить великану. А мышь уже пищит бедняку на ухо:
— В углу пещеры есть кувшин, полный масла; Возьми этот кувшин, сожми его раз, сожми его два раза, а потом переверни, и масло потечет по склонам гор.
Принес бедняк кувшин с маслом, сжал его раз, сжал его второй раз, потом вылил все масло и кувшин разбил о скалу.
Не знает великан, что бедняк сжимает не гранитный камень, а кувшин с маслом, и думает: «Эге, видно, этот горный дзигло в самом деле не простой горец, а настоящий силач». Подумал так великан и опять кричит бедняку:
— Эй, собака, горный дзигло, не радуйся раньше времени своей удаче! Если ты оторвешь кусок от скалы, тогда вправду ты силен.
Потом схватился великан руками за выступ скалы, ногами уперся в землю, оторвал полскалы и кинул в ущелье.
Как увидел это бедняк, сильнее прежнего испугался. А мышка опять ему говорит на ухо:
— Возьми из кадушки большой круг овечьего сыра и съешь его кусок за куском. Великан подумает, что ты ешь белый камень, и сам испугается тебя.
Принес бедняк из кадушки большой овечий сыр и закричал:
— Скалу и ребенок оторвет, а вот ты смотри, как я съем белый камень!
Отломил бедняк кусок сыра и съел его, потом другой кусок отломил и съел, за другим — третий, и так съел бедняк весь большой круг овечьего сыра.
Видит великан в руках у горного дзигло белый сыр и думает, что это настоящий белый камень. А когда бедняк съел весь сыр и вытер губы, великан, задрожал от страха и подумал: «Видно, на свою гибель я принес в пещеру этого шайтана. Где это видано, чтобы человек ел белый камень, точно овечий сыр!»
Потом великан опять закричал что было сил:
— Эй, горный дзигло, теперь сделай так, как я! — Тут великан ударил ногой гранитный камень и превратил его в муку.
Пусть враг твой испугается так, как испугался бедный горец! Задрожал он от испуга, так задрожал, что маленькая мышь свалилась с его плеча на землю. Кто знает, сколько дрожал бедняк; наконец мышь опять взобралась к нему на плечо и говорит ему человечьим голосом:
— У входа в пещеру насыпана куча золы. Топни ногой по этой куче, тогда злой великан подумает, что ты превратил камень в золу.
Обрадовался бедняк, взял турий рог и громче прежнего закричал:
— Превратить гранитный камень в муку сумеет и маленький ребенок, а вот зажечь гранит, кроме меня, никто на свете не сумеет! — И топнул ногой по куче золы.
Серым дымом разлетелась зола по горам, по лесам и по ущельям. Набилась зола великану в глаза и в нос. Зачихал, закашлялся великан и думает: «Унести бы свою голову от беды!» Подумал так и побежал по ущелью.
Бежит великан и чихает, чихает и зовет сыновей на помощь:
— Скорей сюда, скорей на помощь старому отцу! Спасите меня от горного дзигло!
А бедняк говорит мышке:
— Если бы не ты, не миновать бы мне смерти. Вижу я, что ты самая лучшая
