Навстречу кто-то шёл, медленными робкими шагами, какая-то старая женщина в шуршащей одежде, она трясла тлеющим мешочком на палочке, из него сыпалась остро пахнущая пыль. Она вышла вперёд и зарычала на старуху, боком тесня министра назад, старуха остановилась, ей было страшно.
План был простым и много раз проверенным — прыжок и зубами в лицо, потом шея, потом, если не сработает, жилы под коленями, но вряд ли это понадобится, рваное лицо всегда работает. Она ждала разрешения.
Министр положил ей ладонь на загривок и сказал старухе: "Я тебя не звал, уходи". Старуха поклонилась и исчезла.
* * *
Она очнулась на диване в третьей квартире, прямо перед глазами трещал камин, кто-то мягко гладил её по волосам. Перевернувшись на спину, она увидела, что лежит головой на коленях у министра Шена, он заглянул ей в глаза, шёпотом спросил:
— Вы в порядке?
— Да.
— Мы получили новую информацию, планы пришлось изменить. Эти суперпорталы Барта дают энергетический всплеск, который можно засечь с другого края континента, и люди, которые в этом заинтересованы, уже всё засекли, так что в коттедже небезопасно. Я вас оставлю, у меня операция.
Вера кивнула и села, чтобы он мог встать. Он поправил ниндзя-комбинезон, надел маску и достал амулет-шарик, не тот, который она ему отдала, новый, стальной и без украшений, с тонким рядом чёрных бриллиантов по экватору.
— Удачи.
Министр замер и удивлённо посмотрел на Веру, она отвела глаза, потом не выдержала и посмотрела на него опять. Он улыбнулся, провернул шарик и исчез.
Она немного полежала, поняла, что не уснёт, и пошла искать еду.
* * *
Министр вернулся через полчаса, слегка раскрасневшийся, весёлый и довольный, без приглашения сел за стол, стащил из Вериной тарелки кусок печенья, сделал вид, что не видит тетрадь, которую она закрыла, как только услышала его шаги. Она молчала и изучала его руки, плечи, лицо — это было единственным источником информации, в отсутствие того особого чутья, которого её лишили. Он казался здоровым.
— Самое интересное, что пришли не те, кого мы ждали, — весело заявил министр, как будто продолжая на секунду прерванный разговор, улыбнулся: — Но я не расстроился, эти тоже в дело пойдут. Бедная Кайрис, сегодня переработала втрое, надо ей премию выплатить. Чайник ещё горячий? — он не стал ждать ответа, встал и пощупал чайник, достал себе чашку, налил горячей воды и сыпанул своего лан-кинского чёрного, от запаха которого Веру царапнуло болью где-то в глубинах мозга.
«Буду звать это "лан-кинский флешбек". Ветеран кухонной войны, блин.»
Министр вернулся с чашкой, сел, сделал большой глоток и зажмурился от удовольствия, потом поморщился и шутливо буркнул:
— Сахар забыл. А и чёрт с ним, да? — опять не дождался ответа и продолжил говорить, с довольным видом качаясь на табуретке: — Я успел забыть, как это круто, работать с вашим благословением. Или вы научились им управлять? По-моему, мощь возросла в разы.
Вера неоднозначно двинула бровями и отвела глаза, это была вообще первая её реакция на его слова, с того момента, как он вошёл, он вёл себя так, как будто вообще не нуждается в собеседнике, она не мешала.
— Вера? Всё нормально? Да выплачу я Кайрис премию, боги, это такая ерунда! Вы не представляете, кого мы взяли. Ну, я вам пока не расскажу, вам это имя всё равно ничего не скажет, просто поверьте на слово, это очень круто. Барт как обычно, хотел сделать добро, получилась гениальная провокация. Но вы не переживайте, главное он сделал, а оптимизировать формулу — работа не для гениев, это сделают обычные упорные трудяги, которые куда ценнее любого гения, потому что работают не на вдохновении, а на совесть и репутацию. У вас будет качественный безболезненный телепорт, максимум завтра.
— Спасибо.
Он поставил чашку и перестал улыбаться. Вера смотрела на свою руку на закрытой тетради, и министр тоже на неё смотрел, она чувствовала взгляд, хотя и не чувствовала эмоций.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«Не надо быть телепатом, чтобы понимать, что он знает, что в этой тетради. И чьё письмо у меня под рубашкой. Ну и что?»
