на свете человек, который жил бы вечно?
И вот пришел день, когда у бедняка умерла жена. Потом пришел срок самому бедняку умирать.
Позвал тогда бедняк своего сына и говорит ему:
— Я умираю, сын мой, а твоя жизнь пусть длится долго-долго. Видишь, пусто в нашем доме, как в пещере. Но не бедняком я тебя оставляю, а богатым: есть у тебя светлая голова и крепкая грудь, сильные руки и ноги и острые глаза, а в груди бьется доброе сердце. Работай не покладая рук. Но помни: не в богатстве счастье, а в детях. Самое большое сокровище на земле — это дети. Без них белый хлеб все равно что мякина, а мясо — сухая кора. Даже солнце так не греет, как дети греют.
Сказал так бедняк и умер.
Соседи оплакали бедняка и похоронили его. А маленький черноглазый сын его остался круглым сиротой в бедном доме, пустом, как горная пещера.
Поплакал, погоревал Уари по своему отцу, потом стал работать, не зная ни дня, ни ночи: то дрова из лесу приносил на своем горбу, то сено косил на лугу, то корзины плел, то ходил на охоту в темный лес, то песни пел или плясал, то шил себе шапку, шубу и обувь из звериных шкур, а то еду себе готовил.
Так шли дни за днями, недели за неделями, годы за годами, и кто знает, сколько времени прошло. Все случается в сказках, на то они и сказки: разбогател Уари. Стал богатым Уари, женился на красавице девушке и хорошо зажил с женой.
Были у него и верблюды, и кони, и овцы, и козы, и стал он жить не там, где жил его отец. Построил себе дом, обнесенный каменной стеной, и еще больше разбогател. Появилось у него золото и серебро.
Но одного не было у Уари — детей.
Уари все время помнил слова бедного отца: «Не в богатстве счастье, а в детях». И говорил:
— Правду говорил дада: хоть немало у меня добра, а счастья все-таки нет.
Каким только духам долин не молился он, каких только мудрецов не спрашивал он!
Однажды один мудрец так ему говорит:
— Там, где сходятся четыре дороги, на том месте, где стояла ваша бедная изба, построй себе хороший дом. Пока будешь строить его, у тебя родятся три сына. Но помни: только тогда будут жить твои сыновья, если ни один человек на свете не найдет в том доме никакого недостатка. Иначе твои сыновья как появятся на свет, так и уйдут в Страну мертвых, и ты опять останешься один со своей женой.
Нанял Уари искусных зодчих, каменотесов, художников, каменщиков, шлифовальщиков, плотников, столяров и других мастеров, и стали они строить красивый дом на том месте, где сходятся четыре дороги, там, где стояла бедная сакля его отца.
Строили день, месяц, год, три года.
Пока строили дом, у жены Уари родился сын.
Поставил Уари сторожей возле нового дома и сказал им:
— Зорко посматривайте на все четыре дороги и слушайте, что будут говорить люди про мой новый дом. Все, что они скажут, мне расскажете.
Зорко смотрят сторожа на все четыре дороги и вот однажды видят — идут три путника. Увидели путники новый дом, остановились и стали оглядывать его со всех сторон; хвалили искусство зодчего, каменотесов и художников.
Один из путников сказал:
— Прекрасно построен этот дом, но я замечаю в нем недостаток.
— Правда твоя, — сказал другой путник, — отделка камней несовершенна.
Третий путник говорит:
— Верно, камни косо отшлифованы.
Сказали они так и отправились дальше.
Вечером сторожа явились к Уари и слово в слово передали ему то, что говорили путники.
Тогда Уари недолго думая велел разрушить этот новый дом и на его месте поставить другой дом, еще лучше и красивее. Пригласил Уари известного в стране зодчего, лучших художников, каменотесов, шлифовальщиков, плотников, каменщиков и других мастеров, и новый дом тончайшей отделки был выстроен там, где сходились четыре дороги.
Пока строили этот дом, у жены Уари родился второй сын. Уари снова велел сторожам зорко смотреть на все четыре дороги за путниками и запоминать каждое их слово, сказанное о новом доме.
Зорко смотрят сторожа на все четыре дороги, слушают, что говорят путники.
Вот однажды смотрят сторожа — идут по дороге три путника. Когда они увидели красивый новый дом, удивились и остановились. Стали путники рассматривать дом со всех сторон. Очень пришелся им по сердцу этот новый дом, но и они нашли недостатки в нем.
Один из путников говорит:
— Красивый дом, ничего не скажешь, но оконные переплеты больше положенного выступают наружу. Это досадно.
— Я думаю, — сказал второй путник, — что оконные переплеты нужно было ставить на один палец глубже. Жалко, что изуродовали дом.
А третий путник говорит:
— Смотрю я на фундамент, недолговечен он: вместо известняка гранит нужно было класть.
Сказали так и отправились дальше по своей дороге.
Сторожа вечером слово в слово передали Уари все, что слышали.
Недолго думал Уари. Велел он сломать это прекрасное творение зодчего, художников, каменотесов и других мастеров своего дела и на его месте выстроить новый дом, еще лучше, еще красивее, чем первые два дома.
На этот раз Уари пригласил не одного зодчего, а трех самых известных в стране, лучших художников, камнерезов, каменотесов, шлифовальщиков, каменщиков, плотников, столяров.
Строили год, другой, третий строили. На четвертый год они воздвигли прекрасный новый дом там, где соединяются четыре дороги.
Пока строили этот дом, у жены Уари родился третий сын.
Уари велел четырем сторожам охранять все четыре дороги, зорко следить за путниками и запоминать каждое их слово, сказанное о его новом доме.
Дни и ночи стоят сторожа около нового дома Уари и зорко смотрят на четыре дороги, смотрят и слушают, о чем говорят путники.
Вот однажды смотрят — идут по дороге трое мужчин. Когда они приблизились к дому, то остановились: путники удивились красоте нового дома. Дом был так красив, что, казалось, не стоит на земле, а в воздухе висит и нет в нем никакого веса. Смотрели путники на дом и улыбались, так он привлекал и ласкал их взор.
— Прекрасный дом, но есть в нем большой недостаток.
— Да, есть один недостаток, — сказал второй путник. — Не хватает пения этому прекрасному дому.
— И я так думаю, мои дорогие, — говорит третий. — Пения не хватает этому чудесному
