В конечном счете, именно народы будут отвечать за тех руководителей, которых они избрали.
Попытка втянуть Грузию в НАТО — провокация
Источник: «Der Spiegel» / 10.03.2008.
— На саммите НАТО, который пройдет в начале апреля в Бухаресте, Украина и Грузия собираются претендовать на членство в западном альянсе. На прошлой неделе среди министров иностранных дел НАТО разгорелись жаркие споры — многие из них опасаются реакции со стороны России. Справедливо опасаются?
— За вступление Украины и Грузии в НАТО активно агитируют наиболее радикальные силы американской администрации, неоконсерваторы. Однако в Грузии президент Саакашвили построил деспотичную систему: на оппозицию и средства массовой информации оказывается усиленное давление.
— Грузины не считают Россию хорошим учителем в деле демократии.
— Если в Брюсселе и Вашингтоне считают, что Грузия — это демократическая страна, то это самообман. Если под давлением США Грузия станет членом НАТО, то это будет ее концом как суверенного государства. Ведь две ее провинции, Абхазия и Южная Осетия, не войдут в западный альянс.
— Обе территории фактически являются российскими протекторатами. Там стоят миротворческие войска Москвы, большая часть населения имеет российские паспорта…
— …Которые насильно мы им не навязывали. Не мы хотим захватить чужую территорию, а жители Абхазии и Южной Осетии хотят войти в состав России. Если Грузия станет членом НАТО, она окончательно потеряет эти регионы.
— Потому что вмешается Москва?
— Мы не можем оставаться молчаливыми наблюдателями. Абхазы и южные осетины тесно связаны с кавказскими народами, проживающими на российской территории. Попытка втолкнуть Грузию в НАТО — это провокация, которая может вести к кровопролитию.
— Украина также стремится в НАТО. Почему вас это тоже не устраивает?
— Большинство украинцев вовсе не хочет в НАТО. Восток, юг и, в первую очередь, Крым категорически против. К НАТО готовы присоединиться только западные украинцы. В этом случае Восточная Украина или обретает независимость, или де-факто становится самостоятельным государством, как Абхазия.
— Вы считаете, что Украина распадется?
— Я не исключаю распада Украины. Однако это явилось бы дестабилизацией. И смысла в этом для европейцев быть не может.
— Президент Путин собирается приехать на саммит в Бухаресте, Будет ли он читать альянсу нотации — как в прошлом году на Мюнхенской конференции по безопасности?
— Президент долго колебался, стоит ли ему вообще принимать это приглашение — из-за скандального поведения некоторых стран-членов НАТО. Однако его отказ вызвал бы разочарование европейских партнеров, с которыми нас связывают общие позиции.
— Вы имеете в виду прежде всего Берлин?
— Немцы и русские на многое смотрят похоже. В отличие от США, мы пережили войну на своей территории и понимаем, что вместе мы несем большую ответственность.
— Отношения между Россией и НАТО напряжены как никогда за весь период после распада Советского Союза. Существует ли угроза новой гонки вооружений?
— Она уже идет и даже набирает обороты. Лучший пример этому — планируемое размещение элементов системы противоракетной обороны в Польше и Чехии. Это не только радиолокационные установки, способные следить за тем, что происходит в России, но и ракеты. Целью системы якобы станут иранские летательные аппараты/ Однако их не существует вовсе: Израиль и США никогда не допустили бы, чтобы у Ирана появились ракеты с ядерными боеголовками. У нас под носом устанавливают оружие и утверждают, что оно не направлена на нас. Это ложь и недружественный акт.
— Как будет реагировать ваша страна?
— Мы ведем переговоры с США и Польшей о гарантиях, что эти установки не будут нацелены на нас. И мы предлагаем создание общей системы противоракетной обороны. Если это предложение будет отвергнуто, мы будем вынуждены перенацелить наши ракеты на объекты в Польше и Чехии.
— Президент Путин заморозил Договор об обычных вооруженных силах в Европе. Кремль больше не хочет никакого контроля над вооружениями?
— Мы крайне заинтересованы в ограничении вооружений, тем более что у нас гораздо меньше оружия, чем у стран-членов НАТО. В 2004 году Россия ратифицировала ДОВСЕ. Если наши западные партнеры не введут его в действие до конца года, то нам будет нужен новый договор.