— Вера, вы в порядке?
— Да.
"Дзынь."
— Так тяжело прошла телепортация?
— Нет.
"Дзынь."
— Простите, это был единственный способ. Если бы я использовал телепорт Барта, то все бы поняли, что вас там больше нет, и перенаправили удар туда, куда бы я направил телепорт. А так, мы их встретили в коттедже, он прекрасно оборудован для таких операций, у нас нет потерь, а нападающих мы взяли живыми, и сейчас они дают нам информацию, которая сохранит жизни в будущем, вашу в том числе.
— Я понимаю. Всё хорошо.
"Дзынь."
— Вера… посмотри на меня.
Она подняла глаза, глядя куда-то на стену за его спиной, он невесело усмехнулся и опустил голову, поднимая ладони жестом "ладно, я погорячился, смотри куда хочешь", тихо сказал:
— Пойдём к камину?
Вера пожала плечами и встала, пошла за ним, села на диван, он сел в кресло, ровно сказал, как заученный текст, в котором нет ни слова правды:
— Я хочу извиниться за свой тон сегодня в Коте. Я не должен был требовать от вас благодарности, я это делаю потому, что обещал, а не потому, что хочу что-то от вас получить взамен. Я бы, конечно, не отказался от какой-нибудь вкусной взятки, но заставлять не буду, пусть это будет ваш выбор.
— Я вас поняла. Что вам приготовить?
— Чёрт, Вера… — он схватился за голову, потом бессильно опустил руки и выпрямился, мрачно сказал: — Хватит. С таким настроем мне ничего от вас не надо.
— В моём мире говорят, "если человек называет тебя неблагодарным, узнай, сколько стоят его услуги, и расплатись". Вы цену назвали сами, это всё упрощает.
Он фыркнул:
— Хотите сказать, я купил за гору золота ужин, который раньше получал бесплатно?
— Вы с самого нашего знакомства пытались купить то, что нормальные люди друг другу с радостью дарят. Но вам так было непривычно и неудобно, поэтому мы наконец-то пришли к полностью рыночным отношениям. Насколько это возможно в ситуации, когда один из участников не может уйти.
Она ждала, что он будет спорить, но он не стал. Она смотрела в огонь, в памяти мелькали картинки, качались тени, она вспомнила и решила сказать ему.
— Я знаю, как я с вами расплачусь. Информацией. Интересно?
— Ну попробуйте, — без энтузиазма предложил он, она повернулась к нему, стала загибать пальцы:
— Сегодня после обеда в вашем дворце была женщина. Она ходила по Дворцу Наследника, психовала и что-то искала. Ей на голову совершенно случайно упала крыса, побегала по причёске и забралась под одежду, женщина срывала с себя костюм кусками, скорее всего, там остались следы, всякие нитки. Я не видела её лица, но могу в подробностях нарисовать украшения в её причёске.
Министр скептично двинул бровями, но кивнул:
— Нарисуйте. Ещё что-нибудь?
— Примерно час назад в доме Хань проводили какой-то ритуал на Аллее Духов, но у них очень плохо получалось, потому что там не было мужчин.
— Какой именно ритуал? — он выглядел скучающим, но в голосе мелькнула злобная жадность, Вера усмехнулась:
— Я не разбираюсь в ваших ритуалах, и с высоты птичьего полёта мало что видно.
— Вы летали над домом Хань? — его голос источал недоверчивую иронию, Вера отвечала максимально прохладно — она уже видела, что ему интересно, а вредничает он просто по инерции, потому что привык относиться к её видениям несерьёзно.
— Я летала над вашим домом, в дом Хань меня никто не приглашал. Но учитывая то, что меня пригласить пригласили, а двери не открыли — пришлось топтаться на крыльце, и совершенно случайно краем глаза замечать интересное.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Как выглядел ритуал?
— Женщины были в белом, с капюшонами, каждая с двумя факелами, они ходили кругами по аллее, кланялись третьему от алтаря постаменту, одна стояла у алтаря под крышей, не делала ничего. Вы что-нибудь видите при телепортации?