— Согласно неопубликованному докладу российской военной разведки, войска НАТО на юге Афганистана оказались в таком же безвыходном положении, как Советский Союз за два года до вывода своих войск, который был произведен в 1989 году. Не вызывает ли это у вас злорадство?
— Ни в коем случае. Мы поддерживаем антитеррористические действия в отношении «Талибана» и «Аль-Каиды». Я надеюсь, что на бухарестском саммите нам вместе с западными партнерами удастся принять ряд очень важных соглашений. Они покажут, что мы готовы оказывать помощь в восстановлении Афганистана. Но при этом мы всегда говорили американцам: «Не повторяйте ошибки Советского Союза. Если вы надеетесь, что сможете обучить афганцев американской демократии, то потерпите неудачу — так же, как мы, когда пытались насадить у них коммунизм».
Безопасность Запада без России невозможна
Источник: «Утро. ру» / 20.03.2008.
— Дмитрий Олегович, саммит НАТО в Бухаресте, в свете возможного приглашения в Альянс Грузии и Украины, будет принципиальным для ситуации на рубежах России?
— У меня такое впечатление, что последние 17 лет, после распада СССР и Восточного блока, некоторые наши западные партнеры только тем и занимаются, чтобы заполнить вакуум и прибрать то, что плохо лежит. Сначала мы столкнулись с одной волной расширения НАТО, несмотря на то, что при распаде Варшавского Договора и объединении Германии, советскому руководству путь устно, но, тем не менее, были даны четкие гарантии, что расширения НАТО не будет. Говорилось и том, что объединенная Германия не будет членом какого-либо блока, направленного против РФ. Но слова оставались словами, и, заявляя об угрозах с юга, НАТО расширялось на восток, захватывая бывшие советские республики. Сначала это была Прибалтика, сейчас речь идет о Грузии, Молдавии, Украине. Но у всякого процесса есть начало и конец. Конечная точка национальных интересов США и их союзников по НАТО заканчивается у кончика нашего носа, там, где существуют наши интересы.
Мы пытаемся объяснить «союзникам», что если они хотят потерять отношения с Россией на стратегическом уровне, то могут действовать без оглядки на наши возражения, твердя о том, что у России нет права вето и пытаясь захватить территории у наших границ. Но безопасность Запада без России или против России невозможна. Я сильно сомневаюсь, что на бухарестском саммите уже можно говорить о предоставлении Украины плана по членству в НАТО, потому что на Украине более 80 % населения против такой перспективы. Там понимают, что с интеграцией в НАТО захлопнутся окна дружбы, сотрудничества и семейных отношений с Россией. На Украину будут возведены такие обязательства, которые потребуют от нее введения визового режима в отношении граждан России. Мы поступим адекватно, и произойдет гуманитарная драма, ведь семьи будут резать по живому.
Что касается Грузии, то Саакашвили признал отказ от диалога с непризнанными республиками, поскольку провел референдум о вступлении в НАТО на четырех землях Грузии, исключив из этого списка территорию Абхазии и Южной Осетии. Если Грузия и будет вступать в НАТО, то только без этих республик. Поражает то, как некоторые грузинские политики пытаются решить свои территориальные проблемы с помощью чужой военной силы. Думаю, не найдется ни одного афериста среди серьезных людей в руководстве НАТО, которые пойдут на то, чтобы помогать г-ну Саакашвили авантюристическим образом решать проблему объединения Грузии.
— Руководство Молдавии заявило о развороте в сторону России. Насколько искренна эта перемена?
— Могу сказать одно — Россия больше верит не словам, только реальным действиям. Заверений было много, и на эти удочки многие наши руководители попадались не раз и не два. При Путине, который ведет переговоры сухо и без эмоций, договариваясь о конкретике, это прекратилось. Ныне от Молдавии ждут конкретных действий. Она должна провозгласить внеблоковый характер своей внешней политики. На этой почве возможен диалог с Тирасполем на предмет поиска некоей формулы общего государства. Если Тирасполь и Кишинев договорятся на основе нейтральности общего государства, добрососедских и тесно интегрированных отношений с Российской Федерацией и Европой, то появится перспектива. Если же высказывания Воронина имеют ритуальный характер, то все обернется только потерей времени.
